Люби меня, люби меня 4: Всё ещё вместе

ПОРЯДОК КНИГ:

1- Люби меня, люби меня: (1 часть Магнитные сердца; 2 часть Полярные противоположности)

2- Люби меня, люби меня 2: Электрические души

3- Люби меня, люби меня 3: Бесконечная любовь

4- Люби меня, люби меня 4: Всё ещё вместе

Все четыре входят в основную серию Love Me, Love Me

Любительский перевод выполнен для группы https://vk.com/culpamiarus

АННОТАЦИЯ

Джун и Джеймс теперь крепкая пара, но их любовь подверглась испытанию с появлением маленького Огюста. Их равновесие изменилось: бессонные ночи, возросшая ответственность и постоянная необходимость балансировать между личными мечтами и потребностями семьи. Привыкая к новой жизни, Джеймс проявляет себя заботливым отцом, открывая черты характера, которые Джун знала лишь частично. Однако эта хрупкая стабильность скрывает тонкие и опасные трещины.

Отношения с Уильямом, когда-то неразлучным другом, уже не те. Не сказав ни слова, он отправляется в путешествие и не возвращается. Обеспокоенные его исчезновением, Джеймс и остальные вынуждены отправиться за границу в гонке со временем, которая пошатнёт их уверенность, а Джун предстоит сделать выбор, способный изменить всё.

Судьба Уильяма и любовь Джун и Джеймса висят на волоске. Смогут ли они преодолеть испытания и обрести своё «жили долго и счастливо»?

1

Джун

— Еще один шаг.

Звонкий смех доносился до меня из гостиной.

— Ну ещё один, давай…

Я оставила Джеймса и Огюста играть на ковре в гостиной, а сама вернулась к дипломной работе. Уже около двух часов я сидела, склонившись над кухонным столом, перечитывая текст, окружённая конспектами по судебной психопатологии и томами по криминодинамике.

— Джун!

Получить степень магистра — вовсе не прогулка, но, кажется, кроме меня этого никто не понимает.

После очередного прерывания я глубоко вздохнула и попыталась сохранить спокойствие. Подняла глаза от страниц и недоумённо посмотрела в сторону двери.

— Сам! Да! — воскликнул Джеймс, и его голос дрогнул от волнения.

Я оставила книги на столе и направилась в гостиную.

— Джеймс, что вы там…

Я не успела договорить — достаточно было взглянуть на маленького Огюста, который был сжат в объятиях Джеймса, чтобы остановиться. Кустик светлых кудряшек подпрыгивал в такт его смеху, а лазурные глаза были широко распахнуты от любопытства и восторга.

— Покажем это и маме? — терпеливо сказал Джеймс.

Спокойный тон его слов мысленно перенёс меня на несколько лет назад, в те дни, когда наши жизни были совсем другими. Я вспомнила, как с появлением маленького Огюста Джеймс изменил все свои привычки. Тот парень, которого я когда-то знала — живший только ради вечеринок и встреч с друзьями, — стал заботливым и внимательным отцом.

Все говорили, что Джеймса теперь трудно узнать. Для меня это было неправдой: я знала, как он умеет любить безусловно, потому что с самого первого дня он дарил эту заботу и мне.

Чтобы показать лучшую версию себя, Джеймсу нужен был лишь кто-то, кто мягко подтолкнёт его, заставит раскрыть ту часть души, которую он годами прятал за упрямой маской «крутого». И наш сын делал это лучше всех — естественно и без усилий.

С моими глазами и ямочками на щеках Джеймса, Огюст обладал даром заставлять его опускать защиту и проявлять нежность и заботу — сторону, которую немногим посчастливилось увидеть.

В первые месяцы мы проводили долгие бессонные ночи, укачивая Огюста. Я до сих пор помнила, как Джеймс всё это время смотрел на меня усталыми, но полными любви глазами. Я вспоминала, сколько раз он отказывался от встреч с друзьями, чтобы остаться дома и почитать сыну сказку. Джеймс не изменился — он просто открыл ту часть себя, которая всегда была внутри, ожидая, когда её заметят.

