Опираясь на завершённый чертёж идеальной ауры, я теперь понимал механизм до конца. Аура Виктора перестроилась под его дар. Каналы, по которым шла сила, изменили форму и направление, подстроились под изменившуюся нагрузку.

Аура — не застывшая структура. Она пластична. Если задать ей верный рисунок и убрать то, что мешает, она перестроится под нужную задачу. Это подтверждает мою теорию о том, что дар можно менять. И у меня уже имеется для этого инструмент, надо лишь провести несколько экспериментов.

— Всё в порядке, ваше сиятельство? — голос Виктора выдернул меня из размышлений.

— Всё идеально. Твоя аура перестроилась под новый дар. Ты теперь контролируешь силу лучше, чем большинство природных одарённых, — ответил я.

— Это всё благодаря вам! — он просиял.

— Благодаря нам обоим, — поправил я. — Без твоего терпения ничего бы не вышло. Послушай, Виктор, у меня к тебе предложение. Ты сильный одарённый с уникальным даром. Таким людям нечего тратить себя впустую. Я предлагаю тебе пойти на службу в род Серебровых.

Он замер с чашкой в руке.

— Вы… серьёзно?

— Абсолютно. Условия обсудим, но скажу сразу — ты не пожалеешь. Серебровы своих не бросают.

— Я согласен! — выпалил он, не раздумывая. Потом смутился. — То есть… да. С радостью, граф. Для меня это честь.

— Вот и договорились, — улыбнулся я. — Завтра пришлю человека, оформим бумаги.

Виктор поставил чашку, и я заметил, что он мнётся, будто хочет что-то сказать, но не решается.

— Что такое? — спросил я.

— Граф, я тут… Пока тренировался, тестировал кое-что. Экспериментировал с даром. И у меня получилось создать одно заклинание. Я такого никогда не видел и нигде о нём не слышал. Хотите покажу?

— Покажи, — пожал плечами я.

Виктор поднялся, отошёл на середину комнаты, сосредоточился и сотворил заклинание. И когда я полностью осознал, что он сделал, то едва не свалился с кресла.

Не может быть!

Да это… Это же меняет всё!

Российская империя, город Новосибирск

Заклинание, которое сотворил Виктор, держалось в воздухе плотным сгустком. Я смотрел на него и не верил собственным глазам.

Я понимал, что оно делает, но это казалось мне невероятным. Ни разу до этого не видел, чтобы кто-либо создавал подобное заклинание.

Я встал, закатал рукав и протянул руку.

— Наложи его на меня.

— Э-э… ваше сиятельство, вы уверены? вдруг что-то пойдёт не так… — засомневался Виктор.

— Что может пойти не так? Я прекрасно вижу структуру заклинания. Накладывай, — велел я.

Парень кивнул и сделал, как я попросил. Сразу после этого я огляделся в поисках чего-нибудь острого, взял со стола канцелярский нож и полоснул себя по предплечью.

Порез начал затягиваться. Без касания, без направленного потока энергии от целителя. Заклинание работало само по себе. Оно обволокло участок кожи золотистой плёнкой и лечило повреждение, пока ранка не исчезла, оставив после себя лишь тонкую розовую полоску.

Недолго думая, я тут же порезал себя ещё раз. И ранка снова на глазах начала исцеляться.

То, что создал Виктор — это было постоянное целительское заклинание! Я бы даже назвал это заклинанием регенерации.

Не короткий всплеск энергии, который гаснет, едва коснувшись цели. Нет. Заклинание жило само по себе, поддерживая структуру без подпитки извне.

И Виктор сумел его создать именно потому, что раньше был артефактором. Структура заклинания сочетала в себе целительские и артефакторские принципы. Полагаю, создать подобное сейчас не сможет никто, кроме самого Виктора. Но это не значит, что в будущем мы не сможем учить подобному других целителей. Разумеется, после того, как я поработаю над их аурой. Если бы это было возможно без подобного вмешательства, полагаю, это уже кто-нибудь сделал бы до меня. А пока стоит заглянуть в мой чертеж идеальной ауры и внести небольшие коррективы. Полагаю, мне еще не раз предстоит дополнять его.

— Сколько оно держится? — спросил я, чувствуя, как пересохло во рту от волнения.

