— Прости.

— Хватит постоянно извиняться, Уилл. Было приятно.

— Да, но длилось мало, — пожаловался я, пытаясь найти салфетки, чтобы вытереться.

— И что с того? Мы всегда можем повторить, когда захотим.

— Ты имеешь в виду как друзья или…

— Уилл, давай не усложнять. Если мой брат узнает…

— Ты единственная, кто не заставляет меня чувствовать вину. С Ари такого не было.

В этот момент Амелия положила обе руки мне на грудь, словно слегка отталкивая.

— Даже с Джун?

— Джун? С ней я никогда…

— Уилл?

Голос Джексона прогремел у нас за спиной, и я почувствовал, как тело начало дрожать.

О, чёрт.

Я в мгновение ока подтянул штаны, а Амелия широко раскрыла глаза от внезапного появления. Высокая фигура блондина уже вошла в туалет.

— Чёрт, что здесь происходит, Уилл…

И как будто этого было мало, дверь снова распахнулась, и внутрь вошёл Джеймс.

— У вас есть три секунды, чтобы прекратить.

О, чёрт.

Он выглядел злым, и я не мог его винить. Нужно было предупредить его о нашем приходе в клуб, но мы с Амелией сразу рванули в туалет.

Джеймс закатил глаза к потолку, раздражённо наблюдая, как она поправляет юбку и помятую майку, а я мою руки, делая вид, что ничего особенного не произошло.

— Я сделаю вид, что не понимаю, что здесь, чёрт возьми, происходит, — прокомментировал он.

— Нам нужно с ней поговорить, — сказал Джексон, указывая на Амелию.

— Говорите, — пригласил я, опустив взгляд на мгновение и удовлетворённо отметив, что даже не испачкал штаны. Когда поднял глаза, заметил, что Джеймс смотрит на меня злобно.

— Твой отец перегибает палку, — начал Джексон.

— И что? — ответила Амелия, мгновенно проявив настороженность.

Но Джеймс не стал тратить время: он прошёл мимо Джексона и встал почти вплотную к её лицу.

— Слушай меня внимательно. Если он серьёзно… клянусь, Амелия, я не буду церемониться. Если придётся действовать…

Он ей угрожает?

Она нахмурилась и отступила, стараясь уйти от яростного взгляда Джеймса.

— О чём ты говоришь?

— Если придётся действовать всерьёз, я не отступлю, — заявил он с напряжённой челюстью и выступающей веной на шее.

Он не шутит.

— Ты хочешь причинить боль моему отцу? — крикнула Амелия, гордо подняв голову.

— Я не о нём, — спокойно ответил Джеймс.

— Чё… Чёрт, что ты говоришь, Джеймс? — я тут же напрягся и сделал шаг вперёд, пытаясь оттолкнуть его от Амелии. По крайней мере, я пытался, потому что у меня не хватало сил сдвинуть его с места.

— Если он попробует тронуть тех, кого я люблю, я сделаю то же самое, — решительно рявкнул он.

— Тебе никогда не было до меня дела! Почему ты не признаешь это? Почему не скажешь, что я никогда не была одной из тех, кого ты любишь? — выкрикнула она.

Джеймс смотрел на неё, но не показывал никакой эмоции. Амелия слишком часто предавала его дружбу, и он это не забыл.

— Но Брайан — да, — продолжила брюнетка, голос стал резким. — Брайан среди тех, кого ты любишь, верно? В конце концов, любовь не выбирают.

Джеймс сжал кулаки, продолжая смотреть на неё с холодным апатичным взглядом, но Джексон прервал это противостояние.

— Амелия должна покинуть клуб. Сейчас же, — сказал блондин.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, растерянно.

— Ари ждёт тебя снаружи. Она спрашивала о тебе, ищет тебя.

Джексон опустил взгляд к полу, и Амелия ухватила шанс. Казалось, ей надоело сидеть здесь, под угрозами Джеймса, и она сразу вышла из туалета, даже не попрощавшись.

В этот момент Джеймс вставил сигарету в рот и устремил на меня пронзительный взгляд.

— Она в тебя влюбилась, Уилл. Ты знаешь об этом?

— Нет.

— Да, знаешь. Она не из тех, кто ведёт себя так, тем более в туалете стрип-клуба. Если тебе не нравится — оставь её в покое.

Слышу, откуда идёт моральный укор.

— Я ухожу, — пробормотал я, сжимая зубы от злости.

