Сам поговорить с Джул он уже тоже успел, и, надо признать, это было полезно, пусть и несколько неприятно — так лича давно никто не отчитывал. Но за дело, так что он полагал это уроком. Хотя смириться с тем, что его отчитывает, казалось бы, девчонка, удалось только после того, как он осознал, что эта «девчонка» немногим моложе его самого, даром что выглядит максимум аспиранткой. Это было довольно шокирующе: некромант, конечно, знал, что представители их народа стареют медленно, но чтобы настолько?.. Но зато, когда с этим разобрались, целительница выдала ему список коллег, работающих с нечистью, с инструкцией где и как их можно найти и что сказать, чтобы они помогли; а потом и устроила некоторый ликбез по тому, как будет развиваться дар Инара, в целом его возможностям и многим другим полезным нюансам, которые ему следовало знать, раз уж ввязался в воспитание баньши. В общем это было очень полезно.

На её вопрос относительно своих странностей он, правда, ответить не сумел: специально Юджин никак от их дара не закрывался.

— Ир Гранди можно почувствовать за километры, а если на него настроиться, то и за десятки киломметров. Вас — за несколько десятков метров, когда уже видишь. Я видела других личей — ир Пелте, его ученика, ту женщину — они все ощущаются гораздо дальше. Поэтому с вами это очень странно. Возможно, дело в мальчишке. Если его дар как-то цепляется на вас и скрывает от других, это бы объяснило такие эффекты. Надо бы проверить. Но, конечно, не сейчас, когда здесь столько нежити.

Этот разговор заставил Юджина о многом задуматься, но он не был теоретиком и аспирантуру по некромантии не заканчивал. Проще обсудить это позже с ир Гранди, чем ломать голову самому. Тем более что едва ли это может повредить, скорее наоборот удобно.

А он лучше займётся тем, в чём разбирается: ремонтом нежити и учебником по общенекру. Думать над формулировками, работая руками, у него всегда выходило неплохо, а ремонт в основном был совсем простым, экземпляры тоже. Да и что он академическую нежить никогда в качестве наказаний не ремонтировал?..

Нечто интересное попалось ему уже когда за окном облюбованного им кабинета светало, а ящик с отремонтированными экземплярами уже был куда полнее ящика с ещё требующими ремонта.

На первый взгляд этот экземпляр выглядел черепахой, вот только, когда он использовал схему для поиска общих частей, оказалось, что он зря искал черепашью голову — создание было чьим-то конструктом и довольно любопытным.

Пожалуй, Инару такое придётся по душе. Баньши как раз говорила, что они тоже могут управлять нежитью, включая и сконструированную. Вот и попробует.

Сдвигать расписание из-за пропущенной недели не стали, поэтому в понедельник, как это обычно и бывало на нечётных неделях, у третьего курса стояли две пары по боевой менталистике, анатомия и судебная. Единственным отличием от обычного понедельника была лекция вместо практики по боевой — у второй подгруппы в это время должна была быть практика по теории, а Лидия ир Варис всё ещё оставалась в Версе с двумя младшими курсами.

Обе лекции боевой менталист провёл тоже как обычно, хотя и выглядел сам на себя непохожим — всё время улыбался и был непривычно рассеян. Но, учитывая, что у него только-только родился ребёнок, наверное, было и неудивительно. Иль помнила время вскоре после рождения сестрёнки — ей тогда было уже тринадцать — вроде и спокойной и большую часть времени спящей, но любящей ранние утренние подъемы.

Вернуться к учебе с точки зрения Иль и её однокурсников было максимально странно, но первые занятия прошли почти как обычно. И по внутренним ощущениям и чисто физически: за неделю сортировки все привыкли вставать и завтракать в комфортное для них время.

— Моя рука-а, — простонал Питер. — Когда уже артефакторы придумают что-нибудь для того, чтобы лекции можно было записывать парой щелчков?

— Думаю, даже если придумают, преподаватели нам такой роскоши не позволят, — разочаровала его Кларисса.

