Я находилась в каком-то лимбо, запутавшись во всех своих догадках и не в силах найти решение. Не могла даже представить, где мог оказаться Джеймс.

Если бы только у него был при себе мобильный…

Ожидание Джексона становилось невыносимым. Потрясающе, как время растягивается, когда ждёшь чего-то с такой нетерпеливой жаждой.

Когда я наконец увидела его машину, припаркованную у дома, я быстро натянула худи и выскочила наружу. На пассажирском сиденье уже сидел Уильям. Я села сзади, рядом с Брайаном. В его взгляде читалась нотка сожаления — наверное, он всё ещё переживал из-за моего внезапного выпада раньше.

— Я говорил с Амелией, она ничего не знает, — сообщил Брайан.

Мы приняли к сведению, но никто не проронил ни слова. Фактически, в пути мы молчали, пока не приехали к клубу Остина. Меня пробрал озноб, когда я узнала вход с выключенными неоновыми вывесками — каждый раз, когда мы оказывались там, всё заканчивалось неприятностями.

— Мы не можем тащить Джун туда, — сказал Джексон Уиллу.

Я слушала их, сидя сзади, как они советовались, чтобы решить, что делать дальше.

— Сначала войдём только мы двое, осмотримся и решим, что делать, — сказал блондин. — Вы остаётесь здесь, мы позовём вас только тогда, когда будем уверены, что всё спокойно.

Так Джексон и Уилл оставили нас в машине, и тишина между мной и Брайаном стала оглушительной.

— Что скажет Остин? — задумчиво спросила я вслух, чтобы хоть как-то разрядить напряжение в салоне.

— Он скажет то, что я хотел бы сказать тебе, Джун.

— Что?

— Джеймс не рассказал тебе всего.

Брайан повторил эту фразу, но на этот раз спокойно, и я заставила себя не взрываться снова.

— Объяснись. Ты хочешь сказать, что Джеймс солгал насчёт твоего отца?

— Он не солгал, мой отец избавился от той девушки, и ему место в тюрьме. Но Джеймс ничуть не лучше, ведь он хотел его убить.

— Ты всё равно не изменишь моё мнение о нём. Я уже говорила это.

— Что ты думаешь, зачем она была с этим политиком? — спросил он с надменностью.

— Они встречались.

— Джун, ты правда веришь, что между ними было что-то? Что они влюбились?

Его сарказм вывел меня из себя. Чтобы не потерять контроль, я откинулась спиной от сиденья.

— Нет, я этого не говорила.

— Джеймс всегда так делал. Они устраивали вечеринки, чтобы подставлять богатых людей.

— Ты уже это сказал, Брайан, — фыркнула я, прикусывая внутреннюю часть щеки от раздражения.

— Ты не поняла, что Джеймс ложился с этими богатыми и знаменитыми только ради денег?

Я попыталась сосчитать до пяти, прежде чем ответить. Один. Два. Три…

Но волна гнева, которая нахлынула на меня, не позволила мне терпеть дальше.

— Нет, это неправда!

— Да, правда, посмотри в лицо реальности.

— Хватит, — настаивала я, закрыв глаза, — Джеймс сказал мне, что его первый раз был с этой девушкой.

— Но не единственный.

— Почему ты так со мной, Брайан?

— Я просто говорю правду, хочу, чтобы ты открыла глаза.

В этот момент дверь машины распахнулась, и Джексон сел первым, за ним — Уилл.

— Что здесь происходит? — сразу спросил Джекс, заметив наши ошеломленные лица после только что прерванного спора.

— Ничего, — коротко ответил Брайан.

Я решила отбросить все негативные мысли, которые обычно заставляли меня ошибаться. Джеймс преодолел свое прошлое, он бежал под солнцем ради меня, и я не могла отступить сейчас, даже перед предрассудками Брайана. Даже если то, что он говорил, было правдой, я бы всё равно не отступила. Я готова была сделать всё ради Джеймса.

— Клуб закрыт. Мы пытались войти через заднюю дверь, но ничего не вышло. Придется вернуться сюда ночью, — объяснил Уильям.

— Тогда увидимся позже. Заберёте меня в пять?

— В пять? Джун, ты, наверное, не поняла, это ночной клуб, а не чайная, — поддразнил меня Джексон.

— До десяти вечера там никого нет, — пояснил Уилл, странно спокойный среди нас. — Мы не можем ждать так долго… А если мы что-то упускаем? Если решение всего прямо перед нами, а мы его игнорируем?