— Уилл, — немедленно позвал меня Джеймс.

— Чего вы хотите теперь? — вырвалось у меня, не сдерживая больше гнева. — Джеймс, ты переспал с половиной школы, осталась только преподавательская часть. А ты, Джекс, уже несколько месяцев тайком кувыркаешься с Блейзом.

Мои слова не вызвали реакции у Джеймса, он лишь закурил ещё одну сигарету, тогда как Джексон отводил глаза, явно смущённый и раздражённый.

— Уилл, успокойся, — тихо произнёс Джексон, тщетно пытаясь меня остановить.

— И ещё не говорим о том, что вы целуетесь друг с другом, — добавил я, усиливая тон.

— Кто? — приподнял бровь Джеймс.

Я почувствовал, как ярость закипает у меня в венах.

— Ты и Джекс.

— Я не знаю, о чём ты говоришь.

— Один раз — совпадение, но несколько раз — значит, вы настоящие уроды.

— Не стал бы так утверждать, — легко ответил Джеймс, словно эта тема наконец-то его развлекла.

— А я не могу хоть раз быть счастливым?

— Ты прав. Извини нас, Уилл, — вмешался Джексон.

Он хочет успокоить меня, как ребёнка. Или, может, как сумасшедшего.

— «Извини» — ерунда. Вы говорите о Амелии, — упрямо продолжил Джеймс.

— А теперь почему бы тебе не оставить Джун в покое? — я встретил его взгляд без страха.

— Уилл… — пробормотал Джексон, но затем будто поразился какой-то мысли. — Кстати, где Джун, Джеймс?

— Я уже сказал, что она в безопасности. Я запер её в кладовке.

На этот ответ мы оба повернулись к нему.

— Ты с ума сошёл? — вырвалось у блондина с почти пронзительным тоном.

— Джеймс, что за чёрт…

— Занимайтесь своими делами.

— А это был только способ её напугать, верно? Ты не причиняешь Амелии вреда, — сказал я.

Но Джеймс выглядел колеблющимся, слишком колеблющимся. Он кивнул нам в сторону выхода из туалета, затем двинулся вперёд, а мы последовали за ним.

Мы углубились в клуб, и Джексон встал рядом с Джеймсом, оставив меня позади. Я видел, как они перешёптываются, но слова не доходили до меня ясно.

— Хотите, чтобы я стал свидетелем ваших нежностей? — выплюнул я раздражённо.

Возможно, я всегда был слишком погружён в свои проблемы, чтобы эффективно помогать другим с их. И, может, поэтому Джеймс всё больше полагался на Джексона, а не на меня.

— Не ревнуй, Уилл. Смотри, ты всегда сам отступал, — поддразнил меня Джеймс, слегка обернувшись.

— Иди к чёрту, Джеймс.

В тот же момент Джексон протянул руку, словно собираясь обнять Джеймса, затем сунул пару ключей в карман и бросил на меня взгляд, ясно дающий понять: молчи.

Ну всё, опять начинается.

28

Джун

Прошло примерно полчаса, когда кто-то наконец распахнул дверь кладовки.

— Джекс! — воскликнула я, удивлённая.

— Сейчас я тебя освобожу, но ты должна…

— Я его убью! — перебила я, показывая, что его попытка успокоить меня провалилась с треском.

— Спокойно.

— Ни за что.

— Джун, попробуй понять, он переполнен эмоциями, ответственностью…

— Он меня не считает достойной определённых событий? Он мог просто сказать мне. Он лжец! — быстро выкрикнула я.

Я ему этого не прощу.

Я проскочила мимо Джексона, выбравшись как можно скорее из тесной кладовки, полная решимости отомстить.

— Джун, наш столик там, — сказал он, нахмурившись, когда я стремительно направилась в противоположную сторону.

— Рада за вас, я иду в другое место.

— Но куда?

Джексон взмахнул руками с раздражением, а потом исчез среди толпы. Наверняка он пошёл звать своего дружка, но мне было всё равно. Я всё равно заставлю его пожалеть.

Я подошла к краю сцены, над которой темноволосая девушка в откровенном наряде объявляла выход на сцену танцовщицы.

— Извини? — обратилась я к ней резко.

Она повернулась и прищурилась сверху вниз, словно ей было трудно меня рассмотреть.

— Слушай.

— Что?

— У меня просьба: можешь повторять в микрофон то, что скажу я?