— Я провожу Вас, сэр…

— Сам дойду. В какой?

— На чердаке, сэр.

Я посмотрел на хозяйку заведения с таким презрением, что она вжалась в стул, на котором сидела.

Дверь в комнату открылась со скрипом. Но, несмотря на мои опасения, принцесса продолжала спать. Помещеньице оказалось убогое — совершенно не соответствующее статусу проживающего в нём человека. Одна потрёпанная временем кровать, остывший камин и деревянная бочка с холодной водой. Стол со стулом и ширма в углу. И полное отсутствие света — как мне показалось поначалу.

В комнате были разбросаны юбки её Высочества, сама же она спала в коротких панталонах и корсете.

Мда-а-а…

Принцессы не обучены сами переодеваться — вот она и не справилась.

Я подошёл к кровати и взял Диану на руки. Только тогда моим глазам предстало окно, а точнее — дырка в потолке, сквозь которую пробивался лунный свет, осветивший лицо девушки. Принцесса была в слезах и безмолвно плакала, давясь ими.

— Мама, пожалуйста, — шептала она, — не уходи. Я найду тех, кто это сделал, и заставлю поплатиться…

Сказать, что я был поражён, — ничего не сказать. В первый раз с нашего знакомства я увидел Диану с этой стороны. Неужели она собирается предпринимать самостоятельные попытки в поиске убийц своих родителей? Диана, которую не интересовало ничего, кроме светской жизни? Которая три дня не выходила из своей комнаты после гибели родителей лишь потому, что не было подходящего платья? Эгоистка ждала, пока чёрные кружева украсят несколько слишком ярких нарядов. Та самая Диана, которая отказалась принимать людей до вступления в брак и занималась чёрт знает каким оккультизмом со стариком, зовущим себя колдуном. А тут она решила искать убийц?!

Я сам уже две недели занимаюсь поиском виновных в смерти короля и королевы — и пока безрезультатно. Интересно, с чего принцесса решила, что у неё шансов больше, чем у кого бы то ни было?

— Мам, не уходи! — девочка у меня на руках вцепилась в рубашку мёртвой хваткой, но лишь на мгновение. Затем её руки ослабли, и она обмякла.

Ну что ж, раз Диана планирует найти убийц родителей, на это стоит посмотреть. Где она остановилась, я знаю. Запугать домоправительницу не составит труда. Будущая королева решила попробовать свои силы — поддержу её. На своих условиях, конечно, под полным контролем, но поддержу.

Опустив принцессу на жёсткую постель, я накрыл вздрагивающее от слёз тело одеялом и развернулся, чтобы покинуть комнату. Но, вспомнив, вернулся к плачущей Диане, ослабил несколькими быстрыми движениями шнуровку на корсете и вышел окончательно, прикрыв за собой дверь.

Внизу, уставившись на лестницу, меня ожидала женщина с грязными волосами.

— Чуть позже принесут одежду — оставишь ей, скажешь, что нашла в старых шкафах. С утра поможешь одеться. С корсетом справишься?

— Да, сэр, я…

— Отлично, — сегодня был длинный день. Не готов слушать её лесть. — Комнату очистишь от паутины и пыли. Приведи всё в порядок. Вода в бочке должна быть тёплой всегда. Камин должен гореть постоянно.

— Сэр, у меня нет денег на дрова.

Я посмотрел на неё очередным взглядом полного презрения, достал из-за пояса увесистый мешок с монетами и бросил на стол.

— Вот. Купишь всё, что потребуется. Потратишь хоть копейку на выпивку — узнаю. Обмолвишься о моём появлении сегодня и во все последующие дни — не сносить тебе головы. Всё поняла?

— Да, сэр.

— И чтобы всегда была еда. Если девушка придёт голодной, ты предложишь бесплатное угощение.

— Да, сэр.

Я покинул это богом забытое заведение в тот самый момент, когда на улице пошёл дождь. Неделька обещает быть интересной, а во дворце столько дел. Не самое лучшее время выбрала Диана для игр, но что поделать — эти правители такие эгоисты.

Сердце больно сжалось. Я любил Лилит и Париса: они заменили мне семью, и, видит Бог, я найду тех, кто виновен в их гибели. Жаль, их взбалмошная дочь не унаследовала характер и доброту души ни у одного из родителей. Очень жаль.

