— Сними рубашку, — сказал Руадан.

Сначала я хотела пошутить про «сперва купи девушке ужин», но это было не смешно, и я подавила порыв. Я промолчала и стянула с себя рубашку.

Руадан резко втянул воздух, а я посмотрела на себя, вытянув шею, чтобы увидеть свои раны. Когда я рассмотрела повреждения, то застонала. Я больше ничего не чувствовала, но моя спина и бока были изодраны в клочья и обожжены.

— Ложись на живот, — велел Руадан.

Я сделала, как он сказал, скрестив руки под подбородком. Я закрыла глаза, чувствуя лишь слабое давление, пока он промывал раны, вытаскивая осколки. Благодаря его магии я не чувствовала боли.

— Разве у вас нет для этого целителей? — спросила я.

— Есть. Но они не так скрупулёзны, как я.

— Я чувствую себя привилегированной, когда меня лечит сам Великий Магистр, — я облизала губы, осмеливаясь задать вопрос, который на самом деле был у меня на уме. — Теперь, когда Савус мёртв, ты соблюдаешь свой обет девственности?

— Это была не девственность.

— Неважно. Воздержание.

— Как это было всегда, Рыцари Теневых Фейри не могут заводить любовников в стенах Института. Они могут заводить любовников за его пределами. Не то чтобы это было моей главной заботой на данный момент.

Хорошо. Это был очень официальный способ сказать: «Мы с тобой никогда не будем спать вместе, так что выбрось это из своего перегретого ума».

Пока он работал, воцарилась тишина. Затем Руадан сказал:

— Ты умерла, — похоже, Руадан не собирался упускать эту маленькую деталь из виду. — Когда Балерос был здесь, он вонзил меч тебе в сердце. Ты вонзила свой меч в его сердце. Оба они были сделаны из железа. Вы оба умерли. Я знаю, почему Балерос вернулся к жизни. Он отдал свою душу Эмеразель, и она оживила его. Я не знаю, как вернулась ты.

Я снова погрузилась в молчание. На самом деле он не задал вопроса, так что я не стала утруждать себя ответом.

Он потянул вниз пояс моей юбки, исцеляя кожу на бедре.

Я вдохнула его запах — сосны и яблок. Несколько недель назад я провела пару дней обнажённой в этой постели, прижимаясь к нему всем телом и извиваясь от избытка магии вожделения. И теперь магия Руадана накатывала на меня волнами удовольствия. Я не могла этого видеть, но была уверена, что моя кожа уже выглядит лучше.

После ещё нескольких минут его восхитительной магии исцеления он заговорил снова.

— Раны очищены и затянулись. А теперь расскажи мне, кто ты.

У Руадана была привычка не отвечать на вопросы, на которые он не хотел отвечать. Блестящая тактика в своей простоте. Он просто держал рот на замке, и всё. У меня в запасе имелась ещё одна блестящая тактика. Вместо ответа я перевернулась на спину, прикрыв грудь одной рукой, но оставив один из сосков на виду, как будто случайно.

Я невинно моргнула, глядя на него.

— А какой был вопрос?

Чернота застлала ему глаза, и его демонический облик взял верх. На мгновение я уловила отблеск призрачных крыльев, мелькнувших у него за плечами. А-а-а… Вот и инкуб.

У меня перехватило дыхание. Я никогда не видела их раньше. И всё же он ещё не полностью изменился. Если и так, то я не думаю, что его инкубская сторона отличалась особой сдержанностью.

Руадан упёрся руками по обе стороны от моей головы, окружая меня, и в моём животе пульсировало тепло. Он медленно прошёлся взглядом вверх и вниз по моему телу, задержавшись на обнажённой груди, скользнув по талии, бёдрам, между ног. Взгляд, которым он смотрел на меня, был чисто хищным, как будто он хотел поглотить меня полностью.

Он молниеносно наклонился, и его дыхание согрело мою шею. Он глубоко вдохнул, издав низкий рык, который отозвался у меня в животе. Моя спина начала выгибаться, и я убрала руку со своей груди. Я облизнула губы, глядя в его тёмные глаза. Руадан так сильно вцепился в простыни, что его мышцы дрожали.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки, пока, наконец, его глаза не стали фиолетовыми.

