Снова бросаю взгляд на пергамент, в самое начало текста:
«Ренор! По данным контрразведки наши дела на фронте плохи, потому что в легионе обнаружен шпион. Ввиду этого, враг всегда будет на шаг впереди. Конкретное лицо вычислить пока не удалось, зато установлена локация, куда он по особым магическим каналам передаёт разведданные. Очевидно, в том месте располагается центральное звено в цепочке управления террористами. Необходимо организовать боевую операцию по зачистке. Легионеров привлекать нельзя, сам понимаешь, быстро на шпиона контрразведка не выйдет. Задействуй лучших адептов боевого факультета, они легко сойдут за мирных жителей, это поможет делу.»
Резко бью кулаком по столу. Выдыхаю на письмо пламенное облако. Пергамент бесследно испепеляется в моих руках.
Вот уж крысы среди моих легионеров я никак не ожидал!
Передо мной развернулось две масштабные проблемы… и какая-то часть меня в глубине души всё ещё колебалась, выбирая, которая из бед стала для меня худшей. Но на самом деле я уже всё для себя решил по обеим из них.
Ощущаю, как пульсирующая боль в висках от внутреннего напряжения начинает бешено усиливаться и растекаться, загущаясь и клубясь внутри головы, словно ночной туман над океаном.
Эрлиона
Оставшиеся занятия пролетели незаметно. Предвкушение грядущего праздника занимало всё моё внимание. Мне не терпелось примерить подаренное Лилианой платье, увидеть и прочувствовать атмосферу торжественного бала в Академии. Я ведь никогда в жизни не была на балу! Внутри словно веселился и хлопал в ладоши ребёнок в ожидании заветной сладости.
Сборы проходили у меня. Лия пришла заранее, сама уже готовая к празднику, видимо, предчувствуя моё нетерпение. Она ловко колдовала с моими волосами, наносила кисточкой на лицо волшебную пудру, помогала надевать корсет и расправлять юбку у платья. Сердце гулко грохотало в моей груди, кажется, будто его стук слышался аж в соседних помещениях.
Наконец, я была готова.
— Эри, девочка моя, ты только посмотри, какую принцессу я из тебя сотворила! — Лилиана, смешно вытаращив глаза, стоит и улыбается во весь рот, словно результат и для неё оказался неожиданным.
Я поворачиваюсь к зеркалу и замираю! Оттуда на меня смотрит невероятная красавица в платье цвета небесной лазури, с волосами, уложенными в потрясающие локоны, и идеальной кожей. Я медленно поворачиваюсь, осматривая себя. Грудь целомудренно закрыта кружевной тканью, а вот на спине красуется достаточно глубокий вырез, моментально вгоняющий меня в краску!
Прикладываю ладони к пылающим щекам.
— Эрлиона, ты восхитительна! Не смей стесняться своей красоты! — заметив моё смущение, Лия играючи грозит мне пальцем, — Пойдём скорее, надо спешить!
— Без нас не начнут! — хихикнув, подмигиваю подруге.
Беру Лилиану под руку, и мы выходим из комнаты, еле умещаясь в дверном проёме в своих пышных платьях.
* * *
Торжественный бал, посвящённый смене лунного года, называемый Ноэлем, проходил в большом трапезном зале, который преобразовался в честь торжества в потрясающую своим масштабом праздничную площадку. Такое я видела впервые.
За свою не очень долгую жизнь в нашей деревне самым больши́м событием в Ноэль было собрание на центральной площади, где соседи поздравляли друг друга и угощали различными блюдами, что не по карману было готовить в обычные дни. Иногда родители дарили детям подарки, но втихаря, не при всех, чтобы никого не заподозрили в излишнем достатке.
Здесь всё по-другому. Я, открыв рот от изумления, верчусь, оглядывая изобильное пространство. Ноздри щекочут невероятные ароматы праздничных блюд. Рот наполняется слюной. Внутри всё трепещет от волнительного предвкушения праздника.
Адепты и преподаватели, разодетые в роскошные костюмы и платья, на равных расхаживают вокруг гигантского ветвистого дерева в потолок с тонкими зелёными листьями, напоминающими иглы, покрытые мерцающей пудрой. Сверху сыплются магические золотые хлопья, устилая собой пол и мебель, но не оседая на еде и людях. Столы вдоль стен ломятся от изысканных деликатесов и напитков. Играет приятная музыка. Всё искрится и сияет!
