Оглянулся. Ну да… На этой поляне, кроме меня, других кандидатов на роль мудака нет.

— Знаешь, что я думаю? — начал я, растягивая слова. — Я думаю, что ты просто ленишься.

— Чего?

— Ленишься. Тебе удобно. Кормят, возят, одевают в брендовые шмотки… Зачем стараться? Можно и на коляске посидеть. Хорошо устроилась, конечно… Я бы тоже так пожить не отказался, на всём готовеньком.

— Ты серьёзно?..

— Абсолютно. Мне вчера показалось, что у тебя характер есть. Ошибся. Вокзальная девчонка, нашедшая дурачков, что хотят помочь. Села на шею, ноги свесила и весело ими болтаешь, купаясь во внимании.

Она сжала телефон и уставилась на меня.

— Ты обещал сделать из меня монстра… Мы договаривались…

— Обещал, было дело. Но если это тебе не надо, то мне и подавно, — фыркнул я. — Надо было сиделку тебе нанять или вообще в больничку сдать. Да, так и сделаю. Пускай они разбираются с тобой и твоими проблемами, дармоедка. Или лучше обратно в приют? Тебя, кстати, там хоть кто-то искал? Хоть одна душа? Или все выдохнули, когда ты пропала? — Я осознанно бил по всему, что видел вчера, и чувствовал себя при этом отвратно, но останавливаться на полпути было бы глупо…

Лицо у неё пошло пятнами, и телефон в кулаке затрещал.

— Заткнись…

— Может, мне ещё и уйти? Далеко укатишься из этого полного грязи леса? Хилая, слабая, никчёмная… Ты даже с поляны этой не выкатишься сама.

— Заткнись! — разнёсся крик по всему лесу, и в ту же секунду экран телефона погас, а между корпусом и ладонью с сухим треском проскочил короткий синеватый разряд.

Я успел его увидеть, и это главное, потому что она не успела. Света сидела и орала матом. По щекам у неё текли слёзы, а телефон в руке дымился.

Пришлось окутать её ментальной силой и слегка надавить, успокаивая и напоминая, что это просто тренировка.

Поток ругани оборвался на середине. Света обмякла в кресле, часто дыша, и через полминуты снова меня узнала.

— Сила проскочила, — сообщил я, не подходя слишком близко. — Своей цели мы добились. Теперь вспоминай. Пошагово. Всё, что произошло. О чём думала? Что представляла? Что чувствовала в руке? Давай, пока воспоминания не остыли.

— Ты…

— Ага, спровоцировал тебя. А ты завелась с пол-оборота. Выдержки у тебя никакой.

Она посмотрела на дымящий телефон, фыркнула, отгоняя рукой вонь от сгоревшей проводки и оплавленного пластика, перевела взгляд на меня и погрозила мне кулаком, на что я лишь слегка улыбнулся.

— Я ничего не представляла, — наконец произнесла она. — Просто хотела, чтобы ты заткнулся. Очень…

— Что-нибудь было? Тепло? Покалывание? Что угодно?

— Ничего. Просто злость.

— Ладно… Держи второй.

Второй телефон она взяла с явным нежеланием, и я её понимал. Она крутила его в ладонях, сжимала, вспоминала и злилась, по её словам, но за десять минут ничего не добилась. Я забрал у неё аппарат и повертел его сам. Целый, даже работает.

— Слушай, а удар ты вообще почувствовала? Разряд с телефона в руку. Я его своими глазами видел.

— Какой удар?

— Электрический. Молния маленькая тебе в ладонь прошла. Ты не заметила?

— Нет. Ничего такого не было… — Она повертела ладонь перед глазами.

— Есть у меня одна идейка… — произнёс я, немного подумав. — Но проверим её, когда здесь закончим. Давай по новой. Постарайся разозлиться… маленькая никчёмная засранка. Ты, кстати, уже придумала, как долг за еду и всё остальное отрабатывать будешь?

* * *

В город мы выехали затемно. Из-за плотного ужина и напряжённых тренировок Света уснула ещё до трассы. И спала так крепко, что даже кочки её не могли разбудить.

