— Нет, но она может помочь тебе справляться с моментами, когда другие ведут себя так, — добавила мама, помогая мне навести порядок на кухне.

— Могу помочь тебе, Эйприл, — воскликнула моя тётя, заходя на кухню.

В этот момент я решила сесть на диван рядом с Мэй. Она сидела прямо, молча, расслабляясь.

— Твоя мама хочет отправить тебя к психологу, — сказала она, удивив меня.

— Да. Ты что-то об этом знаешь?

— Моя мама хотела отправить меня ещё в детстве.

Я приподняла бровь и повернула к ней лицо.

— Она считала меня социопатом, — сказала она монотонно.

— Логично, ты всех ненавидишь.

— А почему бы и нет?

На самом деле…

— Точное замечание.

Мама и тётя вернулись в гостиную с двумя бокалами шампанского и уселись на диван.

— Я знаю, что не должна спрашивать… — начала тётя.

— Тогда не спрашивай, тётя, — сразу ответила я без надежды. Всё равно у неё уже был готов заветный вопрос.

— Молодой человек есть?

— Давайте поговорим о чём-то другом, — вмешалась мама.

— Хотя «молодой человек» я бы так не назвала, — хихикнула тётя, — я слышала, что он очень привлекательный игрок в американский футбол, — добавила, сделав большой глоток из бокала.

— Мама! — взвилась я.

Вот что они устроили на кухне: эти две болтали как подростки.

Вскоре я заметила, что мама проверяет время на запястье.

— Разве у тебя сегодня вечером нет встречи для внеучебных мероприятий? — спросила она.

— А откуда тебе это известно?

— Мне сказал директор. Напоминаю, что я всё ещё работаю в твоей школе, Джун.

— Не хочу туда идти.

— Можешь взять с собой Мэй, правда?

Похоже, взрослые хотят от нас избавиться. Что им нужно?

— Мэй, хочешь пойти? — спросила тётя с улыбкой, на которую не получила ответа.

— Нет, — спокойно ответила моя кузина.

Я закатила глаза.

Отлично.

— «Нет, но ради моей любимой кузины я бы сделала и это, и другое». Так сказала бы Мэй, — поддразнила её тётя, подражая апатичному голосу дочери.

Мы с Эйприл переглянулись с недовольством.

***

Я не проводила весь день, ожидая звонка от Джеймса, но когда в девять вечера посмотрела на телефон, маленькая бездна распахнулась в груди. Никаких уведомлений.

Спортзал школы был подготовлен для внеучебных мероприятий, и первые знакомые лица, которые я заметила, когда мы с Мэй пришли, были у Тифф и Брайана.

— Джун! — поздоровались они издалека.

— Какая именно это внеучебная активность? — спросила Мэй.

— Театр.

Мэй, одетая в худи и чёрные джинсы, разглядывала моё красное худи поверх старых джинсов.

— У тебя лицо какое-то уставшее, — добавила она.

Спасибо, Мэй, я бы никогда не догадалась.

Я пыталась отогнать мысли о Джеймсе весь вечер, но понимала, что выгляжу потрёпанной.

— Это Мэй, моя кузина, — представила я её, когда мы подошли к моему обычному кружку.

— Меркуцио и Бенволио — мужчины, — говорил Брайан, полностью игнорируя Мэй, занятый тем, чтобы показать себя.

— Ну конечно, тут все мужчины! — воскликнула Тиффани.

— Слушай, Худ, слава Богу, что я родилась женщиной, и угадай что? Мы меняем правила. Мы будем сущностью этих двух неудачников, не важно, что у меня в трусах, — сказала Тейлор.

— Джун, я с этими двумя не знаю, что делать, — Брайан был в отчаянии.

— Они хотят сыграть двух персонажей, которые в оригинальной пьесе мужчины, и…

Он нахмурился, заметив фигуру рядом со мной, и замолчал, чтобы задать очевидный вопрос.

— А она кто?

— Мэй. Мало говорит и ненавидит окружающих. Вам, возможно, понравится.

Брайан представился, а моя кузина едва его поздоровалась. Мэй не была заносчивой, она просто была очень интровертной, хотя люди часто считали её неприветливой.

Вскоре к нам присоединились Марвин и Уильям, оживлённо разговаривая между собой.

