- Документы мне на подпись централизованно, через секретаря, - обронил сухо, оставляя телефон на краю стола. - Терпеть не могу, когда сотрудники своим бесконечным хождением отрывают от работы.

Вот так холодно? В самом деле? Кровь в висках застучала. Кажется – давление вот-вот подскочит. Еще не хватало.

- Я исключительно по личному, - постаралась придать тону максимальную твердость.

Ноги подкашивались. Сердце из груди грозило выскочить. Не думала, что подобным образом отреагирует на встречу с человеком, которого… Ненавидела! Да-да, именно – ненавидела. Всей душой!

- Тем более, - оставаясь непреклонным, посмотрел куда-то сквозь неё. Совершенно чужой взгляд. Другого она знала Белова. Даже когда лгал ей, когда изворачивался, будучи застуканным на месте «преступления», убеждая в том, что « это не то, что ты думаешь », а там и думать нечего было, с теплотой и надеждой на нее смотрел. А сейчас, как сквозь стену. - Есть часы приема.

Господи, какие часы приема, да еще два раза в неделю?! Когда вопрос необходимо решить здесь и сейчас. Встречать Новый год с прошлым - не имела никакого желания. Выходить на работу после праздников к человеку, который год назад, в такой же самый Новый год предал – и подавно!

- У меня – срочно, - выдала не раздумывая. Откуда только смелости набралась. Еще минуту назад трясло, как в лихорадке.

- Вопрос жизни и смерти, - то ли спросил, то ли озвучил очевидное Белов. А ей показалось? Или, действительно, усмехнулся? – Ладно, в виде исключения, - возвращаясь в кресло, кивнул он. – Давайте, что у вас там? – поинтересовался, протягивая руку.

«Вы», исключительно «вы». Холодно, максимально сдержанно. Совершенно не тот Белов, который… А чего, собственно, ждала? Еще год назад ненужной стала. Думала – перегорело всё, забылось. Ан – нет. Вот у него, кажется, как раз-таки и получилось прошлое оставить в прошлом. А она случайного прикосновения избежать постаралась, передавая исписанный лист.

- Вот…

« Вот » - брови изогнулись в неподдельном удивлении, когда пробежал глазами короткий текст. Вряд ли ожидались сюрпризы на новом месте в первый же час вступления в должность.

- Инна Евгеньевна, с чего вдруг принято подобное решение?

Холодный взгляд. Не менее казенный тон. Всё правильно. Перед ним – обычный, рядовой сотрудник.

Какой пожар бушевал внутри, даже представить себе не могла. Увидел её, едва в конференц-зал вошел. Поверить не мог. И Серега ни словом не обмолвился. Всё то время, пока представление шло. Старался даже случайно не глянуть. Внутри всё подниматься начало. Да и не только внутри. Брюки тесноватыми стали. Вот маньяком перед сотрудниками показаться совсем не хотелось. Не объяснять же каждому, что реакция подобная на одного единственного представителя офиса…

- Я не могу с вами работать.

Выпалила первое, что на ум пришло. Хотя, да, не могла. Сердце даже сейчас биться учащеннее начинало, стоило взглядами встретиться. От одной мысли о возможном прикосновении мурашки по всему телу пробегали. А что будет, если рядом работать станут? Если изо дня в день, встречаться начнут?..

- Правда? – врываясь в её размышления, поинтересовался Макс, с видимым спокойствием откладывая на стол лист. - Мы с вами, вроде, и не сталкивались еще, - заставляя отвести взгляд, после короткой паузы, добавив, - По работе.

Намеренно подчеркнул? Без сомнения. Инка на считанные секунды задержала дыхание. Спокойствие, как никогда, требовалось.

- Я давно приняла решение, - выдохнула максимально уверенно.

- Уволиться именно тридцать первого декабря? – съязвил Белов, неторопливо поднимаясь с кресла, заставляя тем самым, Инку отступить. – До полудня? – уточнил, глянув на часы. - Яхонтова, мне хоть не ври, - попросил, резко переходя на «ты». - Не подпишу я твоего заявления. Мне заменить тебя некем.

Называется – приехали. И тон – не похожий на шутку. То есть, этот человек собирался оставить её в офисе. Для чего? Между ними давно всё кончено. Радоваться должен, что сама пришла с просьбой об увольнении. Никакой головной боли!

