Очевидно, что, понимая всю фальшь ситуации, Блейз это ненавидел. Сказать ему, что я люблю только его с восемнадцати лет, уже не работало — он хотел быть частью моей жизни на виду у всех. А мне нужно было несколько лет, чтобы утвердиться, после чего я бы сказал всему миру, что мы вместе. Я не собирался скрывать это слишком долго.

В день последнего матча сезона, еще под впечатлением от адреналина победы, я принял приглашение своих товарищей и пошел с ними праздновать в клуб в центре, хотя знал, что будет трудно сказать Блейзу. В конце концов, той ночью я оставил его в своей гостиничной комнате и не упомянул об этом команде.

Я помню, как в клубе гремела оглушительная музыка, а ребята разбегались между баром и танцполом. Я чувствовал себя немного неуютно, думая о том, что Блейз не рядом, хотя пытался этого не показывать и наслаждаться вечеринкой. Через несколько минут тоска по нему стала невыносимой, и я написал ему сообщение, но ответа не последовало. Я предположил, что он заснул перед телевизором, и попытался отвлечься, болтая с товарищами по команде и избегая настойчивых взглядов некоторых девушек.

Через час он появился.

Я разговаривал с ребятами о следующем сезоне, когда почувствовал знакомую руку на своем плече. Я обернулся и увидел Блейза во плоти. Я выпил пару пив, и сердце заколотилось сильнее, чем ожидал, встретив его темные глаза. Этого взгляда было достаточно, чтобы понять: пришло время. Нужно было представить его своим товарищам по команде.

Когда этот незнакомый для них парень подошел, напряжение стало ощутимым. Я чувствовал на себе взгляды всей команды. Но когда Блейз наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, я повернул ему другую сторону.

Хватило бы простого: «Это Блейз, мой парень». Всего лишь маленькое усилие, но я не смог.

Блейз посмотрел на меня с обидой и горечью и развернулся. Я наблюдал, как он растворяется в толпе клуба, не сказав ни слова.

— Что с твоим другом? — спросил Фил, квотербек.

— Не знаю… наверное, он выпил, — пробормотал я.

Я возненавидел себя.

С этого момента я больше не смог наслаждаться ни вечеринкой, ни победой. Вскоре я решил вернуться в отель, и стало еще хуже: Блейза там не было. После того инцидента в клубе он сразу поехал в аэропорт, сел на первый рейс в Калифорнию и вернулся домой.

Погруженный в эти болезненные воспоминания, я пропустил завтрак и приготовился к поездке. Потом сел в машину и отправился в долгий путь. Назначение: Лагуна-Бич.

***

— Кто женится? Ты? — спросил меня мой дедушка, как только увидел меня в своей больничной палате.

— Нет, Роберт. Женится Джейми! — вмешалась бабушка и, маленькими шагами, подошла ко мне, чтобы крепко обнять.

— Ты женишься с Джейми?

На этот вопрос я понял, что это не деменция, а дедушка просто подшучивает надо мной.

— Ему бы хотелось, — прозвучал знакомый голос за моей спиной.

На лице расплылся улыбка.

Джеймс ворвался в комнату без предупреждения и, после заразительного смеха, обнял меня.

Видеть моего лучшего друга всегда было глотком свежего воздуха. Его присутствие сразу облегчало страхи и снимало напряжение. Я никого не обнимал так, как обнимаю Джеймса. Я его очень любил, для меня он как брат.

— Как дела? — спросил он, когда мы вышли в коридор, чтобы поговорить наедине.

— Всё хорошо, а вот ты женишься… — подтрунил я.

Джеймс дружески толкнул меня и покачал головой, пока мы перестали хихикать.

— А Джун как? Всё ещё занята дипломом?

— Да. Не могу дождаться, когда она закончит, тогда она снова будет проводить время с нами. Может, даже поедем в медовый месяц после, — объяснил он.

— А малыш?

Достаточно было назвать Огюста, и кобальтовый блеск в его глазах засверкал.

— Ты же прислал мне видео, где он делает первые шаги, верно?

Джеймс не был тем типом, кто постоянно рассылает видео с сыном друзьям, и уж точно не надоедливым родителем, говорящим только о семье. Но он был невероятно горд Огюст. Это видно было по выражению лица каждый раз, когда он говорил о сыне. Он показал мне фотографии, и я узнал глаза и волосы Джун, ту же экспрессию Джеймса и особую улыбку, которую я никогда прежде не видел.

— А как здесь дела у Блейза? — спросил я, пытаясь сменить тему.

