— Сожалею, Юрий. Я попробую обратиться к знакомым. Кажется, маркиз де Кремон имеет какие-то связи в Болгарии… А ещё граф де Бо одно время крутил роман с какой-то сербской дамой. Короче говоря, я сделаю, что смогу.

— Благодарю, маркиз. Буду очень признателен.

— Раз уж вы позвонили, позвольте спросить — как дела с Николь? Она вернулась из Петербурга такая расстроенная…

— Восстановление идёт дольше, чем я ожидал. К тому же Николь пригласила меня провести выходные у вас, но дела заставили остаться в России.

— Вот оно что. Как только освободитесь, ждём вас в гости, Юрий! Наш дом всегда открыт для Серебровых. Ну, не буду больше отнимать у вас время… Сейчас попробую позвонить своим знакомым, — пообещал Персиваль.

— Спасибо, — ответил я и сбросил звонок.

Затем я позвонил барону фон Штерну. Увы, Вильгельм не взял трубку. Что ж, ничего страшного, он просто может быть занят. Дождусь, когда перезвонит, или сам наберу ещё раз позже.

Попробовал связаться с герцогом фон Мондом, но его секретарша сообщила, что у герцога важное совещание. Я попросил перезвонить, как только он освободится.

Я связался также с профессором Вандерли, магистром Дювалем, Родриго Эстебаном и другими своими знакомыми. Все они обещали помочь, но увы, прямых связей при сербском дворе никто не имел.

Спустя некоторое время список моих контактов иссяк. Я позвонил каждому, кого знал в Европе, даже тем целителям, с которыми лишь мельком пересекался на симпозиуме. Номера телефонов некоторых пришлось поискать, и некоторые даже оказались недовольны звонком. Могу их понять — малознакомый русский граф просит о такой сложной услуге. Но меня это не смущало, я был обязан попробовать всё.

Уже вечерело, когда мне перезвонил герцог фон Монд.

— Добрый вечер, ваша светлость, — ответил я.

— Здравствуйте, Юрий! Рад вас слышать. Прошу простить, у меня сегодня напряжённый график. Давайте сразу к делу, чем могу помочь? — пробасил Конрад.

Я коротко обрисовал ситуацию, не вдаваясь в лишние детали. Мол, мой человек попал в беду в Белграде, обвинение сфабриковано, и мне жизненно необходима аудиенция у короля, чтобы всё прояснить.

Фон Монд хмыкнул.

— Щекотливое дельце. Но вам повезло, граф. У меня при сербском дворе есть один весьма влиятельный знакомый. Даже можно сказать, что он мой друг, и это человек, к которому прислушивается сам король. Я могу замолвить за вас словечко… Ничего не обещаю, но постараюсь устроить вам встречу с Его Величеством, — сказал герцог.

Я мысленно возликовал.

— Конрад, я ваш должник!

— Как-нибудь сочтёмся, Юрий… Дайте мне один день. Я свяжусь со своим другом и всё устрою, — пообещал фон Монд.

Он сдержал слово.

Прошёл ещё один день — самый долгий и томительный из всех. Я не находил себе места и метался по номеру из угла в угол. Персиваль перезвонил и сообщил, что помочь не сможет. Оказалось, роман его знакомого граф де Бо с сербской дамой завершился скандалом, и поэтому никаких связей при дворе у него не осталось.

И вот в полдень раздался звонок внутреннего телефона, и с ресепшена сообщили, что меня ожидают.

Я прихватил папку с документами Мюллера, спустился и увидел в холле двух мужчин в строгих костюмах. Увидев меня, они одновременно предъявили удостоверения с таким же сербским орлом, как описывал Шёпот.

— Здравствуйте, граф Серебров. Прошу проследовать за нами. Вас ожидают во дворце, — сказал один из них на русском.

— Благодарю, — кивнул я, и мы вышли на улицу, где сели в чёрный магомобиль с государственными номерами.

Один из мужчин сел за руль и выехал на дорогу. Второй повернулся ко мне и сообщил:

— Его Величество готов вас принять. Аудиенция назначена через полчаса, к этому времени мы доберёмся до дворца.

— Хорошо, — кивнул я.

— У вас есть при себе оружие или артефакты?