— А жаль, — вздохнул Раян. — Рука и правда устала. И есть уже хочется. Привык, что в столовую где-то в это время ходим. А ведь мы не учились всего-то неделю!

— Это была супернасыщенная неделя, — возразила ему Сандра.

— Сумашедше насыщенная, я бы сказала, — согласилась Иль.

— Ты-то с Кубком дольше не училась!

— Что не делает прошлую неделю спокойнее. Подготовка к Кубку, кажется, была давным-давно. Очень уж много всего успело произойти после.

За разговором добрались до кабинета анатомии. Преподаватель, выглядящий подозрительно довольным, уже ждал. Вместе с сегодняшним материалом, скучкованном на двух составленных вместе партах.

— Проверим, как вы помните строение скелета, — «обрадовали» их. — Заодно поможем коллегам с разбором, где тут чьё.

— То есть собираем и поднимаем? — закатал рукава Минар.

— Просто собираете.

Заняло их это надолго — скелетов оказалось сразу полтора десятка, все пересмешанные, не все полные… Но к концу пары по партам были разложены уже вполне пригодная в большинстве своём для поднятия нежить.

— И где только он их столько нашёл? — ворчала Мира, пока шли на судебную менталистику.

— По корпусу, небось, погулял, — пожал плечами Питер. — Только у ир Вильоса и ректора были по два, не считая Гоши. Ну, у корзинок для документов. А были же и ремонтники и прочие. Ир Арвей, по словам Иль, бил массовым, так что зацепил многое. И я в это верю: не зацепил бы, таскали бы мешки с помощью не упырей, а чего-нибудь попроще!

Ир Каринг выглядел как обычно, но, как и на конференции, такого дискомфорта как раньше уже не вызывал. Лекций по программе, как выяснилось, у них оказалось не так много, потому магистр сегодня решил сосредоточиться на более практикоориентированных вещах.

— Моделирование хорошо показало, что даже те, кто рассматривает судебную менталистику как один из вариантов для выбора профессионального пути, не вполне понимают, как положено действовать в случае, если вы столкнулись с чем-то, требующим применения схем нашей дисциплины. Поэтому поговорим сегодня именно об этом. Итак, ситуация: к вам приходит житель городка, в котором вы работаете городским менталистом, помогаете людям со страхами, щитами, потерянными ключами и тому подобным. Этот житель сообщает вам, что подозревает своего соседа, скажем, в краже цветов с клумбы перед администрацией. Ваши действия?

Мира подняла руку и после разрешающе-поощряющего кивка преподавателя ответила:

— Расспросить с проверкой на честность сообщившего. Если подтвердится, вместе с городской стражей точно так же расспросить подозреваемого.

— Только с проверкой на честность?

— Да. Размер ущерба небольшой. Вот если бы он украл подводу с зерном или незаконно вырубил десяток деревьев, уже можно было бы использовать более серьёзные схемы.

— Хорошо. В какой момент вы должны уже привлекать не стражу, а вызвать судебного менталиста из главного города провинции?

— Если в ходе опроса подозреваемый будет утверждать, что невиновен, а схемы не будут это подтверждать, или окажется, что масштаб ущерба значительно больше. Ну, или вскроется убийство.

— Именно, — кивнул магистр. — Собственно вот на чём большинство из вас и погорели: в случаях с убийством расследованием занимается уже не городская стража вашего маленького городка, а специальный отдел в управлении стражи провинции. В него входит в том числе и судебный менталист. У нас, как вы должны были уже запомнить, есть право на применение более серьёзных схем, чтение памяти без согласия и прочее. Многое из действительно действенных схем вы, не будучи судебными менталистами, применять просто не имеете права. Понятное дело, не нужно дергать судебного менталиста на каждый чих, вроде украденной лопаты, цветов на клумбе или срубленную к Середине зимы ёлку. С этим вполне может разобраться ваша местная стража. Но если вы обнаружили, что ёлки рубили на продажу, или что в ходе рубки этих ёлок погиб один из подельников, лесник или просто случайный прохожий, с этим разбираться должны вовсе не вы и не местные. Да, ри Картэ?