Мой взгляд затуманился, когда я увидела, как Огюст делает два шага вперёд — к гордому взгляду Джеймса, который в последние месяцы с упорством учил его ходить. Но его забота не ограничивалась лишь этим временем. С самого дня рождения Огюста Джеймс посвящал ему всё своё время, и только благодаря его помощи я смогла подготовиться к оставшимся экзаменам.

Со стороны могло показаться, что изменилась и я. И правда — с тех пор как родился мой сын, я часто плакала. Бессонные ночи, усталость и чувство неуверенности тянули меня в пропасть негативных эмоций. Но, приложив немного усилий, я поняла, что доверять другим — не так уж и плохо. И главное — я научилась доверять Джеймсу.

Он терпел все перепады моего настроения во время беременности и, возможно, чтобы поддержать меня, даже немного избаловал. Заказывал мои любимые блюда навынос, выслушивал мои жалобы, ни разу не осуждая, заставлял чувствовать себя любимой даже в самые уязвимые моменты. Даже сразу после родов он ни разу не дал мне почувствовать себя неправильной из-за лишних килограммов.

Огюст потрусил ко мне, и я подхватила его на руки, отгоняя воспоминания, всё ещё такие яркие.

— Ладно, пора сделать небольшой перерыв. Пойдём в парк? — предложила я, не раздумывая.

Малыш радостно вскрикнул, и я сразу поняла, что и в этот день мне придётся отложить свои обязанности.

— Ты уверена, Джун? — спросил Джеймс с лёгкой тревогой.

Я кивнула.

Он поднялся на ноги.

— Ты же знаешь, как я люблю, когда мы втроём проводим время, но… тебе не нужно учиться?

Вот именно… нужно.

— Я могу сам отвести Огюста в парк, это не проблема, — добавил он, заметив моё колебание.

— Нет, я тоже пойду. Мне хочется.

— Ладно. Ну, по крайней мере, ты хоть немного закроешь свои чёртовы кни…

— Джеймс! — громко воскликнула я, закрывая ему рот ладонью. В одно мгновение я уже стояла перед ним, держа малыша на руках.

Огюсту сцена показалась такой забавной, что он залился громким смехом.

— Я хотел сказать, что… образование — это очень важно, — поспешно исправился Джеймс, обращаясь к сыну.

Не просто важно. Это моё будущее.

— Я могу отложить книги на пару часов, но ты же понимаешь, что никогда не получу диплом, если не буду проводить большую часть дней за учёбой, Джеймс, — пожаловалась я.

— Знаю, любовь моя. Но ты справишься, тебе нечего бояться — мы с Огюстом всегда будем тебя поддерживать. Правда, чемпион? — обратился он к малышу, который у меня на руках хихикнул и заёрзал, явно стремясь поскорее выйти из дома.

В радостном выражении лица сына я видела улыбку своего брата — единственное, что, пожалуй, могло мгновенно заставить меня забыть обо всех тревогах.

Затем Джеймс перевёл на меня свои сияющие сапфировые глаза. Меня накрыла тёплая волна, словно мне снова было семнадцать. Бабочки в животе никогда не исчезали, если он был рядом, и каждый раз возвращали меня к тем же чувствам, что и прежде. Когда он смотрел на меня так, это было будто возвращение к самому началу нашей истории.

День в парке пролетел быстро, и когда мы вернулись домой, Джеймс даже не подумал сразу снять обувь с Огюста. Малыш сделал пару шагов — и по полу в прихожей рассыпался песок.

— Похоже, мы грязные, — заметил Джеймс.

Мой взгляд тут же упал на книги и листы, всё ещё лежавшие на кухонном столе.

— И уставшие, — добавила я, понимая, что вечер придётся посвятить повторению диплома.

— Зато счастливые… — уточнил Джеймс, слегка наклонив голову, будто искал мой взгляд или, может быть, подтверждение.

Я кивнула и, опустив глаза, попыталась скрыть улыбку.

— Очень счастливые, Джеймс.

— Ну вот, раз ты это признала, можешь быть свободна. Возвращайся к учёбе, а я искупаю его, — сказал он.

Я поцеловала Огюста в лоб и смотрела, как они с Джеймсом исчезают в ванной. Услышав шум воды, я вернулась на кухню, приготовила себе двойной кофе и вновь набросилась на диплом.