— Ну, вы прям тимуровцы. Альтруисты, конечно, каких поискать. Благородные рыцари, чтоб мы все без вас делали…

Я побарабанил пальцами по столу. Дед за всё это время не произнёс ни слова. Только жевал бутерброд, и Пахомов от этого жевания потел ещё сильнее, чем от моих вопросов.

Олег оттянул галстук:

— Ну, это… Может быть, вам что-то ещё подсказать, рассказать? Мне же как бы… просто очень важно, чтобы вы не только остались довольны, но и были при деле. Мы бы хотели ещё предложить вам работу.

— Мне? — удивился я вполне искренне.

— Не, ну… не вам конкретно. Вот вашему дедушке. С его-то силами… которые, как оказалось, есть…

Дед аж жевать перестал, а где-то за углом заскрипела полка с гирями.

— Очень интересно… — приподнял я брови. — И что за работу вы хотите предложить старому пенсионеру?

Не дожидаясь ответа, я повернулся к старику с вопросом:

— Значит, ты кого-то пожалел и не утопил в болоте?

— Ох, старый я стал что-то… — Дед отложил бутерброд. — Решил пощадить дурней. Думал, они поймут с первого раза и решат больше не лезть.

Я прищурился и вздохнул. Пощадил он, значит… Могилы копать заставил, до смерти перепугал и отпустил. И один из перепуганных доложил своему начальству, что старик в деревне поднимает машины одним взглядом. Начальство теперь сидит напротив и предлагает старику работу.

Милосердно со стороны деда, что он их всех на лесопилке не закопал, но на деле это ошибка, и обойтись она может дорого… Раз следы не зачистил дед, зачищать сегодня буду я.

— Так… Ладно, давайте так. Мне ваш инвестпроект очень, очень интересен. Так что собирайтесь, поедем к вам в офис. Там познакомите со всеми, кто этим проектом занимается.

Дед посмотрел на меня поверх кружки:

— Ты это серьёзно?

— Естественно. Если ты наследил, мне придётся взять метлу и вжух…

Пахомов не понял, радоваться ему или грустить, но я придал ему заряд ускорения: поднял его со стула и хлопнул по спине, задавая направление к двери.

— В машине подождите меня, — отправил я его и сам начал собираться. — Папки не забудьте.

— Так я ведь даже сумму не озвучил…

— Серьёзные дела будем решать в серьёзном офисе! — бодро сказал я и выпроводил гостя.

Он вышел, а я посмотрел на деда и вздохнул.

— Ну, чего ты взглядом сверлишь? Устал я их закапывать… Потом же приезжают следователи, ищут их, а ты тут. Теперь ещё и она… — кивнул дед на комнату Светы. — Нельзя рисковать!

— Нельзя… Но рассказать мне нужно было сразу. Ещё есть живые свидетели?

— Нет, — сурово произнёс он.

— Вот и хорошо. С этими постараюсь обойтись более деликатно. Но надо будет проработать каждого. Много времени уйдёт. Вряд ли вернусь до темноты, — предупредил я.

— Справишься? Я тебя с утра загонял… — начал переживать дед.

— А куда я денусь? Следи за Светкой. И в лес за грибами без меня больше не ходи…

* * *

Ехали молча. Второй джип пристроился следом, ребята Пахомова сидели в нём, как селёдки в бочке, и явно жалели, что так сильно раскачались и отъелись.

Я сидел на пассажирском. Голова на подголовнике, глаза прикрыты. Мало времени на отдых, но лучше хоть так, чем никак.

— А вы тоже обладаете даром? — осторожно поинтересовался Пахомов. — А что вы умеете делать?

— Скоро всё узнаете, — усмехнулся я, не открывая глаз, и владелец машины замолчал, продолжая теребить пуговицы пиджака.

Пока джип наматывал километры, я отдыхал и раскладывал имеющуюся у меня информацию. Кроме хитровыдуманных схем, особое внимание привлекли «помощники» двух инвесторов. Оба остались в офисе, чтобы не обострять ситуацию. Оба псионики, пусть и слабенькие, судя по всему. Один индус, Раджеш Шарма, личный помощник главного инвестора. Владеет аэрокинезом. Второй местный, Ренат Абдулаев, гидрокинетик, работает на Ерлана, который и прислал его сюда охранять друга и его контору. А ещё потому, что не до конца доверяет индусу. Оба низкоранговые, если верить тому, что о них известно Пахомову, а он в рангах понимает не больше, чем в картошке. Ну… Скорее всего, особых проблем не будет.