Джеймс стал серьёзным, положил телефон в карман и пристально посмотрел на меня своими сапфировыми глазами.

— Ты даже не представляешь, как он тут живёт, да, Джекс?

— Я вернулся к бабушке и дедушке на время. Мы решили взять паузу, чтобы всё обдумать.

— А пока ты размышляешь, он всё равно остаётся один, — пробурчал Джеймс с нервной гримасой. Он прикусил губу, и я узнал его нетерпеливые жесты. Обычно это был момент, когда он доставал бы сигарету из пачки, что всегда носил в кармане. Но, раз уж он бросил курить с рождения маленького Огюста, ему хватило того, что он вертел в руках пряди волос, которые спадали на глаза.

— Почему ты сам ему не позвонишь и не спросишь? — сказал он, увидев моё молчание.

— Он знает, что я бы сегодня пришёл. Знает, что мой дедушка болен…

Но Джеймс не купился на мои оправдания и решительно тыкнул пальцем в меня:

— Слушай, Джекс. Школа давно закончилась. Ты больше не популярный игрок, которому всё позволено. Позвони этому идиоту Блейзу и не мудри.

Я расхохотался. Мне нравилась новая зрелость Джеймса, но его такт не изменился ни на йоту.

— У тебя всё ещё эти чертовы методы, — мягко отчитал я его.

— Зато работают, да? — усмехнулся он, потом направился к двери комнаты моего деда.

— Куда ты идёшь? — спросил я.

— Пойду нормально попрощаюсь с стариком Робертом…

Я попытался последовать за ним, но Джеймс остановил меня.

— Джекс, куда ты собрался?

— К дедушке…

— Нет, ты остаёшься здесь.

— А что мне делать в коридоре?

— Позвони Блейзу и извинись, — приказал мой друг, прежде чем захлопнуть передо мной дверь.

Из коридора я услышал, как бабушка начала разговаривать с Джеймсом. Они обсуждали маленького Огюста. Я тяжело вздохнул.

Да, в самом деле, его методы работали.

Я вытащил телефон из кармана куртки и набрал Блейза. После пары гудков наконец услышал его голос:

— Привет, Джекс.

— Блейз. Где ты?

— Я дома… ко мне зашёл Брайан.

— О… Брайан? Ладно.

— Ты уже приехал? — спросил он.

— Да, разве ты не знал?

— И что? Ты думал, что я буду ждать тебя в аэропорту, как раньше?

Я отложил гордость.

— Слушай, можем увидеться позже? Я сейчас в больнице, но через час выйду и… хочу с тобой поговорить.

— Не думаю.

Я глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.

— Блейз, не усложняй всё ещё больше.

— А ты тот, кто на фото рядом с моделью. Или я ошибаюсь?

О нет.

— Я уже объяснил, как это работает.

— А я говорю тебе, что чувствую каждый раз, когда вижу твои фото с кем-то, Джекс.

— Это просто прикрытие, выдумка. Ты знаешь это. Ты не можешь использовать это как повод, чтобы оттолкнуть меня.

— Я больше не хочу ничего наполовину. Выбирай: либо я, либо они.

— Блейз, ты же не можешь…

Но он повесил трубку, оставив меня с открытым ртом.

— Кажется, мы вернулись в прошлое, — прокомментировал Джеймс за моей спиной. — Только раньше мудак был ты, Джекс.

— Неужели я в Лагуна-Бич, и он не хочет меня видеть? — спросил я с тяжёлым сердцем.

— Вы увидитесь, — сказал Джеймс уверенно.

— Когда?

— Как когда? Ты разве не помнишь, что кто-то собирается жениться?

6

Поппи

Если была кто-то, кто ждал 8 июня так, будто это был его собственный день свадьбы… так это была точно я. В предыдущие месяцы Джун была очень занята дипломом, поэтому я делала всё, чтобы ей помочь. Я помогала ей выбрать магазин, где можно посмотреть свадебные платья, предлагала модели, которые, как мне казалось, ей могли бы понравиться, и отправляла различные варианты ресторанов, чтобы облегчить выбор места для банкета. И всё же, если у неё появлялся хоть маленький кусочек свободного времени, Джун использовала его, чтобы быть с Огюстом, и хотя я старалась понять её, иногда мне казалось, что она почти не интересуется собственной церемонией. На самом деле, я не придавала этому слишком большого значения, ведь я знала, что главным истощителем её энергии был именно диплом, и что прежде всего её обязанность — заботиться об Огюсте.