— Ладно, вы двое закончили? — перебила нас Тейлор своим привычно надменным тоном.

— Да, я собиралась помочь…

— Стой. Я хочу поговорить с тобой, — упрекнула меня блондинка.

Я подняла подбородок, встретив её ледяные глаза.

— Я получила жалобы от учеников, участвующих в спектакле.

О, нет.

— Ты не приходишь на репетиции, тебе ещё нужно выучить половину реплик… Почему?

— Не всегда есть объяснение, верно? К тому же мы решили изменить роли в спектакле…

— Да, но ты подумала предупредить профессора?

Я посмотрела на блондинку с растерянным выражением лица.

— Может, тебе стоит попросить помощи, если не справляешься, Джун, — предложила Тифф.

— Ты могла бы помочь мне, Тейлор? Знаю, что времени мало…

— Хочешь моей помощи? — сказала она, приподняв обе брови.

— Да.

— Тогда, похоже, я помогу тебе, Белоснежка.

— Правда? Тут что-то скрывается? — я насторожилась.

— Не всегда есть объяснение, верно? — парировала она мне.

В следующие минуты Тифф подошла к Поппи, которая только что пришла с Ари.

— Как думаешь? — спросил я Тейлор, кивнув в сторону брюнетки.

— Я бы хотела, чтобы она оставила ребёнка, — вздохнула она, удивив меня.

— Это очень мило с твоей стороны, но… ты же знаешь, решение остаётся за Тифф, верно?

— Я знаю. Она составила список «за» и «против». — Тейлор опустила взгляд, быстро омрачившись. — Её родители будут ужасно злиться. С университетом будет полный хаос. Не говоря уже о Коннелле, который полный придурок, но… мне не нравится мысль о том, что… Не знаю, мне кажется, что я должна попрощаться с чем-то, что станет частью неё. Частью её самой.

Тейлор сделала паузу, громко сглотнула, а потом продолжила:

— Впрочем, это глупая мысль, я знаю. Тело её, и решение за ней.

— Это не глупая мысль. Но страхи Тифф понятны. Её может пугать мысль, что отец — Коннелл, и что он не сможет быть рядом.

— Этот ублюдок… Хуже всего будет сказать ей правду.

— Надеюсь, он не устроит сцен, — прокомментировал я.

— В чём проблема? Если он устроит сцену, он будет разбираться со мной, — решительно сказала Тейлор. Потом внимательно посмотрела на меня. — А как мама Джеймса?

— К сожалению, неважно. И я хочу найти способ объяснить это Джасперу, — пожаловался я.

— Он ещё не знает?

— Он знает, что его мама больна, но не знает, насколько это серьёзно. Так как я уже через это проходила, хочу подготовить его, чтобы избежать неприятных сюрпризов. С другой стороны, это правильно, что Джеймс скажет ему сам.

Тейлор кивнула.

Наш разговор был тяжёлым, словно камень на сердце, хотя вокруг царила лёгкая и беззаботная атмосфера.

Уилл всё ещё сидел на диване, когда Брайан прошёл мимо и выхватил у него из рук пиво.

— Ты не можешь пить.

— Марвин! — воскликнул Уилл в ответ.

— Что я теперь натворила? — вскрикнул другой, подпрыгнув.

— Ты же моя правая рука, я же говорил! — сказал Уилл. — Когда я даю знак, ты разжигаешь мою ярость. — Он показал на Брайана с притворно возмущённым видом. — Он украл у меня бутылку, а ты не видел?

Но Марвин был слишком отвлечён Поппи. Эти двое теперь почти не расставались.

В тот момент я снова подумала о Джеймсе, и на этот раз мои желания словно материализовались у входной двери. Его внушительная фигура пересекла порог, сразу привлекая моё внимание. Приятный холодок пробежал по позвоночнику, когда наши взгляды встретились, создавая неизбежную связь. Я повернула голову, следя, как он медленно идёт через гостиную ко мне.

Даже Тейлор заметила его приход, поэтому оставила меня одну и присоединилась к остальным девушкам.

— Ты здесь, — пробормотала я, когда Джеймс оказался передо мной.

— Я вернулся поздно с тренировок, потом задержался поговорить с Джаспером.

Он провёл пальцами по ещё влажным волосам, а я пыталась не отвлекаться на его приятный запах ванильного геля для душа.

— Ты сказал ему?

Он кивнул, опустив голову.

— Ты поступил правильно, Джеймс.