Тревога заставила меня покрыться холодным потом. Я пыталась сдержать слёзы, которые угрожали вырваться из усталых глаз.

— Давай хотя бы дождёмся девяти, — повторил Джексон, прежде чем снова завести машину.

— А тебе, Джун, нужно хотя бы немного вздремнуть, — добавил Уилл.

— Я сегодня не иду, — объявил Брайан, за что поймал с моей стороны недовольный взгляд.

Я подумала об Амелии, дома, спокойной и не знающей ни о чём из того, что происходило.

— У нас хоть какой-то план, Джун? — спросил Джексон, ища мой взгляд в зеркале заднего вида. — Джеймс никогда бы не позволил тебе идти к Остину без плана.

Прижав нос к стеклу и глядя, как мимо проносится дорога, я решительно ответила:

— Да, у меня есть идея.

7

Брайан

Я жертва или всего лишь сын палача?

Этот разрывающий изнутри вопрос клеймом выжигал мою кожу, проникая до самых костей.

С того вечера мать больше ни разу об этом не заговаривала. Почему?

Она знала, что рано или поздно какой-нибудь преступник нацелится на моего отца, но никогда не хотела обсуждать это ни со мной, ни с Амелией. Она упрямо настаивала, чтобы я пошёл к психологу, но правда в том, что вместо разговоров с незнакомцем мне нужно было научиться говорить с собственной матерью.

Однако для Джеймса она сделала исключение. С ним она говорила. Ему она помогала.

Почему ему она уделяла больше внимания, чем мне?

Когда я вернулся домой, то застал сестру вместе с Поппи. Обе сидели за обеденным столом и делали уроки.

— Поппи, мне нужно поговорить с сестрой, — начал я, мрачно глядя на них обеих.

— Можешь говорить и при ней, — ответила Амелия с вызовом. Похоже, моё поведение ей не понравилось.

— Если хочешь, я могу уйти… — предложила Поппи, чтобы не казаться навязчивой.

— Нет, оставайся, Поппи, — сказал я, выдерживая вызывающий взгляд Амелии.

Я увидел, как сестра покачала головой — она выглядела разочарованной — и стал ждать объяснений.

Что с ней происходит?

— Где ты провёл весь день, Брайан? Можешь сказать это и при Поппи, правда? — выпалила Амелия, резко вставая.

Я остолбенел, но плотно сжал губы. Я не мог ответить — и она это знала.

— Знаешь что? Пожалуй, лучше я сама уйду, — добавила она и вышла из кухни, не дав мне возможности ответить.

Чёрт. Она поняла, что я что-то замышляю.

Оставшись сидеть, Поппи перевела свои огромные голубые глаза с двери, за которой исчезла Амелия, на меня — озадаченно.

— Конечно. Мне ещё говорить при такой, как ты, которая потом всё всем разболтает.

Поппи уловила мою провокацию и поднялась.

— Я не понимаю, почему ты так ко мне относишься, Брайан, — сказала она и тоже собралась уйти, обиженная.

Но её маска невинной девочки на меня не действовала, и я остановил её, схватив за запястье.

— Хочешь сказать, ты обычно так не делаешь?

— Отпусти меня, я ничего не сделала. Если думаешь, что я про тебя кому-то что-то рассказывала, ты сильно ошибаешься. Мы с тобой никогда ничем не делились, так что…

— Потому что ты не умеешь хранить секреты.

— Ты бы всё равно мне их не доверил.

— А зачем? Ты лучшая подруга моей сестры, — презрительно заметил я, не ослабляя хватку.

— Отпусти меня, Брайан.

Но я продолжал нависать над ней.

— К тому же ты водишься с этими отбросами.

— Ну, им нравится моя компания. Не то что тебе, который обожает быть один.

— А если бы я не любил быть один, что бы ты сделала?

Лёгкая дрожь пробежала по её длинным ресницам вокруг чистых радужек.

— Ничего. С какой стати? Ты сам сказал. Я всего лишь лучшая подруга твоей сестры.

Я ослабил хватку на её запястье, но не отпустил совсем. Напротив, притянул её к себе, заставив запрокинуть голову, чтобы выдержать мой взгляд. Я почувствовал её дыхание — со вкусом горячего шоколада, смешанное с ароматом жасмина её светлой кожи.