- Не имеете права, - выдерживая максимально дистанцию «босс-подчиненный», вновь заговорила Инка. - Меня уже на другом рабочем месте ждут, - выдала первое, что на ум пришло.

Удивление Белова выразилось в заметно изогнутых бровях. Что-то новенькое. Не припоминала, чтобы в прежние времена так реагировал.

- Да неужели? – и снова, нет, не могла ошибиться, ирония в тоне. Ситуация забавляла? Поиграть, как кот с мышью, решил? - Прямо сегодня? – продолжая выдерживать выбранную тональность, попытался сократить расстояние. - Во сколько: в час, в три? Так у нас с тобой сегодня рабочий день до шести. Завтра – выходной. Сам отдохнуть хочу. После завтра выходим на работу.

Он издевался? Понять никак не получалось истинный настрой человека, которого, как до сих пор думала, отлично знает. Или, вернее будет, наверно, сказать – знала. Не верилось, что всего за год столь разительные перемены произошли.

- Что? Вы не сделаете этого, - почти прошептала в ответ. – Максим Александрович…

- Я все сказал, - в одно мгновение голос зазвучал неожиданно жестко. – Тебя рекомендовали, как отличного специалиста. А мне такие нужны. Иди работай. Если новый год хочешь дома встречать, а не со мной, здесь, - добавил всё так же резко. - И подготовь мне к вечеру полный отчет по финансам. Хочу сразу въехать…

- Ты не имеешь права… - проговорила тихо.

- В самом деле? Хочешь поговорить о правах? – ирония улетучилась, по всей видимости, окончательно. - Не советую. Прав тот, у кого больше прав. Хотя… - остановил короткой фразой. – Можем договориться, - продолжал медленно, не сводя с Яхонтовой взгляда, от которого даже слегка плечами повела. – Пол часа и ты свободна сегодня раньше всех остальных, - при этом похлопал ладонью по столу. – Если хочешь второго - выходной, придется постараться немного больше.

Обычное её заявление на увольнение привело в ярость. Только ли заявление? Её самоуверенность. В то время, как у него ни черта не клеилось, работой себя загружал по полной, она великолепно себя чувствовала. Желание непреодолимое появилось с небес на землю спустить.

Шаг. Второй. Остановилась. Ждал. Среагировать не успел. Пощечина прогремела на весь кабинет. Даже дернулся от неожиданности.

- Вот сюда, - постучала в ответ по столешнице, - Машеньку пригласи. Безотказная девочка. А ко мне – не по адресу, - закончила, резко развернувшись и направившись из кабинета.

Остановить не решился, прекрасно понимая, на сколько перегнул палку. Мог, сколько угодно, пытаться оправдать свои слова, ничего это не меняло. Да, Яхонтова привела в ступор. Да, всколыхнулась память. Да какая там память, желания ожили самым неожиданным образом. А ведь думал, подавить получилось. Год намеренно избегал встреч, даже случайных. И вот тебе, одна пятиминутка к чертям собачим отправила все потуги.

Задержав на Инкином заявлении взгляд, скомкав, отправил то в урну. Яхонтова и увольнение – понятия не совместимые. Для него.

«Свалившийся» некоторое время спустя в кабинет, Серёга Трофимов своей фразой:

- Макс, ты её до слёз довел, - настроения не улучшил. И сам догадывался, что перестарался в своем желании «насолить». Сильно. - Легче стало?

Учитывая, что год назад друг выступил целиком и полностью на стороне Яхонтовой, одобрения собственной выходке Белову сейчас ждать не стоило. Да еще, черт бы всё побрало, муж Инкиной лучшей подруги. Само собой, против жены не попрет.

- Не против, если мы с ней сами как-нибудь попытаемся разобраться? - поинтересовался Макс, постаравшись выдержать ровный тон.

С момента, как Яхонтова оставила кабинет, прокручивал в голове всё, что произошло здесь за период её короткого пребывания. Собственная реакция на неё, вопросов не вызывала. Да, не готов оказался, но… Не забыта. Не вычеркнута. Готов попытаться всё вернуть и начать если не с самого начала, то уж точно, с событий 31 декабря прошлого года.