Что, собственно, и случилось спустя десяток минут его безотчётных метаний, криков, требований и угроз. Всё это время Алекс не давал к нему прикоснуться, контролируя процессы в организме. Наконец он затих, уставившись перед собой пустыми глазами, и Бёрн жестом показал Майклу, что тот может подойти.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил тот.

Густав не сразу понял, что обращаются к нему. Затем медленно повернул голову.

— Херово… — голос его был хриплым. — Что со мной? Что я творил, отец? Я… не понимаю.

— Помнишь, что произошло?

— Я помню. Всё помню. Но не понимаю… Зачем? Зачем я… Погоди… — он зажмурился. — Это они… Или заставили меня. Отец, это не я. То есть…

— Густав, успокойся! — прикрикнул на него Майкл, не давая зародиться панике. — Я знаю, что ты был под их контролем. Я не держу на тебя зла.

И тот, уставившись на отца, обмяк.

— Прости… — прошептал он.

— Ты не виноват, — заверил его Игнис-старший.

— Я помню, как пытался тебя убить… — Густав сглотнул и, заметив Алекса, встрепенулся. — Ты! Что ты здесь делаешь? Где я вообще?

— Моркштерн спас тебе жизнь, — ответил Майкл. — Извлёк из тебя кристалл…

— Я помню. Кажется… — глаза его расширились. — Помню, как меня пригласили… А потом эти воспоминания заблокировали…

Глаза его беспорядочно метались по комнате. Густав вспоминал, дыхание снова участилось.

— Ты можешь рассказать? — Алекс впервые вышел вперёд, игнорируя возмущённый взгляд Майкла.

Это было важно. Пусть Игнис считает это делом рода, но Бёрн был намерен потребовать с него эту информацию в качестве оплаты за свои услуги. Поймёт сам? Или придётся объяснять? Майкл промолчал, лишь кивнув сыну.

— Воспоминания отрывочные… — заговорил тот наконец. — Барри… да! Его звали Барри. Член императорского рода. Один из тех, кто занимается внешними контактами. Он подошёл ко мне. Мы долго говорили… Он был так убедителен… Предложил вступить в ложу верных. Закрытая организация для избранных. Я был польщён… А потом…

Он замолчал, сжимая простыню до побелевших костяшек.

— Что было дальше, Густав? — мягко подтолкнул его Алекс.

— Я… не помню, как согласился на установку. — В голосе Густава прорезался ужас. — Я помню только стол… Яркий свет… И серые лица надо мной. Это были не люди!

Алекс переглянулся с Майклом.

— Не люди? — уточнил Бёрн.

Густав открыл глаза, но смотрел невидящим взглядом.

— Серые лица… Безволосые… И огромные миндалевидные глаза… Чёрные, без белков и зрачков… Они наклонялись, что-то делали со мной. А потом… потом потребовали забыть всё, что я видел. И я забыл…

Он судорожно выдохнул.

— Видимо, внушение с помощью «кристалла подчинения». Подправили память, — прокомментировал Бёрн. — Если ему это не привиделось, это были какие-то присланные Хранителем ксеносы. Очередное доказательство их связи.

Но это предположение оказалось неверным — куда более невинным, чем мог предположить Алекс. Реальность оказалась куда более мерзопакостной.

— Нет! — неожиданно взревел Густав. — Это не посланники! Я видел, как этот Барри подобострастно заглядывал им в глаза, называл господами… Они отдавали приказы! Говорили, куда меня направить…

— Бред! — тут уже не выдержал Майкл. — Не может быть такого, чтобы в сердце Империи всем заправляли нелюди!

— А я верю… — потрясенно пробормотал Бёрн. — Наконец-то всё становится на свои места. Теперь понятно, почему они так легко отдавали территории, почему сознательно и основательно ослабляли Империю…

— Моркштерн прав, — тут же подхватил Густав. — Я два месяца провёл там… Меня обучали. Как себя вести, как действовать, как думать, к чему стремиться. Императорский род — это ширма. Они просто прислуга! Обслуживающий персонал!

Он задохнулся эмоциями, прежде чем продолжить:

— Там нет семьи. Нет нормальной социальной структуры. Это закрытое общество фанатиков! Дипломаты, их жёны, совет старейшин — просто актёры, играющие роли. Агенты влияния. Администраторы. Они верят, что несут Империи благо, но подчиняются приказам извне.

