«С последним мимо, тут уж ничего не поделаешь. Часть карт вскрыта, но игра еще продолжается», — с досадой подумал я, мысленно прикидывая дальнейшую стратегию переговоров.

— Немного нашёл, — смущенно сказал, отыгрывая нервозность.

Снял рюкзак и начал возиться с ним дольше, чем это было необходимо. Руки после сегодняшних приключений действительно чуть дрожали, поэтому изображать нервного неопытного мародёра оказалось совсем несложно.

Вытащил небольшой свёрток и передал его мужчине. Тот его принял и, явно сдерживая поспешность, развязал ткань.

— Откуда? — удивленно проговорил он, неотрывно глядя на горку колец, серёжек и цепочек.

— Когда от гоблинов в разграбленном ювелирном прятался, там на полу валялось. Ну я и собрал, — продолжая спектакль одного актера, ответил я смущенно.

— С пола собрал, говоришь?

— Ну да. Сам не знаю зачем. Металл сейчас, наверное, почти бесполезный.

Он поднял на меня глаза. Я же посмотрел в ответ с максимально честным лицом.

Несколько секунд мы молчали.

— Неплохо, — наконец согласился он. — Только этого мало.

«Ах ты ж артист».

— Мало?

— Мало!

— Тогда ладно. Вы тут надолго? А я это… Сбегаю… Может, что найду на обмен, — пробормотал я расстроенно и потянулся забрать свёрток.

— А больше нет? — проговорил мужчина, одергивая руку.

Задумался, похлопал себя по карману. И будто что-то вспомнил, хлопнул себя по лбу.

— Блин.

Бросился к рюкзаку и стал выкладывать из него всякий хлам. Жаль, что у меня его было мало, ведь всё лишнее я спрятал под потолком в кладовке. Но делать нечего, выгреб почти всё и дрожащими руками достал второй мешочек, что был поменьше первого.

— Точно. Ещё это было.

Мой торговый партнёр взглянул на меня уже с откровенным весельем.

Он развязал второй мешочек и долго перебирал содержимое.

Я тем временем пытался на глаз прикинуть, сколько именно отдаю. Точного веса я всё равно не знал, но суммарно здесь было где-то килограмма полтора, может чуть больше, если украшения попадались особенно тяжёлые.

В старом мире мне стало бы плохо уже от одной мысли, сколько денег лежит сейчас на грязной торговой стойке.

Сейчас меня сильнее беспокоило другое.

Инсулин.

— За лекарства и контейнер, — наконец сказал мужчина протягивая мне руку для закрепления сделки.

— А оно точно хранилось нормально? — с видом человека, в котором борются радость и недоверие, спросил я.

— Если наш Фармацевт говорит, что нормально, значит нормально.

— Договорились.

Мы пожали руки.

Он передал свертки кому-то из своих и только после этого повернулся к аптеке и негромко отдал команду.

— Серёга! Неси.

Из глубины помещения вышел тот самый человек, который до этого забрал у меня пустые упаковки. В руках он нёс небольшой жёсткий термоконтейнер. Поставив его на стойку, отщёлкнул фиксаторы и поднял крышку.

Шагнул ближе, а названный Серёгой фармацевт начал доставать коробки.

Я внимательно сверил название, маркировку, оформление, хотя половину текста понимал примерно на уровне древнего шумерского.

— Не вскрывали?

— Нет.

— Температуру держали?

— Эти точно да, — ответил Серёга и добавил. — мне класс точную характеристику на все лекарства дает так что не ссы тут все точно как в аптеке.

Сам пошутил и сам же засмеялся Фармацевт, поддержанный своими товарищами.

— На сколько тут? Ну хотя бы примерно?

Он ненадолго задумался.

— Зависит от расхода. Месяц точно. Может, больше. До двух, если схема позволяет, но пусть сама считает. Я её дозировки не знаю.

Месяц.

Даже если один, то уже хорошо.

Я почувствовал, как внутри отпускает напряжение, которое всё это время сидело где-то под рёбрами.

— Забираю.

Фармацевт показал индикатор на крышке.

— Вот сюда смотри. Не открывай без необходимости и не бросай, он не противоударный. Если питание заканчивается — увидишь сразу по маркеру. Зарядка тут обычная, не ошибешься.

