— Отличный ход, Белоснежка, кто тебя этому научил?

— Судя по тому, как ты выглядишь подо мной... не ты.

Я прикусил нижнюю губу, влажную от ее поцелуев, а затем прижал ее к себе.

— Хватит болтать. Трахни меня.

Она обхватила руками мои обнаженные плечи и начала раскачиваться надо мной, продлевая мои мучения.

— Джун...

С моих губ сорвался этот тихий упрек, после чего она спустила мои трусы и неуверенными руками попыталась надеть презертив. Это заняло у нее немного больше времени, чем обычно, и мне хотелось сказать ей, что спешить некуда, что она может не торопиться, но каждый раз, когда она касалась кончиками пальцев моих пульсирующих вен, из них вырывался хриплый, болезненный стон.

— Я больше не могу тебе сопротивляться...

Я приподнял ее рубашку, помогая ей снять ее, и пытка закончилась, когда она направила мой твердый кончик к своим гладким складкам, вставив его в свою теплую, податливую щель, готовую отдаться мне.

В тусклом свете я понял, что она закрыла глаза, чтобы притупить ощущение наполненности, которое охватило ее, когда я полностью погрузился в нее.

— Ты не выглядишь так, будто делал это всего несколько часов назад.

Я широко раскрыл ладонь и дотянулся до ее шеи, которую крепко обхватил.

— Следи за своим языком, Белоснежка!

Она улыбнулась и начала ускорять темп, игнорируя мои возбужденные стоны, которые усиливались каждый раз, когда мой взгляд падал на ее набухшую грудь.

— Почему бы тебе не повернуться? — предложила я, глубоко вздохнув.

— Что ты имеешь в виду...

Итак, без лишних слов, я схватил её за талию и повернул так, чтобы она оказалась спиной ко мне. Я расположил её лодыжки близко к своим бёдрам, затем зацепил одной рукой изголовье кровати, после чего направил своё возбуждение между её бёдер, потирая им её горящие интимные места. Меня безжалостно затянуло, а когда она начала двигаться робко, мне пришлось сжать зубы.

— Черт возьми, да!

Пока ее прямые волосы развевались по обнаженной спине, я схватил ее за ягодицу, чтобы направлять ее движения, и пытался сосредоточиться, но, честно говоря, эта перспектива сводила меня с ума. Она наклонилась вперед, возможно, чтобы получить лучший ракурс, и я воспользовался этим, приложив большой палец к ее горячей коже и поглаживая позвоночник сверху вниз.

— Джеймс, — выдохнула она, сжимаясь вокруг меня.

— Прости, — тихо сказал я.

— Что ты хочешь сделать?

— Продолжай, не пытайся остановиться, — прорычала я, прежде чем приподнять бедра и сделать такой глубокий толчок, что у нее перехватило дыхание.

Её потное тело теперь было вяло под моими руками, и Джун скользнула вперёд, так что я притолкнулся к ней. Кольца прижались к ее бледной коже, оставляя следы. Я сжал ее бедра для лучшего захвата, а другой рукой схватил ее за волосы, заставляя ее выгнуть спину и наслаждаться положением, в котором я возвышался над ней. Наши тела неустанно соприкасались.

— Я причиняю тебе боль…? — спросил я, стараясь сдержать возбужденный стон.

Она прижалась щекой к матрасу, продолжая стонать мое имя, и когда я наклонился вперед, чтобы прижать ладонь к ее губам и заставить ее замолчать, я увидел, как она закрыла глаза. Я посмотрел вниз на место нашего соединения, где я двигался взад и вперед, и чем больше я это делал, тем сильнее она начинала пульсировать и напрягаться. Ее тело охватили сильные спазмы, которые отдавались по всей длине моего члена, пока я не начал задыхаться и, наконец, не излился в нее.

— Ебать.

— Мы шумели? — спросила она вскоре после этого, прикрывшись футболкой и неуверенно посмотрев на меня. В тусклом свете я разглядывал ее светлые волосы, которые, растрепанные, ниспадали на раскрасневшиеся щеки, а грудь ритмично поднималась и опускалась.

— Не знаю, сначала ты устраиваешь беспорядок, а потом ведёшь себя как паинька? — я весело усмехнулась.

Никто не сможет удержаться от шлепка по бицепсу.

Я никак не отреагировала, наоборот, обняла её и просто думала о том, чтобы сказать ей, что я думаю.

