Я что, должна сесть с ними за один стол? Ну уж нет! Как я буду выглядеть среди них? Как нелепица… Чувствую, моё лицо снова пылает. Делаю несколько неуверенных шагов к Лилиане, но она отчаянно машет головой из стороны в сторону, давая понять, что я не должна к ней приближаться.
Бездна! Она это серьёзно?
Шумно выдохнув и сдув с лица упавшую прядь, я скрещиваю руки на груди и топаю к боевым адептам. Молча подхожу к столу и сажусь с самого краю. На меня тут же устремляются взгляды. Вижу в каждом из них молчаливую насмешку.
— Ах, Эрлиона, хорошо искупалась? — нахальный староста уже тут как тут, — Познакомься со своими сокурсниками!
И весь стол одновременно начинает гоготать, да так, что их смех перебивает разговоры других адептов, сидящих в зале.
Я готова провалиться в Бездну. Прямо сейчас! Давлю в себе острое желание выскочить из-за стола. Чувствую, как нижняя губа начинает трястись от обиды и негодования, а к горлу подступают слёзы.
Внезапно ржание бесстыжих курсантов резко прерывается. Адепты встают со своих мест и поворачивают головы в сторону круглого стола в отдалении. В зале повисает гробовая тишина.
Я поднимаюсь вместе со всеми. Из-за широких спин новоиспечённых однокурсников вижу, как к столу проходят преподаватели. Уже знакомый мне декан факультета целителей, кажется, его зовут Том. Ещё несколько человек. Последним заходит ректор, ведя под руку высокую статную белокурую женщину, ту самую, которую я встретила в его кабинете утром, Адель. Она вышагивает со Стальным Драконом, гордо вздёрнув точёный подбородок.
— Ну вот, они уже и не скрываются, — раздаётся осторожный шёпот какой-то адептки у меня за спиной.
— Так давно известно, что они обручатся, осталась только официальная церемония, — отвечает еле слышно её соседка.
Я отчего-то ощущаю в груди скверный угол, сердце скукоживается словно осенний лист. Пустота внутри сменяется тяжестью в районе желудка. Я закусываю губу и перестаю дышать. Отчего мне стало так неприятно?
Захотелось срочно сказать кому-нибудь… нет, закричать: «Да посмотрите же, она ведь ему не подходит!».
Сзади снова перешёптываются.
— Да, точно, красивая пара…
* * *
До боли впиваюсь ногтями в кожу ладоней, сжимая кулаки, чтобы не расплакаться. Стискиваю зубы, дышу медленно и глубоко. Я не подкину боевым адептам нового повода для насмешек. Надо как-то перетерпеть этот вечер.
После того как преподавательский состав занимает свои места за отдельным столом, адептам позволяют сесть. Гомон вокруг стихает, зал наполняется шумом приборов и лязгом посуды.
Рефлекторно ковыряю в тарелке горячее мясо и складываю в рот, на самом деле занимаясь поиском внутренних сил, чтобы после ужина отправиться с однокурсниками в кампус. Кажется, я больше никогда не смогу побыть здесь наедине с собой. Совместное житьё с боевыми адептами в моей голове уже практически встало на одну ступень с работорговлей. Пытка, не иначе.
Бросаю короткий взгляд в сторону ректора. На меня накатывает новая волна необъяснимого разочарования. Словно это он виноват в том, что меня распределили на боевой факультет.
Еда вдруг приобретает категорически горький вкус, а горло сводит спазмом. Кое-как сглатываю ком. В надежде, что никто не заметит мои трясущиеся руки, хватаю кубок с травяным напитком, запиваю еду и поспешно, но очень тихо поднимаюсь из-за стола. Слава Божественному зверью, боевики заняты ужином и друг другом, так что никто не замечает, как я проскальзываю между рядов к выходу.
Только покинув трапезный зал, я спокойно выдыхаю, будто тяжкий груз освобождает мою грудь. Возвращаться в кампус сейчас неохота. От одной мысли об этом недавно проглоченная еда рискует попроситься наружу. Решаю послоняться по Академии, заодно приведу эмоции в порядок.
* * *
Сколько я блуждала по коридорам и переходам старинного замка, поднималась и спускалась по различным лестницам: широким парадный из мрамора и узким чугунным винтовым — не знаю. Я потеряла счёт времени, рассматривая убранство помещений и картины на стенах. Этот многовековой чертог словно живой, всё здесь напитано древней магией.
