Литмир - Электронная Библиотека

Отметим также, что к проблемам алановедения следует отнести и этнографические изыскания в области культово-обрядовой жизни осетин. Так, в осетинской этнографии М. Гарданти зафиксирован весенний ритуал, в ходе которого мужчины укладывали на землю кинжал и возле его острия втыкали саблю. Происхождение данного обряда приписывалось эпическим предкам – нартам[104]. Вполне обоснованным представляется вывод, что этот ритуал восходит к древнему «скифо-аланскому культу» поклонения Аресу-мечу[105].

Многое для разработки аланской тематики было сделано В. А. Кузнецовым. Первая же его крупная работа[106] вызвала интерес специалистов. Правда, не все высказанные автором идеи нашли понимание и поддержку его коллег. Так, в вопросе этногенеза алан-овсов многие рассмотрели сужение содержания этнонима «аланы» до уровня географического термина, что встретило решительное возражение специалистов[107]. В связи с этим В. И. Абаев указал на «опасную тенденцию обезличить аланскую народность»[108]. Во взглядах В. А. Кузнецова в советский период намечается некоторая вариативность. В статье «Аланы», написанной им для издания «Большая советская энциклопедия», он практически ассоциирует алан с осетинами, указывая, что самоназванием алан является эндоэтноним «ироны»[109]. В целом же высказанная им на восемь лет раньше концепция этногенеза осетин сводилась к следующему. В начале I тысячелетия н. э. на территории современной Осетии обитала группа родственных автохтонных племён, генетически связанных с носителями позднекобанской культуры конца I тыс. до н. э. Учёный условно называет их «иронскими». Он утверждает, что они говорили «на особом наречии древнейшего иберо-кавказского языка»[110].

При этом В. А. Кузнецов весьма неудачно ссылается на доклад В. И. Абаева на научной сессии, посвящённой проблеме этногенеза балкарского и карачаевского народов. В этом докладе В. И. Абаев рассматривал аланский субстрат в балкаро-карачаевском языке. В частности, он утверждал, что до прихода тюркоязычных племён на территории Балкарии и Карачая жили аланы и что балкарцы и карачаевцы оформились на аланском субстрате[111]. В этой своей работе В. И. Абаев не пишет ни о каком иберо-кавказском наречии «иронских» племён. Возможно, В. А. Кузнецова ввела в заблуждение заметка об этой сессии, на которую он ссылается. В ней говорилось, что в своём докладе В. И. Абаев «выяснил, что у балкарцев, карачаевцев, осетин и других народов Северного Кавказа имеется множество сходных слов» и что, по его мнению, в основе кабардинского, осетинского и других языков лежит какой-то древний язык (видимо, аланский)»[112]. По мнению Ю. С. Гаглойти, эта заметка неточно передаёт содержание доклада В. И. Абаева, однако В. А. Кузнецов не мог не знать точку зрения Василия Ивановича об аланском субстрате в балкаро-карачаевском языке.

В своей монографии «Аланские племена Северного Кавказа» (Материалы и исследования по археологии СССР. МИА, № 106, 1962) В. А. Кузнецов сосредоточивается на археологическом материале, признавая его приоритет над письменными источниками и данными языкознания. В одной из своих относительно ранних работ В. А. Кузнецов утверждает, что в первых веках нашей эры «иронские» племена вступают в соприкосновение с сарматами, продвинувшимися в степи Северного Кавказа из Северного Прикаспия. Тогда же, по его мнению, в среде этих сарматских племён появляются и аланы, первоначальной территорией которых «могла быть область Яньцай-Аланья между Аралом и Каспием. Связывая появление алан на Северном Кавказе с гуннским нашествием, автор утверждает, что в результате огромная масса алан продвинулась из Прикаспия и Поволжья в Предкавказье. Центр тяжести аланской миграции пришёлся в силу объективных исторических причин на территорию Северной Осетии. С этого времени начинается якобы продвижение алан в глубь Кавказского хребта и ассимиляция ираноязычными аланами местных кавказских племён, завершившаяся формированием этнического ядра современного осетинского народа – иронцев[113].

Эту точку зрения подверг критике Ю. С. Гаглойти, утверждая, что аланы появляются в Предкавказье не в IV в. н. э., а значительно раньше. Учёный счёл, что выстроенная В. А. Кузнецовым картина этногенеза осетин далека от действительности, поскольку автор игнорирует роль доаланского ираноязычного элемента на Северном Кавказе в формировании осетин. Хотя в своей монографии, выделяя локальные варианты аланской культуры, В. А. Кузнецов постоянно отмечает наличие здесь сарматских могильников и говорит о генетической связи алан с сарматами. Ю. С. Гаглойти утверждает, что, если не считать указания В. А. Кузнецова на участие сарматов-сираков в формировании западной ветви осетин-дигорцев, причём сираки противопоставляются аланам, то роль ираноязычных сарматов в этногенезе осетин сводится на нет. И что самое характерное, В. А. Кузнецов считает, что не аланы ассимилировали местные племена, а, наоборот, сами были ассимилированы местными кавказскими племенами[114].