Но как, чёрт возьми, мне ей это сказать?

— Джун...

— Ммм… — ответила она.

Я схожу с ума, а ты вот-вот уйдёшь.

— Не знаю, получится ли у меня...

Что, блять, я говорю?

— Джун?

Она не ответила, но я услышал, как выровнялось её дыхание. Она только что уснула у меня на руках. Поэтому я наклонился к её уху и прошептал.

— Я тебя люблю.

43

Джун

Резкий звук моего телефона ворвался в комнату и буквально пробил мне мозг.

— Что за хренов будильник у тебя? — воскликнул Джеймс, вскакивая с подушек с полузакрытыми глазами и растрёпанными волосами.

— Это не будильник, Джеймс.

Я потерла лоб и прическу из торчащих прядей на голове.

— Мне звонят.

— Переформулирую вопрос: кто, чёрт возьми, звонит тебе в семь утра?

— О боже… мы опаздываем в школу, — испуганно осознала я.

Тем временем телефон перестал звонить, а Джеймс спрыгнул с кровати в одних только боксёрах. Я увидела, как он подошёл к моему шкафу, распахнул дверцы и позволил себе усмехнуться, играя губами.

— Смотрите-ка, что у нас тут… настоящая коллекция Хантер-Уайт, осень-зима, — сказал он, начиная перебирать все свои толстовки, аккуратно сложенные в шкафу.

— Перестань.

— Хранишь их как трофеи?

— Их много… можешь взять любую, если хочешь.

— Щедрая моя девушка, — усмехнулся он.

Между спорами и лёгкими толчками я тоже подошла к шкафу в поисках, что надеть. Потом направилась в ванную, чтобы почистить зубы.

— Почему у тебя в ванной нет моей зубной щётки? — спросил Джеймс, выдавливая себе пасту в рот.

Я не ответила, потому что в этот момент дверь моей комнаты резко распахнулась, и я оцепенела. Джеймс был всё в той же толстовке и боксёрах, а я уже надела школьную форму — к счастью.

— Что ты тут ещё делаешь? — сказала моя мать в дверном проёме, обращаясь к Джеймсу.

Он, как обычно, вовсе не выглядел смущённым из-за её появления.

— О, нет… морское чудовище поднялось со дна, — пошутил он.

— Мне смеяться? — отрезала она, прищурившись.

— Мне нужно подтянуть шутки, Эйприл? Хочешь одолжить мне часть твоего отсутствующего чувства юмора?

— Ты должен возвращаться домой.

— Ладно, сейчас наденет штаны и уйдет, — сказала я, а затем кивнула Джеймсу, чтобы он пошевелился, пока я пытался успокоить надвигающийся гнев матери.

— Хочешь посмотреть, Эйприл?

— Двигайся, — фыркнула она и хлопнула дверью.

В этот момент Джеймс подошёл ко мне, чтобы поцеловать, но странное выражение лица, которое я неосознанно приняла, не осталось незамеченным.

— Что случилось?

— Это был Брайан… — прошептала я, глядя на экран телефона.

Джеймс напряг взгляд, черты его идеального лица стали суровыми.

— Почему, чёрт возьми, он звонит тебе так рано утром?

— Не знаю.

— Не знаешь?

Я замерла, уставившись на дисплей, пока он надевал штаны и потом направился к окну курить сигарету.

— Ты не перезвонишь, чтобы узнать, что он хотел сказать?

— Нет, если бы это было важно…

И в тот самый момент экран снова засветился.

— Джун, — сказал Брайан, как только я приняла звонок.

Его голос был обеспокоен, и я сразу же округлила глаза. Джеймс, заметив это, медленно подошёл.

— Что случилось?

Джеймс кивнул мне головой, и я решила включить громкую связь.

— Произошло кое-что.

— Что, чёрт возьми, случилось? Говори! — вспылил Джеймс.

— Успокойся, я уже час пытаюсь тебе дозвониться, — пожаловался Брайан.

Но эта новость нисколько не успокоила Джеймса, который невольно повысил голос.

— Так если я не отвечаю, ты звонишь ей? Вот что ты делаешь?

— Джеймс… — упрекнула я его, и на этот раз это была я, кто пыталась заставить его сохранять спокойствие.

— Амелия исчезла. Просто пропала.

— Наверное, с её любимым преподавателем, да? — подколол Джеймс без всяких церемоний.