Дождь барабанил по крышам домов, усиливая тоску по рано ушедшим из жизни правителям — пожалуй, лучшим за последние двести лет. О доброте Лилит ходили легенды, так же как и о мудрости её супруга. Оставшиеся же после них шакалы в образе министров стремятся урвать себе по кусочку, пока ещё держащейся на плаву страны. Но если что-то не изменится, корабль пойдёт ко дну — со всеми на борту. Я же не мог этого допустить. Хотя бы в память о тех людях, что приютили меня, дали крышу над головой, еду и образование.

Ничего, справлюсь.

Обязательно!

Кап, кап, кап.

— Ещё чуть-чуть…

Кап, кап, кап.

— Пять минут…

Выпорю прислугу. Что за странный способ будить меня водой? И этот раздражающий звук.

Кап, кап, кап…

А почему так гудят ноги и ломит тело?

О-о-о… Болят даже волосы.

Воспоминания нахлынули все и разом. Я вскочила с кровати. Это была первая ошибка. Ноги поскользнулись в луже на полу, и я полетела. К моему счастью, комната слишком мала, чтобы тело успело разогнаться. Бочка с водой помогла затормозить.

Второй ошибкой стало то, что я резко выпрямилась. С моей груди свалился корсет, который совершенно неожиданным для меня способом развязался.

Третьей ошибкой было ответить «да», когда в дверь постучали. Бочка была мокрой, руки скользили по ободку. Не удержавшись, я упала и больно ударилась пятой точкой.

— Что вы делаете на полу?

Привыкшая к приказам, я, опираясь на одну руку, а второй скрывая нагую грудь, потребовала ответа:

— Почему пол скользкий?

— О-о-о, — воскликнула хозяйка дома, в руках которой были какие-то тряпки. — Прошу прощения! Крыша протекает, а ночью был дождь. К вечеру это недоразумение будет исправлено.

Не знаю, что было неожиданнее — моя забывчивость касаемо временного пристанища или её готовность услужить. Я посмотрела на женщину, удивившись тем изменениям, которые в ней произошли. Сальные пакли теперь были уложены в подобие причёски. Платье, определённо не новое, но чистое, было подвязано почти белым передником. Толстую шею украшало жемчужное ожерелье, а на пальцах красовалось медное кольцо. Пугающее преображение всего за одну ночь.

Может, вчера у неё просто был плохой день? Впрочем, как и у меня.

— Сколько я проспала? — задала очередной вопрос.

— Шесть часов. Завтрак ждёт Вас внизу, а это, — она указала на тряпки, — платье. Нашла среди старой одежды. Вода нагрета, но если нужно погорячее — сообщите.

Я распустила волосы, тем самым полностью прикрыв наготу, и окунула руку в бочку. Вода действительно была прекрасной температуры, но у меня, к сожалению, совершенно не было времени насладиться ею. И снова вспомнила, что презирала простолюдинов за отсутствие постоянного ухода за собой.

Сегодня меня ждал поиск работы. Арчи сообщил, что назначил три встречи, на первую из которых я уже опаздывала. Времени помыться у меня нет.

— Простите, а вы не скажете, как я могу к Вам обращаться?

Как-то поздно вспомнила я о приличиях.

— Меня зовут Ирис, — сообщила женщина, широко улыбаясь.

Её рот был лишён примерно половины зубов, что заставило меня поёжиться. Похоже, дядя был прав. Я действительно самый мелочный человек на свете.

— Ирис, — решила я перенести самобичевание на вечер, — вы не поможете мне одеться и собрать волосы?

— Буду рада помочь, — ответила она, продолжая широко улыбаться.

Определённо за те шесть часов, что я проспала, изменилось всё.

Платье каким-то чудом оказалось моего размера. Оно состояло из корсета — не такого, как заморские, что привозят каждую неделю, а попроще. Вместо завязок на спине вдоль позвоночника до талии были пришиты страшные заклёпки. Сама ткань была намного грубее привычных мне, но и не такая жёсткая, чтобы взвыть от боли. Грудь удерживала, но талию не стягивала. К счастью, моя фигура в этом не нуждалась.

Поверх корсета мне предоставили узкую, коричневого цвета, длинную тунику без рукавов. Следом шла туника с длинными узкими рукавами, по всей длине которых были пришиты заклёпки. Простые, но довольно милые.