Мой взгляд упал на его очерченные плечи, скрытые под тёмной толстовкой и кожаной курткой.

И ты кто такой?

— Я принёс тебе те…

Зачем ты меня разбудил?

— Что ты мне принёс, Джеймс? — спросила я растерянно.

И потом, мы же только что не…?

— Прокладки, да? Они же так называются? — спросил он, глядя на меня своими большими, всё ещё сонными глазами.

— Да, так и называются.

Он протянул мне упаковку, а я уставилась на него ошарашенно.

— Тогда почему ты смотришь на меня так, Джун?

Я потерла лоб, чувствуя тяжесть в голове, затем встала с кровати, а он медленно приблизился.

— Ты в порядке?

— Да, кажется, да.

У меня всё ещё сбивалось дыхание, возможно, поэтому Джеймс смотрел на меня так внимательно.

— Чего ты хочешь? Мне просто приснился слишком бурный сон, — пробормотала я поспешно.

— И скажи мне, Белоснежка… это я делал движения?

Джеймс обхватил меня за талию обеими руками, и футболка, что была на мне, задралась до бёдер, но его это, похоже, совсем не смутило. Я увидела, как он наклоняет голову к моему уху.

— Внутрь и наружу. А потом снова… внутрь тебя. Правда? — прошептал он чувственно, касаясь губами моей чувствительной шеи.

— Прекрати. Сейчас пойду умоюсь и переоденусь, — прошептала я, чувствуя, как горят щёки.

— Поторопись, — услышала я в ответ.

— Почему?

Джеймс повернулся вокруг себя и огляделся.

— Ты же говорила, что сюда никто не придёт.

— Ну, возможно, я сказал…

— Джеймс! — громко одёрнула я его.

— Что? Я не хотел, чтобы ты вчера вечером переживала.

— Не могу поверить, — пробормотала я, поднимая с пола рюкзак. — Ты за это ответишь! — пригрозила я ему свирепым взглядом.

Джеймс воспользовался моментом, схватил меня за руку и снова притянул к себе. Его запах геля для душа смешался с ароматом мятной жвачки.

— Чего ты хочешь? — буркнула я, избегая его пронзительного взгляда. Я уже делала это автоматически, потому что его близость снова заставляла меня переживать эмоции из того сна. Между нами всё становилось всё более напряжённым и электрическим с каждым днём, и это меня изрядно волновало.

— Можно я пойду с тобой в ванную?

— Ни за что, — решительно ответила я.

— Сколько мне ждать, Джун?

— Десять минут. Справишься?

— Я не об этом.

Его взгляд скользнул по моему разгорячённому телу, скрытому его облегающей футболкой, которая едва доходила мне до бёдер.

— Ещё четыре-пять дней, минимум.

— Чёрт… — выругался он, уже зажимая сигарету между надутыми губами. Он сделал пару шагов и сел на кровать, широко расставив ноги, продолжая смотреть на меня, пока я направлялась в ванную.

— Какой я в твоих снах? Лучше или хуже, чем в реальности?

Улыбаясь, я прикрыла половину тела дверью, словно этого было достаточно, чтобы скрыть жгучее смущение, от которого дрожали колени.

— С чего ты взял, что мне снилось это с тобой?

Джеймс прищурился и начал курить, глядя на меня узкими глазами.

— Ты не будешь мечтать о каком-то другом придурке, если лежишь в постели со мной.

— Технически… ты выходил покупать мне прокладки, — поддела я его с дерзкой усмешкой.

Фильтр сигареты сжался под давлением его пухлых губ, которые нервно его сжимали.

— Думаешь, можешь вот так меня провоцировать и выйти сухой из воды?

— Знаешь, что я думаю, Джеймс? — пробормотала я, набравшись смелости, возможно, из-за его возбуждающего вида.

— И что же ты думаешь, Белоснежка? — спросил он, продолжая выпускать в воздух густые клубы дыма.

— Думаю, что у нас с тобой было ещё мало практики. Я не могу дать оценку и сказать, лучше ты или хуже моих снов.

От этой провокации Джеймс резко вскочил на ноги, и я невольно заметила лёгкую выпуклость под его спортивными штанами. Он зажал сигарету между губами и снял кожаную куртку.

— Джеймс, ты что делаешь?