— Ненавижу, когда она в доме, — пробормотал он хриплым голосом, более угнетённым, чем обычно.

— Как насчёт того, чтобы поговорить где-нибудь отдельно? — предложила я, заметив его настроение.

— Идём. Я знаю место, — сказал Джеймс, взял меня за руку, но едва мы развернулись, как на нас вышли две фигуры.

О, нет.

Том и Итан.

— Убирайтесь, — приказал Джеймс, даже не дав им слова вставить.

— Хантер, мне нужно с тобой поговорить, — объявил Итан, блокируя нам путь.

— Нечего говорить.

— А есть. Мне нужно кое-что сказать. Помни, мы все четверо — его дети.

— Ах, да? Правда? — насмешливо ответил Джеймс.

— Правда. Она прямо попросила нас не ссориться с тобой.

— Значит, раз мамочка попросила, я должен забыть, как вы пытались напасть на мою девушку не один раз, да? — резко ответил он.

— Джейми прав, — фыркнул Том, и его скользкий взгляд прошёлся по мне с головы до ног. — Хотя в тот раз она ещё не была твоей…

— Она была моей, и ещё какой! Вы двое ублюдков. Убирайтесь, — резко закончил он.

— Скажи ему про Худа, — настаивал Том, прямо когда мы с Джеймсом обходили их.

Джеймс резко обернулся.

— Причём здесь Худ?

— Он пытался нас манипулировать своими глупостями. Узнал, что папа усилил охрану клуба и нанял дополнительных телохранителей, поэтому пытался настроить нас против него. Он не знает, как достучаться до него, поэтому хочет использовать нас.

Взгляд Джеймса на мгновение помутился от сомнения.

— Он вам сказал, да?

— Да, рассказал нам про наследство. Но сейчас это последнее, о чём нам стоит думать. Мама скоро умрёт, Джеймс.

Выход Итана ошеломил меня, но я решила отступить, чтобы они могли поговорить сами.

— Я не знаю, какой у него был план…

— Вы отказались с ним сотрудничать? — спросил Джеймс с недоверием.

— Да.

— Отлично, тогда с завтрашнего дня она будет жить у вас, раз вы так хотите. Я больше не хочу, чтобы она была у меня.

Фраза Джеймса прозвучала неожиданно, а реакция остальных двоих была не менее яркой.

— Если ты думаешь нас обмануть… знай, что ошибаешься, Хантер.

Итан и Том решили уйти из дома Уилла, не устраивая лишних сцен.

— Ты не хотел услышать, что они говорят про Худа? — спросила я, как только вернулась к Джеймсу. Он же проигнорировал мой вопрос.

— Давай поможем Уиллу? — предложил он, показывая на друга, который всё ещё сидел на диване и пытался опереться руками на подушку, чтобы подняться. Ему явно было тяжело.

— Подожди, — сказал Джеймс.

Вскоре мы втроём — я, Джеймс и Джексон — помогли Уиллу подняться по лестнице.

— Ты принял лекарства? — спросил блондин, проводив Уилла до кровати.

— Да, папочка, я уже их принял. Не пил и даже не сдвинулся с дивана, — ответил Уилл с иронией в голосе.

Джексон сразу спустился вниз, а мы с Джеймсом занялись тем, что укутывали Уилла одеялами и простынями, чтобы его ноги оставались в тепле, как рекомендовал доктор.

— Помнишь, когда мы спали здесь? — спросил Джеймс, указывая на диван-кровать в конце комнаты.

— Ты меня тогда просто ненавидел, — улыбнулась я, поправляя одеяло.

— О, да…

В тот момент Джеймс подошёл и, приоткрыв мягкие губы, поцеловал меня в губы лёгким поцелуем.

— Идите и ненавидьте друг друга за дверью моей комнаты! — крикнул Уилл, закутавшись до носа.

Джеймс сначала рассмеялся, а потом толкнул меня за дверь.

— Если тебе что-то понадобится, мы тут, — прошептала я, перешагнув порог.

— А если не понадобится ближайшие двадцать минут, тем лучше, — добавил Джеймс, прижимаясь губами к моим.

Оказавшись вдвоём в тёмном коридоре, наш поцелуй стал глубже. Хриплый возбуждённый стон Джеймса вызывал у меня лёгкое трепетание в животе, а нежность его языка, который скользил по моему нижнему губу, напоминала, как он умеет целоваться. Наш страстный поцелуй продолжался, пока мы не дошли до гостевой комнаты.