И это великолепие доступно всем! Вокруг разносится смех и оживлённые разговоры.
Внезапно музыка и гомон затихают.
— Эри, смотри-смотри, идёт, — шепчет мне на ухо возбуждённая Лия и пихает под локоть.
В центр зала выходит ректор. Его фигура возвышается над окружающими, подчёркивая статус и величие Стального Дракона. Он одет в ослепительно-белый парадный камзол с золотыми лентами на груди, его длинные серебристые волосы аккуратно убраны назад и частично заколоты на затылке. Глаза, под которыми залегли тяжёлые тени, сверкают недобрым огнём, в их радужке плещется расплавленная сталь. Кажется, Дракон готов выдыхать огонь прямо сейчас, не меняя человеческой ипостаси. Издалека видны его напряжённые мускулы и сжатые челюсти. Возникает ощущение, что ничего хорошего его появление на празднике нам не сулит. Я смотрю на ректора, не мигая, во все глаза.
— Дорогие адепты и преподаватели, — неожиданно спокойным и вкрадчивым тоном начинает Ренор свою речь, что совершенно не соотносится с его внешним видом, — Сегодня нас ждёт особенная ночь. Рождение новой луны, — его бархатный голос раскатывается под сводчатым потолком зала, заставляя мою спину покрыться мурашками, — Эта ночь уникальной магии, которая даст всем нам силы прожить будущий год. Впереди нас ждёт ещё много тёмных дней… но пусть ожидание света наполняет ваши души радостью. Примите с благодарностью божественные дары и ликуйте!
Ректор поднимает бокал и отпивает. Зал утопает в аплодисментах. Музыка становится громче. Я, наконец, моргаю. Одно мгновение и Стального Дракона уже нет перед глазами, он будто исчез, как сквозь землю провалился.
Окружающие люди, потеряв интерес, начинают суетиться, задевая друг друга плечами, и постепенно разбиваются на пары для танца. Становится душно.
— Эрлиона, пойдём лучше поедим, — Лилиана ловит мою ладонь, чтобы не утонуть в беспорядочно двигающейся толпе и не потерять друг друга.
Мы начинаем пробираться из центра зала к краю, где концентрация веселящихся адептов становится значительно меньше, позволяя нам вдохнуть полной грудью.
— Милая девушка, не откажите своему старосте в танце!
Я ощущаю, как мощная рука из толпы выхватывает мою талию, прижимая меня к горячему телу.
Это Квазар бесцеремонно вырвал меня из рук подруги и тащит обратно в центр зала.
— Лия, я… — безуспешно пытаюсь пищать, обращаясь к подруге, но Квазар утягивает меня всё дальше.
Я с возмущённым пыхтением пытаюсь сбросить с себя руку молодого человека, но его это только веселит, и он сжимает меня крепче. Музыка играет всё громче. Я лихорадочно верчу головой в поисках помощи, к горлу подкатывает тошнота, а в желудок словно камней насыпали. Не хочу я танцевать с этим демоном! Кто-нибудь⁈ Помогите!
Неожиданно мощная фигура Стального Дракона из ниоткуда вырастает перед Квазаром. Я чувствую, как он только что выдохнул облако горького дыма ему в лицо. Глаза старосты расширяются, он растерянно отпускает меня.
— Господин Ректор, д — до-добрый в-вечер, — лепечет он, пятясь назад от Дракона и рискуя наступить на меня.
Я отшатываюсь, наступаю на подол собственного платья и теряю равновесие.
Ренор молча одной рукой отшвыривает Квазара в сторону так, что тот летит, ударяясь о каменную колонну, а другой рукой молниеносно ловит меня за талию, не позволяя упасть.
Я невольно окунаюсь в потрясающий дымно-древесный аромат, от которого начинает кружиться голова, а ноги становятся ватными.
— Адептка Эрлиона, — злобно цедит Дракон, — Сегодня вы танцуете только со мной!
Я смотрю на Стального Дракона как заворожённая, сглатываю тугой ком в горле и киваю, не в силах вымолвить хоть слово в ответ. Его горячая рука ложится мне на спину, обжигая прикосновением не защищённую платьем кожу. Моё сердце замирает, а затем заходится в бешеном ритме, дыхание сбивается. Тело безвольно отдаётся в руки мощному зверю, позволяя закружить себя в драконьем вальцере.