Я аккуратно уложил контейнер в свой рюкзак, обложив мягкими вещами, чтобы тот не бился о прочий хабар. После этого снова закрепил сбоку так и не понадобившуюся тяжёлую одностволку.

Только когда главное было закончено, я позволил себе немного расслабиться.

— Так всё-таки кто вы такие?

Старший уже складывал золото в отдельный мешок.

— Зовут меня Фёдор, — всё-таки счёл нужным представиться он. — Я экспедитор.

— Андрей, — пожал вновь протянутую руку и всё же спросил: — Экспедитор — это должность?

— Не только. — расслабившись после завершения явно очень выгодной для него сделки, ответил он. — Класс это мой.

— А-а.

— Ходим между группами. Покупаем, меняем, продаём.

— То есть у вас что-то вроде каравана? — стал я аккуратно распрашивать столь полезного человека.

Люди вокруг продолжили сборы.

Коробки закрывали, ремни затягивали, что-то распределяли между собой. Выглядело всё довольно буднично, будто они не мародёрством занимались, а ревизию склада проводили перед проверкой.

— Много вообще людей осталось? — спросил я, наблюдая за сборами.

Экспедитор пожал плечами.

— Достаточно.

— Очень точная статистика.

— Зато бесплатная.

— Тоже верно.

Он усмехнулся.

Через некоторое время всё-таки добавил:

— В бассейне сидит большая группа. С ними хорошо поторговать можно.

Я вспомнил подслушанные разговоры в анклаве Аристарха.

— Это там где спортивный комплекс?

— Да, — кивнул Фёдор и отдал распоряжение по распределению поклажи.

— Как они там живут? — будто между делом уточнил я.

— Не знаю, — спокойно ответил он. — Воды море, гонору еще больше.

Кратко, но доходчиво.

Для человека его профессии анклав действительно мог сводиться к трём вещам: что им нужно, что у них есть и насколько сильно они пытаются сбить цену.

— а ещё кто?

— В технических помещениях есть люди. По мелочи. Ну и полковник, имя у него еще необычное — Аристарх, по-моему.

Я постарался не изменить выражение лица.

— Слышал, значит, — заметил изменение Фёдор, но расспрашивать не стал.

Один из работников, проходя мимо с ящиком, сказал:

— После того как фасад закрыли, хоть немного полегче стало.

Я посмотрел на него.

— Вы про рольставни?

— Ага. Почти все проходы прикрыли. — Он установил свою поклажу на тележку и продолжил: — Только не все они закрылись. Вон рядом одна секция метра до пола не дошла. Застряла. Но уже хлеб.

— Говорят, несколько групп собрались. — Это уже подключился Фёдор. — Целую совместную операцию организовали.

Он не закончил фразу, отвлекшись, чтобы отдать какие-то распоряжения.

Я тоже молчал, вспоминая, как ради этих гребаных металлических штор нас гнали через торговый центр, технические помещения и паучьи гнёзда. Ну а теперь в пересказе это звучало настолько буднично, словно речь шла о коммунальщиках, наконец починивших подъездную дверь.

В голове сами собой прокручивались кадры: паутина, струя огня, жвала…

Пока я втыкал разговор сам собой перескочил на новую тему.

— После болтанки народ всякую хрень рассказывает. Будто наверху твари какие-то дрались, — сказал проходящий мимо грузчик.

— Какие твари? — изобразил я умеренный интерес.

— Огромные.

— Да ну? — спросил недоверчиво, а сам вспомнил тут битву титанов, свидетелем которой стал недавно.

— Ага, все по-разному рассказывают. Один говорит — с дом. Другой — что они вообще полнеба закрывали.

Экспедитор фыркнул.

— Люди половину времени внутри сидят, окон не видят, зато потом каждый второй всё лично наблюдал. Как с НЛО во времена моего детства, только видео, снятых на какой-то калькулятор, не хватает. Выдумщики длин.

Я промолчал.

Перед глазами сами собой всплыли гигантские силуэты. Крылатая тварь и чудовище, рядом с которым любой дом действительно смотрелся бы не слишком внушительно.

— Наверное, приукрашивают или выдумывают, — поддакнул я, смотря, как погрузка дошла и до стреломета.