— Ага. Вообще не железная, а очень даже мягкая в интересных местах. И прости, ничего не могу с собой поделать. Ты слишком симпатичная.
От такого вот моего признания магомот вильнул, и мы чуть не врезались в едущую рядом машину.
— Ты поосторожней со словами. А то сердце девичье ранимое и склонно верить всякому.
— Вот и верь. И рули. Считай, это проверка на стрессоустойчивость.
— Я тебя трахну! Вот всеми богами клянусь, трахну!!! — завелась она.
— Конечно. И во всех позах, — сжал я ее сиську. — После совместной драки ты, как порядочная девушка, должна снять трусики и взять на себя ответственность. Ну, еще можно под себя и на боку.
— Р-р-р-р!!! — рычала она как мотор и, кажется, я добрался до ее нежного сердечка.
Милашка же она, и попец зачетный! Почти влюбился, ага.
— Встречай у входа! — крикнул я в трубку Насте, которая мне позвонила.
Нет, ну а что — такой вот выход в люди должен запомниться всем и надолго. Пафос — наше все. А если он еще и приправлен симпатяжками, так вообще огонь.
И вот спустя минут пять наша колонна, рыча двигателями, остановилась возле одного из самых фешенебельных ресторанов столицы.
Огромное здание, большие колонны, золотая лепнина и… спрятавшаяся швейцарка у входа, явно напуганная увиденным. Зато охрана заведения в количестве трех девок ранга не ниже волхва явно напряглась, готовясь кинуться в драку. Ну да, не каждый день видишь столько агрессивно настроенных дам в боевом раскрасе и обвесе.
Пафосно остановившись возле входа, они замерли, образовав как бы коридор. Я слез с магомота, встряхнулся и… снял с себя шлем. Окружающие — не мои — ахнули. За стеклом ресторана я увидел раскрытые в шоке глаза Насти и Наташи. А я что? Мне прям вообще хорошо.
Засосал Марго, отчего она едва не рухнула на землю — от чувств, наверное. Схватил наспех накорябанный номер ее телефона и сунул в карман. И пошел между девушками, целуя каждую — кого в щечку, кого в губки. Я очень благодарный ящер, если кто не знал. И это моя банда — попадут в Навь, уж я им устрою местечко возле себя. А там пройдет сотня лет, переродятся в духов, и возьму в дружину. Мне такие там точно нужны.
— Васька!!! — у меня на шее повисла Настя. — А это…
— Моя банда, — помахал я рукой байкершам.
Они дружно просигналили, ударили по газам и рванули прочь, подняв вверх руки со сжатыми кулаками. Чуть слезу не пустил, честное слово! Люблю их всех. Я такой сентиментальный.
— Откуда ты их знаешь? Это же банда отморозков!!! И что на тебе за одежда⁈ Почему ты приехал с ними⁈ Почему их целовал⁈ — Настя засыпала меня вопросами, мгновенно перегрузив мозг.
— Познакомились и к себе приняли. Зацени колечко зачетное, — показал я ей перстень с мордой ящера.
Таким, если ударить, пол-лица снести можно. Кстати, в отличие от баб, у мужиков аристократического кольца не было — нам при достижении восемнадцати лет статус безземельного барона присваивался автоматически. То есть, не все бабы аристократки, а мужики как раз все.
— Гадость, — презрительно сморщила она носик, разом потеряв в моих глазах кучу баллов. — Переодеться не хочешь? А то тут в таком виде… Выглядит ужасно. Да и помыться бы тебе. Запах такой, будто ты неделю в душе не был. Давай, я отвезу тебя домой, ты приведешь себя в порядок, и мы вернемся сюда. По пути можно заехать в магазин и пересмотреть твой гардероб. Слишком уж странно он выглядит. Да и черный тебе не к лицу.
Я слушал ее и просто выпадал в осадок. Она это сейчас серьезно, что ли? Вот так вот решила взять меня в свои руки? Начать командовать⁈
— Марго, далеко уехала? — не слушая больше эту дурочку, я набрал номер по бумажке. — Можешь вернуться? Да? Отлично, жду!
— Эй, это что сейчас такое было⁈ –обалдела Настя.
— Это называется — пошла ты в жопу со своим командованием! — грубо ответил я. — Не нравится мой запах, моя одежда, мои знакомые… Значит, не нравлюсь и я. Пример Наташи тебя ничему не научил, так что пока. И удали мой номер телефона, он тебе больше не понадобится.