Ю. С. Гаглойти так определил участие В. А. Кузнецова в формировании концепции этногенеза осетин: «Ошибочная трактовка времени и условий появления алан на Северном Кавказе и их роли в этом процессе, подчёркивание генетической связи алан с сарматами, с одной стороны, и фактическое противопоставление их друг другу, с другой, расширенное употребление термина «аланы» – эти и ряд других факторов не позволили, как нам кажется, исследователю создать убедительную концепцию происхождения осетинского народа»[115].

Тем не менее, исследования В. А. Кузнецова заполнили один из важнейших пробелов кавказской историографии политической истории Алании. Своеобразным итогом многолетних поисков В. А. Кузнецова стала монография «Очерки истории алан»[116]. Продолживший в постсоветское время свои аланские штудии, В. А. Кузнецов выступил в 2002 г. с монографией «Христианство на Северном Кавказе до XV века»[117]. Особое внимание уделено христианизации Алании, в связи с чем предложены новые гипотезы, выводы, исторические реконструкции. Явление христианства на Северном Кавказе автор рассматривает как феномен средневековой цивилизации, оставивший глубокий и плодотворный след как в духовной, так и в материальной культуре народов региона.

Историю формирования различных народов Северного Кавказа и их культуру рассматривает В. Б. Ковалевская[118], для которой характерен скрупулёзный источниковедческий анализ разнообразных памятников. На основе археологических данных она пришла к выводу, что аланы, появившись на Северном Кавказе на рубеже нашей эры, напрямую участвовали в этногенезе осетин, они также повлияли на судьбу других горских народов – балкарцев и карачаевцев. На основе более широкого научного обзора расположения алан и их некоторых социальных и «профессиональных» специфик, В. Б. Ковалевская отмечает, что они «были в хорошей позиции, чтобы стать частью новой средневековой аристократии, её элитой». Она также высказала мнение, что в Старом Свете ираноязычные пришельцы оказали такое влияние на быт и культуру его народов, что автор «Истории Британии» эпонима (родоначальника) Европы назвал Аланом[119].

вернуться

104

Цит. по: Туаллагов А. А. Ранние аланы. – Владикавказ, 2014. – С. 311.

вернуться

105

Чочиев А. Р. Очерки истории социальной культуры осетин. – Цхинвали, 1985. – С. 208–209.

вернуться

106

Аланские племена Северного Кавказа // Материалы и исследования по археологии СССР. № 106, 1962.

вернуться

107

Ванеев З. Н. К этногенезу осетинского народа // Известия ЮОНИИИ. Вып.13, 1961; Гаглойти Ю. С. Аланы и вопросы этногенеза осетин. – С. 43–47.

вернуться

108

Абаев В. И. Этногенез осетин по данным языка // Происхождение осетинского народа. Орджоникидзе, 1967.

вернуться

109

Кузнецов В. А. Аланы // БСЭ. Т. 1. – М.: Советская энциклопедия, 1970. – С. 381.

вернуться

110

Кузнецов В. А. Аланские племена Северного Кавказа. – М., 1962. – С. 117.

вернуться

111

Абаев В. И. Об аланском субстрате в балкаро-карачаевском языке // О происхождении балкарцев и карачаевцев. – Нальчик, 1960. – С. 127–135.

вернуться

112

Некрасова М. Научная сессия в Нальчике // ВИ, 1959. № 12. – С. 180.

вернуться

113

Кузнецов В. А. Аланские племена Северного Кавказа. – С. 117–118.

вернуться

114

Кузнецов В. А. Аланские племена Северного Кавказа. – С. 117.

вернуться

115

Гаглойти Ю. С. Аланы и вопросы этногенеза осетин. – С. 47.

вернуться

116

Кузнецов В. А. Очерки истории алан. – Орджоникидзе, 1984.

вернуться

117

Кузнецов В. А. Христианство на Северном Кавказе до XV в. – Владикавказ, 2002.

вернуться

118

Ковалевская В. Б. Кавказ и Аланы // Века и народы. – М., 1984.

вернуться

119

Ковалевская В. Б. Аланы в Западной Европе // Аланы: Западная Европа и Византия. – Владикавказ, 1992. – С.71, 74.

9
{"b":"982644","o":1}