Три часа мы провели в лесу, и два сгоревших телефона, повербанк — всё ушло в мусорку. Эксперименты лишний раз подтвердили, что техника выходит из строя из-за её силы. А вот мою догадку — нет. Но и не опровергли, так что я всё ещё думаю, что Света не бьёт по технике, а вытягивает из неё электричество, из-за чего аппаратура сгорает и короткие замыкания случаются. Как это так выходит, я не объясню. Мне б кто объяснил…

В бардачке лежала папка. Дед подписал всё, сказав, что я отвечаю головой за его гнёздышко. Договор аренды участка с домом, договор передачи права аренды полей — всё, о чём договаривались. Осталось отдать её Пахомову, чтобы тот всё оформил официально, и дед перестанет существовать для всех, кому нужна эта земля. Пусть теперь стучатся в контору.

Мы ехали в офис, чтобы оставить папку и сделать ещё кучу дел. Времени в обрез, так что придётся постараться.

Надо проверить документы компании и всё то, что натащили вчера в переговорную, включая сундук с чёрной бухгалтерией. Нужно по этим бумагам составить список пострадавших и прикинуть, во сколько обойдётся возврат недвижимости и компенсации. А ещё нужно быстренько наказать индуса. Благо ИИ-шка уже успела выявить его основные активы и накопать столько сведений, что его песенка вскоре будет спета. И закончится она не хэппи-эндом, как в болливудских боевиках с танцующими героями.

Ещё надо проверить казаха… Я до сих пор не понимаю, насколько Ерлан в курсе того, что тут творили от его имени. Виноват он или дурак, что подставился? Ну, как бы там ни было, его всё равно нужно будет в чувства привести. Вопрос лишь в том, как это сделать. Но это уже будет зависеть от того, что я узнаю.

Пополнить счета компании надо будет. Деньги на все расходы возьмём, пожалуй, там, откуда они в основном и приходили: с офшоров и с индийских счетов нашего недо-инвестора. Это, к слову, самое приятное во всём списке.

К моему счастью, фирма при создании получила в устав такой перечень видов деятельности, что можно завтра хоть ресторан открыть, хоть айти-компанию, хоть охранное предприятие. Кто-то в своё время не поленился и вписал всё, до чего дотянулся. Нет лишь того, на что нужны лицензии: медицина, добыча полезных ископаемых и прочее, за чем разные министерства наблюдают особенно пристально. Так что составить договор и продать по нему господину Шарме онлайн-сайт с игрой в крестики-нолики, скажем, за половину его активов, не проблема. Сайт я ему даже сделаю. Мне не жалко.

В офисе не было света ни в одном из окон, только лампа над крыльцом горела. Коляску я разложил, Свету пересадил, не разбудив, и вкатил её через дверь в холл. Охранник за стойкой поднялся мне навстречу. Хоть не узнал меня, но заметно напрягся. Я посмотрел на его пояс.

— Прошу прощения, мы закрыты…

— Не для владельца. Машину видишь? — кивнул я в сторону грязного чёрного внедорожника.

— Эм, вижу…

— Ваша?

— Так точно… — Охранник даже очки надел, чтобы взглянуть на номера.

— Кто на ней ездит?

— Директор сказал… А, я понял, проходите. Просто не ожидал вас так поздно…

— Минуту. Дай электрошокер…

Он замялся, покосился на девочку в коляске. В мыслях он ничего хорошего от этой просьбы не ждал, но всё же отстегнул чехол и протянул мне шокер рукоятью вперёд. Орудие оказалось тяжёлым и с индикатором заряда. Такие охранным конторам продают оптом.

Света поморщилась и открыла глаза.

— Куда это мы приехали?..

— Немного поработаем, — сказал я и ткнул шокер ей в плечо.

Затрещало на весь холл, между электродами полетели синие искры, запахло озоном, и охранник за стойкой охнул. А Света даже не пошевелилась. Только открыла глаза пошире и уставилась на прибор у своего плеча, пытаясь сообразить, что это так трещит.

— И что? — не поняла она.

Я убрал шокер, посмотрел на индикатор, потом ткнул электродами себе в тыльную сторону ладони и нажал кнопку. Вот тут разряд прошёл как положено. Руку скрутило до плеча.

Я отдёрнул руку и выругался так, что охранник вжал голову в плечи, а Света вытаращилась на меня. Пальцы не слушались ещё секунд десять.

На индикаторе оставалась одна полоска. Я нажал ещё раз, но в пустоту. Пара слабых тресков, и прибор замолчал. Разрядился окончательно. Она выпила заряд из прибора полностью… Всё-таки я прав!