Как в СССР, так и сейчас господствует точка зрения, что в Гражданской войне противостояли друг другу две силы: красные и белые. Но такая примитивная красно-белая оценка столь грандиозных национально-исторических событий вообще не заслуживает сколько- нибудь серьёзного внимания. Да, конечно, красные и белые воевали между собой за власть, но одновременно и тем и другим приходилось отчаянно бороться с третьей, зелёной силой — с Русским Бунтом, представлявшим главную опасность для обеих сторон. Крестьяне не верили никому, у кого нет на руках мозолей:

Начало Революции было достаточно успешным. Самодержавие «помазанника божия», расстреливавшего рабочие демонстрации, было уже исторически и психологически изжито. Война с Германией за чуждые британские интересы, массовый голод, массовые болезни, массовая неграмотность^ Народ бился за лучшую жизнь, за избавление от помещиков, фабрикантов, попов, буржуев-кровососов. Не сразу удалось распознать, что оседлавшие Революцию большевики- абсолютисты ничем не лучше прежних господ, хотя и называются товарищами. Их декреты стали напоминать царские указы, а униформой первой партийной бюрократии стали перелицованные офицерские френчи. «Земля — ваша, хлеб — наш!» — провозгласили новые мироеды; начались реквизиции, контрибуции, конфискации, чрезвычайки, трибуналы^ Народ стал прозревать, но обман теперь сопровождался самым настоящим террором.

Народное повстанчество 1918 — 1921 годов было направлено и против красных, и против белых, ибо в глазах народа и те и другие были насильниками. Как в фильме «Чапаев»: «Белые приходят — грабят, красные приходят — грабят, куда ж крестьянину податься?» Куда? А в леса, как в старые добрые разбойничьи времена: Леший не съест, не выдаст, не продаст^ Кстати, сам Василий Иванович, страсть как «любивший» фурманов-комиссаров, не дожил до тотальной продразвёрстки (погиб 5 сент. 1919 г.), а то тоже бы стал зелёным.

Официальные советские историки пишут о многих сотнях повсеместных «бандитских» выступлений в течение всей Гражданской войны. Народ оказывал ожесточённое сопротивление и восставал против новых властителей целыми уездами и даже губерниями. Период «военного коммунизма» (1918 — начало 1921) был ни чем иным, как кровопролитной войной кремлёвского режима с русским и другими коренными народами.

В годы Гражданской войны действовали целые многотысячсные крестьянские армии, возглавляемые левыми революционерами- радикалами: анархо-коммунистом Махно на юге Украины и России, эсером Антоновым на Тамбовщине, атаманами сибирских партизан, а также зелёные движения Поволжья, Урала, Черноморья и Крыма во главе с левыми эсерами. ЭТО БЫЛА ЗЕЛЁНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ.

Со всеми своими триумфами, трагедиями и противоречиями Революция эта явилась реализацией подлинно русской стихии.

Нестор Махно и Борис Савинков[38], Александр Антонов и Маруся Никифорова — не только героические личности, но и выразители духовной сути Русского Народа. Они были прямыми, добрыми и яростными Революционерами, по ту сторону белых и красных. Ведь и белые и красные сражались за власть, а подвижники третьей силы — ЗА НАРОДНУЮ ВОЛЮ[39].

Многочисленные крестьянские бунты вспыхивали тут и там, и вылились в вооружённую народную войну. В ходе Тамбовского восстания 1920 — 21 гг. под руководством Александра Степановича Антонова (1888 — 1922) была создана целая партизанская армия из крестьян, насчитывающая более 30 тысяч человек. Эсер Антонов в царскую эпоху боролся против самодержавия, поповщины и капитализма. Но, когда большевики, используя общий революционный подъём трудящихся, узурпировали центральную власть, Антонов объявил войну комиссарам, выступавшим от имени рабочих и крестьян.

На подавление Тамбовского восстания Тухачевский бросил 100 тысяч красноармейцев, в числе которых было немало интернациональных китайских и латышских частей[40]. Каратели использовали бронетехнику, авиацию и химическое оружие; травили людей нервно-паралитическим газом. Огнём артиллерии сносились с лица Земли целые сёла вместе со стариками, женщинами и детьми. 70 тысяч крестьян были убиты и казнены. И всё же на подавление восстания ушёл почти целый год, и долго ещё по лесам бродили партизаны, на которых охотились, как на бешеных волков. В этой охоте принимал очень активное участие и молодой тогда Гоша Жуков, чем и объясняется его дальнейшее быстрое карьерное продвижение. Однако, несмотря на всё сегодняшнее обильное прославление «маршала- победителя», о его участии в карательных операциях против безоружного народа как-то не упоминается.

В марте 1921 г. завершилось кровавым поражением Кронштадтское восстание, начатое матросами и офицерами Балтийского флота, выступавшими под лозунгом: «Мы за Советскую власть, но без жидов и комиссаров!»

Вообще, после победы красных, народ восстал против них точно так же, как раньше против белых. Своё свободолюбие, свой анархизм он вырабатывал в тяжелейшей тысячелетней борьбе с государственным, феодально-церковным гнётом за своё существование, выживание. И теперь мужик не видел никакой надобности в государстве, которое являлось ему исключительно в образе военных, продовольственных и прочих комиссаров с их непомерными насильственными поборами, требованиями и устрашающими расстрелами.

Крестьяне равно ненавидели и прежних бар, и новых; но большевистский грабёж во главе с чернявыми чекистами носил все признаки чужеземной оккупации. И те же самые сибирские партизаны, чихвостившие Колчака, теперь обратили оружие против большевиков, заявляя: «Ни

ЧеКа, ни Колчака!» Мало кто знает (или хочет знать), что мощнейшее народное восстание зимой 1920 — 1921 годов, охватившее огромные просторы Западной Сибири, по своему размаху превзошло гораздо более известное Тамбовское. Но и оно было беспощадно утоплено в крови.

Однако самым впечатляющим народным восстанием следует признать Революционную повстанческую армию, созданную Махно и непосредственно повлиявшую на исход Гражданской войны, о чём с умыслом или по недомыслию помалкивают историки всех мастей как у нас в стране, так и за рубежом.

Нестор Иванович Махно (1889 — 1934) — выдающийся военный руководитель, искусный боевой стратег, воевавший «не числом, а умением». Об этом свидетельствуют в своих мемуарах Деникин, Слащев, Врангель и другие военачальники Добровольческой армии, которым приходилось сталкиваться с Махно в сражениях Гражданской войны. Так, начальник слащевского штаба полковник Дубего откровенно признавал: «Вообще же махновские войска отличались от большевиков исключительной боеспособностью и стойкостью». Деникин в «Очерках русской смуты» очень сожалел, что не было у белых такой силы, какая нашлась у крас- н^1х, чтобы подавить «своеволие» махновцев.

Самородок Махно в пух и в прах разбивал как деникинские соединения под командованием кадровых генералов, так и красные части, которыми командовали другие бывшие генералы-академики. Легендарные красные тачанки под Чёрными знамёнами Анархии выкашивали ряды и тех и других.