— ЧТО-О⁈ Ты променял нас… меня на вот этих вот⁈ Тварей без роду и племени⁈ Бандиток, уголовниц, уродин!!! У них за душой, кроме ржавого корыта, на котором они ездят, и нет ничего!
— Зато у них есть эта самая душа. И она свободна от условностей. В отличии от вас. Адьес.
Надев шлем, я запрыгнул на сиденье магомота, который лихо притормозил возле меня.
— Не смей уезжать!!! Мы не закончили!!! — донеслось мне в спину, но мне было глубоко похер.
Ящер выше условностей и моральных запретов. Ящер не терпит, когда им командуют и помыкают. Ящер любит свободу, а они хотят ее забрать. Почуяли, что могут на меня влиять? В себя слишком поверили? Я им не комнатный мальчик и буду делать что хочу и как хочу.
— Куда? — спросила Марго.
Мы спокойно катились по дороге без всякой цели.
— Я у вас там, ну, где магазин, бар видел. Как думаешь, можно в нем мою днюху отметить?
— Ни слова больше. Так отметим, что город содрогнется! — произнесла она, и двигатель магомота взревел на повышенных оборотах.
Мы неслись, и Марго как-то умудрялась и рулить, и с кем-то разговаривать по телефону.
Промелькнул прежний маршрут, и вот мы уже тормозим у знакомого входа. Слезаем. Марго как-то смущенно смотрит на меня. Подхожу, целую. Нежно, просто касаюсь губами. Отстраняюсь, вижу ее улыбку.
— Ты такая милашка. Так бы и съел, -облизнулся я. — Как ты относишься к секс-марафону с перерывами на еду?
— Никогда такого не пробовала, но звучит отлично, — выдохнула она.
— Ну вот и прекрасно. А теперь пошли смотреть, что может предложить бедный бар богатому покупателю.
— Василий! — выскочила Варя. — Ты чего вернулся-то?
— Надоели. Я вольный ящер, а эти ошейник захотели на меня одеть. Не выйдет, — зло сплюнул я на землю.
— Наш человек, — шутливо пихнула она меня плечом. — Пошли, наши уже на стол накрывают. И днюху твою отметим, и вступление в банду. Ох, и обзавидуются все.
— А пошли, — я шлепнул ее по заднице для ускорения, отчего она взвизгнула, как девчонка.
Обернулась и, увидев мою ехидную улыбку, так же улыбнулась в ответ. Не, ну красотка же — и шрам с татухой ее вообще не портят. А уж тело — не оторваться.
Я толкнул тяжелую железную дверь, и меня накрыло волной тепла, пота, ароматом жареного мяса и дешевого магического эля. Еще в нос ударил запах резины, машинного масла и женских духов — странная смесь, но именно так пах настоящий байкерский бар. Я шагнул внутрь, и дверь за мной захлопнулась с глухим стуком, отсекая уличный шум.
Внутри было темно, только пара тусклых ламп под потолком и неоновая вывеска с ящером, который изрыгал пламя. Стены были увешаны старыми колесами, цепями, ржавыми номерными знаками и фотографиями, где женщины в кожаных куртках стояли на фоне горящих домов. В углу стоял старый музыкальный автомат, который играл что-то тяжелое и ритмичное.
Но главное — это люди. То есть, женщины. Их было много. Почти весь бар был забит байкершами в черной коже, с нашивками в виде ящеров и черепов. Они сидели за столиками, стояли у стойки, и все повернулись в мою сторону, когда я вошел. На мгновение в баре стало тихо — даже музыка стихла, автомат будто закашлялся. А потом они заорали.
— Васька! Наш именинник! — загремело со всех сторон.
Я даже не успел опомниться, как меня схватили за руки, потащили к барной стойке и буквально запихнули на высокий табурет.
Кто-то сунул мне в руку кружку с пенным элем, кто-то хлопнул по плечу так, что я чуть не свалился. Вокруг столпились девушки — все в куртках, с нашивками «Ящеры Тьмы», и у каждой на поясе висела цепь или кастет. Некоторые были с бритыми головами, другие с длинными косами, третьи с татуировками на руках и шеях. Все они улыбались мне, но улыбки были хищными, злобными. Все, как я люблю.
— С днем рождения, новобранец! — прорычала высокая женщина с проколотой бровью. Она подняла свою кружку, и все остальные последовали ее примеру. — За Ваську! За нашего нового Ящера!