Снаружи давно стемнело. Луна заглядывала сквозь занавеси в гигантские арочные окна, придавая помещениям таинственности. Увидев огромное старинное зеркало и массивные двери, я поняла, что добрела до кабинета ректора.
Одна из дверных створок приоткрыта так, что можно незаметно заглянуть внутрь и даже услышать, о чём там говорят.
«Нет, Эри, ты не будешь этого делать…» — трезвая мысль первой приходит в голову.
Но любопытство берёт верх над рациональным умом, и я, затаив дыхание, приближаюсь к двери. Сердце трепещет, шею покалывает, страх быть замеченной щекочет нервы, но остановиться уже невозможно.
Вижу Стального Дракона, который в расслабленной позе сидит в своём кресле с бокалом в руках. Он смотрит на кого-то напротив. Знакомый голос декана целительского факультета доносится до моего уха, но обрывки фраз с ходу не разобрать.
— Да будь она хоть трижды моя истинная, Том! — слегка раздражённо парирует ректор какой-то реплике декана, — Женщине место в самой далёкой башне, чтоб не путалась под ногами!
— Ты так говоришь, Рен, потому что не влюблён. Поверь, магия истинности вправила бы тебе мозг! — посмеивается в ответ он.
— Магия истинности могла бы спасти меня от Адель. Только и всего. Эта навязчивая особа, которую сосватал мне император, каждый раз провоцирует во мне головную боль. Как бы она ни была хороша…
— Так и пользовался бы! — продолжает веселиться декан.
— Пользовался чем? Я прикоснусь к ней лишь однажды, чтобы зачать дитя. Для большего она не годится… — ректор морщится и подносит к губам бокал.
Я вся превратилась вслух. Как бы непристойно сейчас это ни выглядело, негодяйский мужской разговор меня очень увлёк.
Неожиданно чьи-то холодные ладони опускаются на мои плечи. Я вздрагиваю, давя в себе порыв завизжать, и рефлекторно зажимаю свой рот рукой. Резко оборачиваюсь.
Это Лилиана! Фух!
— Что ты здесь забыла, Эри⁈ — шипит Лия мне на ухо, заглядывая вместе со мной в дверную щель ректорского кабинета.
— Я… я просто шла мимо… и вот, — шепчу ей в ответ и чувствую, как щёки наливаются румянцем, — А ты? — решаю переключить внимание на неё и отвожу взгляд.
— Ага, ясно, — недоверчиво улыбается девушка, — А я пришла просить Стального Ректора об одолжении, разрешить тебе пожить у меня, пока не освоишься, — она внимательно смотрит мне в глаза, — Ты думала, я не замечу, что твои новые однокурсники-злодеи над тобой издеваются? Да на тебе лица не было за ужином! — Лилиана возмущённо таращит на меня свои зелёные глаза, — Скажу ему, что после лихорадки месяц опасно жить в одном помещении с большим количеством людей…
— Ты уверена?
— Как никогда! Я тебя в обиду не дам…
Наше перешёптывание прерывает оживлённая речь и смех декана Тома. Не думала, что этот зануда может так потешаться над суровым Ректором.
— Ты считаешь, что истинность — такая простая штука, Рен?
— Истинность — не более, чем игра фантазии молодых влюблённых. Всё определяет разум, — философски протягивает ректор.
— Хотел бы я посмотреть на тебя, когда ты найдёшь свою…
— Было бы кстати! Но этого не будет, — оживляется Стальной Дракон, — Я бы разорвал помолвку с Адель, используя истинность как предлог. А с истинной по той же схеме: далёкая башня, дети. Я и женщина на одной территории — невозможно.
От этих его слов нас с Лилианой одновременно передёргивает.
— Вот тиран! От него чего угодно можно ожидать. Не повезёт же его истинной… мне уже жаль Адель, — шепчу и ощущаю неприятный укол где-то за грудной.
— А мне нет, она та ещё штучка, — хохотнув, шипит Лия в ответ.
Слышно, как декан Том поднимается со своего места и двигается к выходу.
— Хорошего вечера, Ренор! Буду ждать того дня, когда ты возьмёшь свои слова назад!