— Я же говорил, дашь ей пару репетиций, и всё как новое, это самое романтичное, что можно сделать, Марвин.

— Ты берёшь романтические советы у Купера? Ты так отчаян? — поддразнила их Тейлор, всегда готовая воспользоваться моментом.

Я качнула головой, и прядь волос упала мне перед глазами.

— Иногда он кажется таким идеальным, а иногда…

— Неправильным?

— Сложным.

— «Путь истинной любви никогда не был лёгким».

Мы с Брайаном посмотрели на Мэй озадаченно.

— Уильям Шекспир. Разве вы не изучаете его сейчас? — строго заметила она.

— Ты всех ненавидишь, но имя Уильям, вижу, тебе нравится, а, — подтолкнула я её, вызвав неловкий взгляд.

— Ты слышала, что они натворили у Остина?

— Твоя сестра действовала за спиной у всех, — ответила я Брайану. Казалось, он всё время испытывал злость к кому-то.

— Объясни мне, зачем им было обращаться с ней как с пешкой?

Я пожала плечами. Амелия была последней из моих забот, честно говоря.

— Джун, ты знаешь, что я прав.

— Джеймс не зашёл бы так далеко. С твоим отцом было то же самое.

И как раз в этот момент в спортзал вошла неожиданная фигура. Я узнала его силуэт среди тысячи.

Джеймс был в серой толстовке с капюшоном, слегка поднятым над растрёпанной копной волос. Он шёл с руками в карманах штанов и оглядывался по сторонам, казалось, рассеянно, но когда опустил взгляд и встретился с моим, моё сердце чуть не остановилось.

Одного взгляда хватило, чтобы пережить заново всё, что мы прошли вместе за последние месяцы — настоящие американские горки эмоций.

— Почему этот парень так на тебя смотрит? — заинтересовалась Мэй.

— Он ревнует Джун ко мне, потому что мы будем Ромео и Джульеттой, — ответил Брайан.

— Почему он всё время смотрит на тебя и не подходит поговорить?

— Сегодня мы поссорились и отдалились друг от друга, — объяснила я.

— Сделай так, чтобы он ревновал.

— Злая и коварная. Мне нравишься, — вставила Тейлор, которая только что подошла к нам с милкшейком.

Все мои мысли были о Джеймсе, который опасно приближался к нам.

— Возвращайся к обезьянам. Нам нужно заниматься театром здесь, — сказала блондинка, когда лицо Джеймса оказалось достаточно близко.

Он её проигнорировал и продолжал смотреть на меня.

— Мне нужно с тобой поговорить.

37

Джеймс

За час до этого.

Я мог остаться у Остина и рыдать над собой, но предпочёл сбежать из той виллы. Даже не знал, зачем туда пришёл. Наверное, чтобы снова поймать тот кайф, что был вчера.

Теперь же я только бил по боксерской груше в своей комнате, и она скрипела всё сильнее после каждого удара.

— Вот и ты.

Внезапный взрослый голос заставил меня вздрогнуть, и я обернулся.

Что, чёрт возьми, делает Психо Эйприл у двери моей комнаты?

— Кто тебя впустил?

— Джордан.

— Ублюдок, — пробурчал я сквозь зубы.

Я обнял грушу, чтобы удержаться на ногах, потому что сил уже не было, а потом прикрыл грудь потной футболкой. Всё-таки передо мной была своего рода свекровь.

— Что ты здесь делаешь?

— Ты именно такой, каким я тебя себе представляла.

— Ты представляла меня с голой грудью?

— Нет, — фыркнула она и скрестила руки с отстранённым видом. — Агрессивным и ненадёжным.

— Хочешь, я дам тебе чёртову награду за интуицию?

— Опять вот ты.

Она держала мой суровый взгляд с гордостью несколько секунд.

— Мне нечего тебе сказать, Эйприл.

— А у меня есть, Джеймс.

В тот момент странная тревога начала сжимать у меня в животе, особенно когда я увидел, как она закрывает дверь моей комнаты и принимает серьёзное выражение лица.

— Думаю, я сделала несколько ошибок.

И всё?

— Я тоже. Мы же люди, правда?

— Но ты согласишься со мной, что есть ошибки, которые мы не можем себе позволить. Если речь о Джун. А не об одном из нас.

Он действительно говорит о Джун? Со мной?