— Кому? — Алекс до скрежета сжал зубы.

— Они называют это Возрождением. Что-то вроде межвидовой организации, стремящейся к балансу в галактике…

— А по факту подчиняются Хранителю, — сделал вывод Бёрн. — И направляют Империю в нужном для ксеносов направлении. И делают это судя по сему не одну тысячу лет.

В палате повисла тяжёлая тишина. Майкл опять ходил из стороны в сторону. С лица Артура слетела его показная самоуверенность.

— Это звучит как сюжет для третьесортного сериала! — наконец произнёс лорд-правитель. — Императорский род всегда был закрытым. И мы мирились с этим ради стабильности. Закрывали глаза на генетические аномалии, игнорировали слухи. Но это не лезет ни в какие рамки! Нам надо…

— Уничтожить их, — напомнил Алекс. — Кажется, так вы сказали при нашей первой встрече.

— Вы правы, Моркштерн, — он резко повернулся к Алексу. — Тогда это было принципиальным решением. Сейчас же это стало необходимостью! Если мы не предпримем меры сейчас, они превратят имперскую аристократию в армию марионеток.

— Именно поэтому надо как можно скорее предать это огласке, — подсказал Бёрн.

— Нам не поверят!

— А мы не будем говорить в лоб, — произнёс Алекс. — Намекаем, что причиной переворотов могут быть кристаллы, вживлённые аристократам. Предоставим доказательства, предложим способ избавиться от оных. Намекнём, где их могли заполучить.

— Согласен, стоит поднять волну, и проверки захлестнут высшую аристократию, — впервые включился в разговор Артур.

— На этом можно даже заработать, — поддакнул Алекс.

— Заработать? — не понял Майкл.

— Специализированный детектор таких кристаллов. Себестоимость небольшая, а потребуется он в огромных количествах, — пожал плечами Бёрн. — Конструкция простая, в гонку включатся множество производителей, но сливки снимут те, кто будет первым.

Артур посмотрел на него восхищённым взглядом, а лорд-правитель Калипсо воскликнул:

— Вы демон, Моркштерн! — нахмурился он. — Речь идёт о нашем выживании как вида.

— Глупости! — махнул рукой Алекс. — Я бы раздавал их бесплатно, если бы это было необходимо. Но бесплатное никто не ценит.

— Мы могли бы поучаствовать в этом предприятии. Сделать заказ? — Артур посмотрел на отца, а затем перевёл взгляд на Бёрна. — Когда вы сможете начать производство?

— Первая партия уже вышла с конвейера, — усмехнулся тот. — Осталось только, как вы выразились, поднять волну.

— В Бездну разговоры о бизнесе, — прервал их Майкл. — Нам срочно надо предпринимать реальные контрмеры!

— Мы уже предпринимаем их, — откликнулся зеленоглазый. — Наша коалиция «несогласных» ширится.

— Вы о тех показушных учениях на границе Зенитного скопления?

— В которых участвовали триста кораблей, принадлежащих семидесяти видным фамилиям Империи, — жёстко произнёс Алекс. — Мы уже противостоим имперской машине в информационном пространстве. Глушим попытки давления на членов нашего союза.

— Это детские игры!

— Так присоединяйтесь, лорд Игнис! Мы можем принести на следующее заседание новые факты. Если вы озвучите…

Бёрн мягко подталкивал Майкла к тому, чтобы обнародовать всю эту ситуацию. В конце концов — одно дело слезливая история анонима, другое — личное заявление одного из высших аристократов.

— Я не намерен выносить этот позор на общее обозрение! — зарычал лорд-правитель.

— Отец! — неожиданно подал голос Густав, и тот обернулся к сыну. — Моркштерн говорит дело… Я сам представлю доказательства. Лично расскажу всё, что знаю…

Слова давались ему тяжело. Лицо покрылось испариной, но в голосе наследника сквозила уверенность.

— Хочешь выставить себя на посмешище? — взревел Игнис-старший.

— Вряд ли у кого-то это может вызвать улыбку, — возразил его сын. — Только у совсем уж отбитых. Нельзя упускать такой момент…

И тут снова подключился Артур.

— Я обычно не в восторге от идей Густава, но здесь я на его стороне, — произнёс он. — Выступив в роли попавших под удар, но сумевших выйти из этой ситуации сухими, мы можем стать во главе восстания. И получить с этого бонусы в будущем…