— Только защитный, — я показал кольцо из метеоритного железа.

— Его потребуется снять. Также будьте готовы к проверке. Если на вас наложены какие-либо чары, лучше развейте их заранее, это упростит процесс.

— Само собой. Я встречался с российским императором и представляю, как это всё выглядит, — ответил я.

— Хорошо, — кивнул мужчина и отвернулся.

Королевский дворец Белграда оказался гораздо менее роскошным, чем я ожидал. Он отдалённо напоминал уменьшенную копию Зимнего, хотя архитектурные стили, конечно, были разными. Зимний дворец Петербурга выглядел гораздо больше и роскошнее даже снаружи.

Я мысленно осадил себя. Размеры дворца не значили ровным счётом ничего — в своей стране Драган Третий обладает абсолютной властью, и от его слова зависит, останутся ли в живых Мюллер и его люди.

Я здесь в роли просителя и должен проявить уважение к королю, но при этом сохранить достоинство. Всё-таки я подданный Российской империи, которая считается другом Сербского королевства, и имею кое-какое влияние в своей стране.

Меня тщательно проверили на входе. Сначала изучили артефактами, а затем обыскали, и только после этого впустили во дворец.

В просторной приёмной меня встретил высокий седой человек в украшенной золотом ливрее. Он коротко поклонился и прознёс:

— Добро пожаловать, граф Серебров. Его Величество примет вас немедленно, но должен предупредить: у вас будет десять минут. Король милостиво согласился уделить вам время, однако он слишком занят, и поэтому прошу вас изложить своё дело быстро и по существу.

— Понимаю, — кивнул я.

Итак, у меня всего десять минут, чтобы спасти жизни Клеменса и его людей. Что ж, придётся уложиться.

Меня провели в тронный зал, щедро украшенный золотом, красным бархатом и росписями. В дальнем конце на возвышении восседал король Сербии. Он оказался моложе, чем я предполагал, и даже густая борода не добавляла ему возраста.

Драган Третий был одет в наряд, который представлял собой некую смесь делового костюма с парадным мундиром. Золотая вышивка, аксельбанты и крупные пуговицы с гербом на рукавах, при этом строгий крой самого костюма. Довольно стильно, должен признать, интересное сочетание эпох.

По бокам от королевского трона застыли вооружённые гвардейцы, а чуть в стороне стоял с бесстрастным лицом человек. Судя по всему, советник или другой чиновник.

Я приблизился на положенное расстояние и отвесил почтительный поклон.

— Ваше Величество. Благодарю, что согласились меня принять.

Король окинул меня изучающим взглядом и медленно кивнул.

— Приветствую вас, граф Серебров, — произнёс он на русском с лёгким акцентом. — Я немного слышал о вас. Говорят, вы талантливый целитель.

— Смею надеяться, что так и есть, Ваше Величество, — скромно ответил я.

— И, как мне сказали, вы прибыли в мою страну по весьма деликатному вопросу. Говорите прямо, я не люблю долгих предисловий, — Драган Третий взмахнул рукой.

— Несколько дней назад ваша гвардия задержала на окраине Белграда группу людей под командованием Клеменса Мюллера. Насколько мне известно, им вменяют обвинение в действиях против Вашей власти. Я прибыл, чтобы рассказать вам правду об этих людях, — произнёс я.

Король чуть приподнял бровь.

— И в чём же состоит эта правда?

— Эти люди работают на меня. Герр Мюллер возглавляет частную службу, которую я финансирую. Эта служба защищает мои интересы в Европе, а также занимается расследованием деятельности преступной организации, известной как Чёрная каста. Надеюсь, Вашему Величеству известно, какую угрозу представляют её главы и каким влиянием она обладает, — ответил я.

Зал погрузился в тишину. Советник нахмурился и что-то прошептал Драгану на ухо. Лицо короля осталось непроницаемым.

— Чёрная каста, говорите. Знаете, для многих это не более чем страшная сказка, — чуть прищурившись, произнёс он.

— И вы тоже так считаете, Ваше Величество? — спросил я.

Драган Третий едва заметно улыбнулся.

— Нет. Не считаю.

— В таком случае, позвольте показать вам кое-что, — я раскрыл папку и сделал шаг вперёд.