— Минут десять, не больше, — ответил Виктор. — Потом рассеивается. Я не уверен, но предположу, что с серьезными ранами ему не справиться. Думаю, небольшие ранки — это его предел.

— Да, это я понимаю, — кивнул я.

Как бывший артефактор и сказал, заклинание продержалось около десять минут. Но за это время оно не потеряло ни капли своей силы и разом рассеялось в конце срока.

Я медленно опустился обратно в кресло. В голове всё завертелось. Я думал, что понимаю границы целительства — потому что сам не раз их раздвигал. Но это было нечто за пределами привычного.

Обычное целительство — это тяжёлая энергетическая и интеллектуальная работа. Ты направляешь энергию, ведёшь процесс, внимательно следишь за результатом. Стоит тебе отвлечься или устать — и всё, лечение останавливается. Целитель привязан к пациенту, а пациент — к целителю.

А тут заклинание работало автономно. Его можно повесить на одного человека, а самому заняться другим.

Я представил поле боя. Солдат получает мелкое осколочное ранение — но что, если таких бойцов десяток? При обычном раскладе целитель возится с каждым, теряя драгоценное время, либо солдаты разбираются сами.

А здесь — повесил плетение, и ранения бойца сами по себе затягиваются. Десять минут активной регенерации в самом пекле! Или раненый, которого тащат в тыл. Пока несут — заклинание работает, не даёт ему истечь кровью. Это же какие открывает перспективы⁈

А если Виктор разовьёт дар дальше? Если научится продлевать действие, усиливать эффект?

«Живые артефакты», — пронеслось в голове.

Постоянный эффект лечения, привязанный к носителю. Не зелье, не разовое исцеление — а долговременная регенерация, которую можно подарить любому.

Если придумать, как эту методику сочетать с плетением Дюваля… Это же перевернёт весь мир!!!

— Граф? Всё в порядке? Вам понравилось мое изобретение? — Виктор смотрел на меня с лёгкой тревогой.

Я громко рассмеялся, вскочил с кресла и обнял парня за плечи.

— Понравилось⁈ Ты шутишь? Виктор, ты хоть понимаешь, что сделал⁈

— Ну, я просто пробовал удержать целительское плетение подольше, использовал наработки из артефакторики… Долго не получалось, а потом раз — и вышло.

— Виктор, — я наклонился к нему и заглянул прямо в глаза. — Слушай меня внимательно. То, что ты создал, — это не просто необычное заклинание. Это прорыв. Если ты сумеешь развить его дальше, ты сделаешь то, чего не делал никто.

Он моргнул.

— Вы серьёзно?

— Я в жизни не был серьёзнее!

— Правда? — он до сих пор не мог поверить. — Просто я мало что знаю о целительстве… Постоянные заклинания — это настолько уникально?

— Это просто фурор! — воскликнул я. — Вот что мы сделаем. Я дам тебе комнату в своей усадьбе, рядом со своей семьёй. Выделю слуг, которые будут заботиться о быте, чтобы ты не отвлекался ни на что. Ты получишь любое оборудование, любые книги и доступ к любым архивам. Если понадобятся консультации лучших целителей — устроим. Всё, что угодно. Твоя единственная задача — практиковаться и развивать этот дар.

Виктор смотрел на меня круглыми глазами.

— Граф, я… да я и так согласен на службу. А вы мне ещё и столько всего предлагаете…

— Потому что благодаря твоей наработке мы сможем изменить мир. Так что? По рукам?

Парень помедлил лишь секунду, а затем резко кивнул:

— По рукам! Я не подведу вас, граф, клянусь! Я тут… знаете, я и сам места себе не нахожу. Каждый день что-то новое получается. Будто я наконец нашёл, для чего рождён, — он широко улыбнулся.

В глазах Виктора горел тот самый огонь, который не подделаешь — азарт первооткрывателя. С таким человеком стоило работать.

— Вот и отлично. Завтра приедет мой человек, оформит бумаги и поможет тебе с переездом. А пока — отдыхай, — я пожал ему руку.

Я уходил от него в прекрасном настроении. Парень с искалеченным даром оказался настоящим самородком. Иногда судьба подкидывает подарки там, где их совсем не ждёшь.