Вообще, весьма смелый этот Олег. И дальновидный. Я удивлён, что он псиоников с собой не взял. На самый крайний случай в бардачке у него лежал пистолет. Только против деда эта пукалка не сработала бы. Пахомов это знал, потому и молился всю дорогу до деревни, чтобы всё прошло тихо и спокойно.

Индус был не очень доволен Пахомовым и несколькими сорвавшимися крупными сделками, поэтому ему приказали заключить сделку с дедом каким угодно способом. Он и подумал, что дед, по признанию Рената, явно сильнее и выше водника рангом, если верить тому, что рассказали помилованные. Вот управляющий конторой и решил отказаться от силового варианта. Тем более что он уже не сработал.

Олегу даже пригрозили отстранением, а под отстранением в конторе понимают возможный летальный исход. Ведь молчит лучше всего труп. Так что мой потенциальный «партнёр» по бизнесу боялся своего инвестора больше кого-либо.

В общем, понятно всё с этим подневольным. Хотя он всё равно та ещё сволочь… И ему придётся здорово постараться, чтобы отмыться. Хочет он того или нет.

Отдельно стоит отметить, что Пахомов меня побаивается, но не знает наверняка, псионик я или нет. В его голове я числюсь как слишком осведомлённый, уверенный и проницательный внук. От этого Пахомову не по себе, ибо это может стать причиной его тюремного заключения.

Мы въехали в город, проехали железнодорожный переезд, и машина резко свернула на раздолбанную строительной техникой дорогу, следуя на юг. Старый район, дома здесь в основном четырёхэтажные. Хотя местами уже росли новые высотки.

Между несколькими домами, ждущими капитального ремонта, зажалось офисное здание. Тоже старое, но со свежими следами ремонта: новые окна, новая дверь, свежая плитка на крыльце. На стене висела вывеска «Евразия Инвест Групп».

Припарковались, зашли внутрь. Пахомов сразу засуетился и попытался собрать в холле первых попавшихся.

— Собирай вообще всех, — остановил я его. — Вот прям всех-всех. Если кого-то не будет, не будет и сделки. И тебе придётся самому объяснять своим соинвесторам, почему вами интересуется полиция. Мне бы хотелось решить вопрос с вами красиво, а не вот так. Помнишь, ты сам говорил, что все должны быть довольны. Вот для тебя есть вариант с самым лучшим из всех возможных исходов. Если дед вас оставил в живых, значит, вам суждено пожить ещё какое-то время. Я не осмелюсь забрать его добычу.

Девушка из сопровождения, Карина, переводчица при индусе, занервничала, поймала кивок Пахомова и отвернулась к окну с телефоном в руке. Даже интересно, попытаются ли меня обмануть…

Вскоре вокруг нас появилась масса людей. Индус был в светлом костюме, Ренат — в кожаной куртке.

Прошли в большой зал, где на всех даже мест не хватило. Я взял и уселся в кресло во главе стола. Народ набился разный: бухгалтерия, охрана, консультанты с лопатами в багажнике, экономисты, айтишник с воспалёнными глазами. Кто-то успел сесть, включая Пахомова, кто-то стал вдоль стены. Некоторые нервничали. Кто-то был недоволен, кто-то напряжён и прятал руки рядом с кобурой.

Оба супера встали по разным сторонам зала и смотрели на меня не отрываясь. Они были готовы действовать в любой момент по команде шефа.

Я хлопнул ладонями по столу:

— Ну что же! Давайте знакомиться. С сегодняшнего дня фирма переходит под мой контроль. И всё, что вы делали до этого… Всё, что приказывал вам индийский друг, отменяется. Мне это не надо, мне это не интересно. Если у кого-то есть претензии и вопросы, а они у вас явно есть, я готов их выслушать прямо здесь и сейчас.

Претензии появились у всех и сразу. Зал загудел, кто-то полез за оружием. Ренат поднял руку, готовый по первому слову босса устроить в зале потоп или что он там может. Индус послушал Карину, распахнул глаза и выкрикнул что-то на хинди. И судя по интонации — это явно не благословение.