Время мне сейчас дороже, чем возможность выжать из сделки последнюю копейку. Если за разумную сумму можно закрыть вопрос и больше к нему не возвращаться, я согласен потратиться. У меня и без поездок хватает забот. И фирма нужна для работы, а не для бесконечных разбирательств с прежними хозяевами. Только соглашаться на двести пятьдесят миллионов… Сумма чересчур завышенная, если всё учесть.

Я открыл ответное письмо, предложил сто пятьдесят миллионов и напомнил, что вместе с активами принимаю на себя долги компании. Приложил бухгалтерский баланс после аудита, чтобы моему собеседнику было проще соотнести собственные пожелания с действительностью.

Ерохина там ничего не приукрашивала, смотреть на итоговые цифры без грусти трудно даже мне. Фирма в глубоком минусе, а расторжения договоров с отказами от возврата средств ещё не закончились. И без вливаний от новых «сделок по разработке уникального технического решения и онлайн-проектов международного масштаба» фирму можно будет смело банкротить. Впрочем, даже сейчас все эти сделки выглядят сомнительно… Наблюдательный проверяющий обязательно задастся вопросом: это что вообще такое?

Разрулить ситуацию с переводами можно и самому. Но это долго, нудно и, мать его, сложно! Это ж реальные айти-продукты создавать придётся, а я морально таким заниматься не готов. Надеюсь, мне не придётся месяцами ковыряться и сводить концы разных проектов и договоров. А для этого всего лишь нужно заключить одно небольшое соглашение с нужным человеком… Посмотрим, удастся ли мне это сделать.

Так, добавлю-ка я в письмо напоминание о бывшей деятельности конторы. Из-за неё вполне могут арестовать счета и забрать землю, здания и прочие активы. И от доли у Ерлана останется право объясняться по уголовному делу на допросе.

Я кратко ему всё изложил и добавил, что вот он не особо вникал в суть деятельности фирмы, а стоило бы. Заодно посоветовал впредь не связываться с сомнительными инвесторами, даже если те рисуют заманчивые перспективы.

К письму добавил ссылку на новости из Индии. Там уже рассказывали о крахе местного магната и о беспорядках возле его офиса, а комиссар полиции Нью-Дели комментировал его арест. Наглядное получилось дополнение к бухгалтерскому балансу. Никому не угрожаю, просто делюсь международными новостями. Вдруг мой собеседник их ещё не видел.

С переводами тоже нужно быть осторожнее: слишком много крупных платежей за короткое время. Налоговики вполне могут захотеть познакомиться с нашей деятельностью поближе. И тут нужна броня государственного масштаба. А получить я её могу только от очень влиятельных людей. Среди моих потенциальных друзей таких мало. Один вот прилететь должен в течение часа…

Но тянуть не стоит. Чтобы меньше было интереса к нашей Ерланом сделке, надо провести продажу по среднерыночным ценам, а оставшуюся сумму я ему напрямую с офшоров закину в Казахстан. Пожалуй, так будет лучше всего. Но сначала пусть примет предложение. Расписывать схему перевода денег пока рано. И Ерохиной нужно будет дать возможность проверить бумаги до того, как мы подпишем себе очередную головную боль.

Я отправил письмо и вернулся к дожидавшемуся меня консультанту:

— Извините, отвлёкся. Этот беру, давайте оформлять.

Пока оформляли покупку, я дослушал про гарантию и проверил выданные бумаги. Чек с талоном убрал в коробку, после чего подхватил покупку и пошёл к машине.

У такси ждал знакомый, надёжный водитель, и я, уложив триммер, обратился к нему:

— Дружище, теперь в магазин электрики, пожалуйста. Тут в двух кварталах будет магазин-склад «Двести двадцать вольт».

— Как скажете! — допивая молочный коктейль, произнёс он и виртуозно одной рукой завёл машину, включил передачу и принялся рулить.

Когда мы выезжали с парковки, мне на телефон пришёл лаконичный ответ от Ерлана:

[Согласен.]

Что ж, можно готовить документы. И об этом я сразу сообщил Ерохиной.

