— Я подумал, ты голодна, — сказал он, делая шаг в камеру.
Адель замерла.
Время остановилось.
В её голове пронеслось всё сразу. Годы ненависти. Одержимость Ренором. Желание уничтожить Эрлиону. И этот мальчишка, который каждый вечер снимал с неё ошейник и смотрел на неё не как на зверя, а как на человека.
— Стой! — закричала она. — Не входи!
Но было поздно.
Она дёрнулась к нему, заслоняя собой, пытаясь оттолкнуть назад, за дверь. В этот миг камень в руке Адель уже выскользнул и разбился об пол. Искра, которую она почти выпустила, чтобы уничтожить весь форт угасла, но её толики хватило, чтобы запустить цепную реакцию. Блондинка успела набросить на Тео свой щит.
БА-БАХ!
Взрыв разнёс только половину камеры.
Адель успела отшвырнуть Тео в коридор — он, накрытый щитом, отлетел к стене, оглушённый, но живой. А сама она приняла на себя основной удар.
Огненная волна вышвырнула её через пролом в стене прямо в бушующий океан.
Тёмная ледяная вода сомкнулась над Адель обжигая раны и ожоги.
Сознание угасало. Последнее, что она увидела перед тем, как тьма поглотила её — перепуганное лицо Тео, выглядывающее из пролома.
— Прости, мальчик, — одними губами прошептала она. — Ты был единственным, кто…
Вода сомкнулась над головой.
Наверху, на уцелевшем краю скалы, столпились стражники. Тео, шатаясь, поднялся на ноги. Он смотрел и смотрел в чёрную воду.
— Она… она меня спасла, — прошептал он. — Толкнула. Заслонила.
— Унесло течением, — начальник смены положил руку ему на плечо. — Там скалы, водовороты. Не выжить.
— Но она…
— Молчи. Если спросят — она погибла при попытке к бегству. Ты ничего не знаешь. Ты вообще не должен был здесь быть.
Тео молчал, глядя в чёрную воду, уносящую тело женщины, которую он так и не понял до конца.
* * *
Время остановилось.
Над океаном, прямо над тонущим телом, с едва слышным хлопком раскрылась крошечная пространственно-временная воронка. Похожая на рябь в воздухе, на мираж посреди шторма.
Из неё выпал слабый, едва теплящийся сгусток света — человеческая душа.
А душа Адель, искажённая, чёрная, но в самый последний миг вдруг вспыхнувшая чем-то светлым — тем самым мгновением, когда она спасала Тео, — с воем ужаса и неверия отделилась от тела. Её затягивало в ту же воронку, унося в бездну, в никуда.
А новый сгусток, чистый и растерянный, метнулся к освободившемуся телу.
КОНЕЦ.