Проклятье.

Он поднялся, отворачиваясь от меня.

Я сделала долгий, медленный выдох, глядя на его мускулистую спину.

— Отдохни часок, — сказал Руадан. — Затем мы отправляемся в «Череп и скрещенные кости».

***

Отдохнув минут двадцать, я вскочила с кровати. Я достала из своей дорожной сумки сменную одежду — белое платье на пуговицах. Оно выглядело до нелепости невинно — идеально для тайных миссий, поскольку Теневые Фейри никогда не носят белое.

Я надела его и схватила свою сумку с вещами. Затем я вооружилась одним из мечей и ножнами со стены Руадана. Я направилась во внутренний двор.

Перед выходом на задание мне нравилось проводить немного времени, углубляясь в исследования в библиотеке — особенно теперь, когда там работала моя подруга Мелюзина.

Теперь уже полностью исцелённая, я быстро поднялась по лестнице в тускло освещённую библиотеку. Там я обнаружила Мелюзину, сидящую на лестнице и уткнувшуюся в книгу об единорогах-оборотнях. Светлячок освещал воздух над ней золотистым светом. Казалось, она не заметила, как я вошла.

— Мелюзина.

Она подпрыгнула, захлопывая книгу. Мне потребовалось мгновение, чтобы распознать румянец на её лице и жар в глазах и понять, что Мелюзина питала слабость к единорогам-оборотням. Интересно.

— Я не думала ни о чём странном! — выпалила она. — Здесь в литературе написано, что нет ничего плохого в том, чтобы прочитать простую образовательную книгу о мускулистых мужчинах, у которых вырастают копыта и рога.

— Успокойся, Мелюзина. Мне просто нужна помощь в изучении определённого вида магии.

Она кивнула, оправляя платье.

— Что ты можешь рассказать мне об этом конкретном виде магии?

— Ты когда-нибудь слышала о чем-то, из-за чего человек думает, что он мёртв, но это не так?

— Физически он в порядке, но у него проблемы с головой?

— Да.

Она почесала в затылке.

— Это похоже на психомантию. Это новый вид магии, которому около ста лет. Знаешь, когда я слышу о людях, которые думают о чём-то нереальном, я думаю «бредовые заблуждения». Я складываю два и два. Верно? Однажды мне показалось, что игрушечные солдатики моего брата пытаются убить меня ядом. Но на самом деле это был наш кот. Ты понимаешь, о чём я?

«Неа».

— Конечно. Да.

Она повела меня к нише в другом углу библиотеки.

— Как ты её назвала? — переспросила я. — Психо-как-то там?

— На психомантов оказала влияние область человеческой психологии. Это увлекательная область. Я знаю по крайней мере несколько сотен вещей об этом, — она поправила очки на носу. — Некоторые психоманты способны воздействовать на человеческий разум способами, имитирующими настоящие человеческие заблуждения.

Она взяла с полки книгу и начала листать её, тихо мыча себе под нос. Наконец, она остановилась на странице, и её лицо просияло.

— Вот так. Синдром Котара. Человеку кажется, что он разлагается, иногда ему кажется, что он в аду. Полный шок для организма, правда. Это может быть вызвано повреждением мозга, — она закрыла книгу. — Или, в данном случае, магией.

Я скрестила руки на груди.

— В этом есть какой-то странный смысл. Галки бесстрашны, а Балерос использует их, чтобы подставить нас, — я прикусила губу. — А что ты можешь рассказать мне о Чёрной Смерти?

— Это просто. Люди приписывают это бактериям, но на самом деле это было вызвано магией. Легенда гласит, что причиной этого был Всадник Смерти.

У меня перехватило горло.

— Что?

— Такова легенда. Крупные эпидемии в шестом веке, четырнадцатом, семнадцатом. Улицы, заваленные телами, красные кресты на дверях, повсюду вонь смерти. Настоящее веселье, понимаешь? По правде говоря, некоторым было по-настоящему весело. Ты знала, что люди реагировали двояко? Они пороли себя на улицах или занимались прелюбодеянием повсюду.

Я кивнула. Это действительно имело смысл. По моему опыту, люди были одержимы ровно двумя вещами: сексом и ненавистью к себе за это.