— Хочу взять тебя под душем. Прижать к стене. Тогда, если тебе так важно, сможешь поставить мне оценку.

Я широко раскрыла глаза.

— Не… Нет! — сказала я решительно.

Похоже, я была достаточно убедительна, потому что он мгновенно остановился посреди комнаты, его взгляд опустился на мой живот.

— Больно?

— Да, но не очень сильно.

И ещё мне стыдно, но это уже другой разговор.

Я закрылась в ванной, оставив Джеймса наедине с его сигаретой.

— Проводишь меня в школу? — крикнула я из-за двери.

— В школу?

— Джеймс, хочешь ты того или нет, нам нужно идти в школу.

Через несколько минут я умылась, надела форму, которую взяла с собой в рюкзак, и почистила зубы своей щёткой. К счастью, собираясь ночевать у Поппи, я захватила всё необходимое. Всё, кроме прокладок — но об этом позаботился Джеймс.

Мысль о том, что он вышел купить их для меня, заставила меня улыбнуться, поэтому я вышла из ванной с широкой улыбкой на губах, но он встретил меня непонятным выражением лица.

— Ты уже оделась?

— И что? В чём дело? — спросила я, когда его хмурость превратилась в лукавую усмешку.

— Теперь я об этом думаю… — сказал он, приближаясь ко мне.

— О чём, Джеймс?

— Тебе придётся силой оттаскивать меня.

— Что…

Джеймс наклонил голову, и моя нижняя губа дрогнула. Его губы мягко коснулись моих, начав нежный поцелуй.

— Я заберусь между твоих бёдер и брошу тебе вызов — попробуй меня прогнать. Я там и спать буду.

Я приоткрыла рот, позволяя ему получить тот доступ, которого так настойчиво требовал его язык, и позволила ему утонуть между моими губами в поисках моего. Переплетение было мягким, но недолгим.

— Точно всё в порядке? — заботливо спросил он.

— Да.

— Тогда идём, пока кто-нибудь не пришёл.

— Куда ты собираешься, Джеймс?

— Отвезу тебя поесть, — сказал он, пока я шла за ним вниз по лестнице. — Ты наверняка голодна.

— Если честно, да, но уже поздно… — ответила я, когда мы подошли к двери.

— Для чего поздно?

— Джеймс! Мы вообще-то ещё ходим в школу, помнишь?

— А почему бы нам немного не приблизить рождественские каникулы?

— И откуда вдруг такой рождественский дух?

— Он всегда был.

— По-моему, с тех пор, как это стало удобной отговоркой, чтобы прогулять школу.

— Проницательно, Меделен.

В машине мы, как обычно, перебрасывались колкостями, пока без остановок не доехали до школы. В тот день впервые мы вошли через главный вход вместе. Только я и он.

Джеймс не взял меня за руку, но как только мы переступили порог, я почувствовала, как его тело стало ближе к моему. Уилл и Джексон, уже у своих шкафчиков, издалека кивнули нам, но мой взгляд остановился на узкой щели приоткрытой двери. Это была первая дверь в коридоре — кабинет директора.

— Сейчас приду, — пробормотала я, замедляя шаг. Джеймс сразу насторожился, поэтому я поспешила заговорить с ним и коснулась его губ лёгким поцелуем. — Я на минутку в туалет. Догоню тебя.

— Ладно. — Он фыркнул и пошёл дальше по коридору.

Я только что солгала Джеймсу, знаю, но у меня была веская причина. По ту сторону двери я услышала знакомый шёпот, и это были не директор и не кто-то из школьного персонала. Это были голоса Амелии и профессора Беккета.

Я могла бы сказать об этом Джеймсу, но он не знал меры. Он ворвался бы в кабинет, устроив ещё больший скандал. Худ и Остин не раз давали понять, что с ними шутки плохи, поэтому лучше было действовать осторожно и постараться быть хитрее. Никаких больше необдуманных шагов. Мне нужно было поговорить с Амелией.

Я прислонилась головой к приоткрытой двери и сразу увидела её. Хотя она говорила вполголоса, я расслышала каждое слово.

— Клянусь тебе, я ничего не говорила.

— Что ты рассказала своим подругам?

— Ничего, я сказала, что ничего не произошло.

— Ничего? Мы целовались. Если кто-то узнает, мне конец.

— Тебя волнует только ты сам, да? А знаешь, что будет со мной?