В магазин электрики я поехал не просто так. Вчера на фирме уже побывал независимый специалист, которому заказали оценку возможности размещения жрущего кучу электричества оборудования, и тот вынес вердикт, что текущий щиток сдохнет раньше, чем я подключу хотя бы половину стоек с серверами. Надо менять… Много чего менять надо. Список вышел на две страницы.

Я открыл этот самый список и отправился к консультанту, чтобы собрать заказ для серверной. Внимательно отмечал собранное и найденное в продаже, сверяя обозначения на упаковках и стараясь ничего не пропустить. Не хватало потом снова ехать через весь город за какой-нибудь мелочью, без которой специалист не сможет закончить работу.

Силовые кабели, сам щит и прочие крупногабаритные позиции заказали с доставкой. Всё доступное сразу я оплатил и забрал. С собой только коробку с различной мелочёвкой взял по итогу. А ещё инструменты самые разные для монтажа тоже взял, лишними не будут. В последнее время я регулярно ковыряюсь то тут, то там.

Укладывая пакеты рядом с триммером, я прижал их так, чтобы ничего не разъезжалось, и назвал таксисту следующий адрес. Катались мы уже почти полдня, как я из кафе вышел, и будем кататься, видимо, до самого вечера…

Уже ближе к вечеру я остановился у пустующего ангара, выставленного на торги городской администрацией, и подозвал о чём-то беседующего с парнями из конторы Рената. Тот сразу занялся перегрузкой электрики в свою машину, чтобы отвезти всё к зданию компании. Я подал ему оставшиеся пакеты, а коробку с триммером отодвинул в сторону:

— Эта со мной домой поедет. Остальное в фирму, там всё по списку электрика. Пусть он заодно наш офис исследует, как с серверной закончит, и займётся монтажом систем видеонаблюдения по всему комплексу зданий на нашей территории.

— Хорошо, передам. Он наверняка обрадуется: такой крупный заказ…

— Да. Он и специалист неплохой, судя по всему. Берёт много, но деньги — пыль. Результат прежде всего.

Я захлопнул багажник и вместе с Ренатом прошёл в ангар, внимательно осматривая возможную покупку фирмы. Щели под потолком, сквозняки, скрипучие ворота, убитые стены с граффити, выбитые окна… Работы здесь хватает, одним выкупом мы не обойдёмся. Понять бы, успеем ли за отведённый месяц привести это место в порядок, превратить его в арт-пространство…

— Как думаешь, Ренат, если выкупим ангар, нам хватит месяца для его превращения?

— Подрядчика нужно искать. Своими силами вряд ли… И за срочность доплачивать придётся. Но в целом, думаю, справимся. Ещё оформитель нужен, чтобы всё нормально получилось с концепцией.

Ренат начал водить рукой, указывая на те или иные проблемы:

— Подъезд убитый. С дорожниками бы договориться и новый асфальт положить. Крышу подлатать нужно, окна новые вставить. Может, с электрикой ещё проблемы. И для выставок картин есть специальные госты и нормы по обеспечению безопасности. То есть надо устранить сырость, сквозняки, обеспечить противопожарную защиту…

— Ну, электрик толковый у нас уже есть… Хорошо, занимайтесь выкупом, — ответил я и посмотрел на Рената с лёгким удивлением: — А ты откуда знаешь, что картинам на пользу?

Он достал телефон и показал мне экран:

— В интернете поискал, что для таких помещений нужно. Видео кое-какие посмотрел. Ну и кое-что из рассказов жены помню…

Приятно, когда человек, получив задачу, пытается разобраться сам. Пахомов вон у меня спрашивал, где ему художников искать. Чуть не пришлось за руку вести… А ведь взрослый мужик. Фирмой управлял, участки скупал. С Ренатом пока проще. Ему хотя бы не нужно объяснять, что телефон годится не только для доклада начальству о возникших трудностях.

— Молодец. Сделаешь всё на уровне и поможешь Пахомову с организацией, будут тебе премиальные. И с тренировочным залом решим. Заодно подскажу, что можно сделать с твоими силами.

— Спасибо. — Он убрал телефон, но продолжил уже о другом: — И за Ерлана тоже. Что к моей просьбе прислушались.