Еще есть шанс. Не сдавайся. В голове Джея прокручивается содержание полудюжины статей, которые он читал о людях, проглоченных китами. Все они — кликбейт: несчастные люди попадают в пасти китов-бородавников, да, но горло бородавника шириной с суповую банку. Этих людей спешно выплевывают. Полное проглатывание невозможно. Если только не учесть невероятное стечение обстоятельств: дайвер (худой дайвер) и кашалот (особенно крупный кашалот), у которого пищевод способен проглотить тридцатифутового кальмара.

Джей хватается, но внутри горла не за что ухватиться. Всё мокрое и вязкое. Он продвигает правую руку глубже и ощущает что-то прямо перед собой. В темноте этого не видно, но объект сместился к правой стороне горла. Какая-то мясистая колонна. Сужающаяся, как гусиный клюв. Джей не знает, что это такое, но его мозжечок, настроенный на выживание, ощущает, как морская вода течет по обеим сторонам этой колонны. А это значит, что он должен быть в состоянии ухватиться за неё. Если бы ему только удалось продеть руку сзади…

Пол под ним обрывается — механизм из костей, мышц и хрящей. Горло вертикально растягивается. Кислородный баллон Джея, ранее застрявший, сдвигается вперёд. Джей визжит в регулятор. Его правая рука соскальзывает с птичьего клюва. Происходит дезориентирующий рывок, словно в лифте, — а затем резкий рывок вперёд.

Мгновеное оранжевое сияние, когда кит на две секунды скользит близко к залитой солнцем поверхности — достаточно, чтобы Джей успел бросить один быстрый, озадачивающий взгляд на деталь в верхней части горла: два белых символа, выгравированных на тёмной плоти.

Каждый из них похож на пятиконечный трезубец.

У какого кита внутри тела нарисованы символы?

Может быть, как те знаки у Монастырского пляжа.

НЕ СТАНЬ СЛЕДУЮЩЕЙ ЖЕРТВОЙ!

Потом — тьма. Потом — ничего.

2239 PSI

Смотри — целая вселенная.

2022

Письма от Нэн: - Папа снова в больнице, спрашивает о Джее, Не разбивай мне сердце. - СМС от Евы: - Папа дома, но только потому, что врачи сдались, Джей, Не разбивай мне сердце. - Звонки от мамы, приступы отчаяния: - Он никогда не давал тебе покоя, детка, мне так жаль, но почему бы тебе не проявить великодушие и не дать ему покой?

Не разбивай мне сердце.

Ни одна из этих умоляющих просьб не исходит напрямую от папы — ни его хрипловатого «привет» на голосовой почте, ни дрожащих каракулей в письме. Эти мольбы доходят до Джея как отдаленные отголоски; Джей начинает думать о них как о собственной системе эхолокации папы. Умирающий человек посылает щелчки, пытаясь почувствовать, кто там, и ждет ответных щелчков.

Джей знает, что делает то же самое. Уехав из дома в прошлом году, он поддерживал связь с мамой и сестрами так часто, как только мог, присылая фотографии, на которых он выглядел беззаботным, занимался внешкольными занятиями, держал в руках работы с оценкой «А+. - Щелчок, щелчок, щелчок. Но эти попытки постепенно сошли на нет. Каковы шансы, что отец и сын найдут друг друга сейчас?

Это ужасно большой океан.

10 августа 2021 года Митт Гардинер покончил с собой. В течение следующих недель мама, Нэн и Ева обнимали Джея, но это казалось не так, как надо. Как будто их руки были вывернуты наизнанку, а позвоночники искривились не в ту сторону. Чем дольше останки отца оставались пропавшими, тем сильнее искривлялись их собственные кости. Джей знает, что мог бы поступить так, как они просили, и навестить папу.

Но в конце концов щелчки папы стали настолько тихими, что Джей перестал их слышать.

Спустя одиннадцать месяцев Джей не выдерживает позора, который приносят ему сестры. Он находит Хьюи. Не дома, потому что где, черт возьми, живет Хьюи? Он на Муниципальной пристани № 2. Хьюи на своей парусной лодке, в сафари-шляпе, заменяет сливную пробку в моторном отсеке. У него в кармане куртки лежит «Коран» в мягкой обложке, заменивший его маленький красный «Новый Завет» — «Новое Яйцо, - как он его называет, — который глупые христиане мило привесили к Еврейской Библии.

- Как твои зубы? — спрашивает Хьюи.

Прошел год с тех пор, как Джей видел Хьюи на похоронах папы. Беседа складывается приятно. У Джея остались странно умиротворяющие воспоминания о том, как он сидел в стоматологическом кресле Хьюи. На потолке висели светильники, стилизованные под белые облака на фоне синего неба, но Джей всегда представлял, что находится под водой и смотрит сквозь прозрачные воды на небо.

Хьюи раньше лечил зубы половине сотрудников аквариума Монтерей-Бэй. Он завоевал их симпатию своим остроумием на биологические темы. - Если не чистить зубы нитью, то из кашалота превратишься в китообразного» — шутка заключалась в том, что у китообразных нет зубов. Сотрудники рассказывали ему все свои секреты, а он послушно передавал их Митту и Джею. Они припоминают некоторые из них. Наконец, к делу.

- Я хочу знать, где он.

- Мне об этом спрашивали в береговой охране, знаешь ли.

- Ты сбил их с толку. Потому что папа не хотел, чтобы его нашли.

Хьюи откидывается на спинку стула, кривит губы, пристально разглядывает Джея.

- Знаешь, сколько второстепенных иудейских пророков упоминается в Коране? Всего один.

- Я не береговая охрана. Я из плоти и крови.

Джей наклоняется вперёд. У него хрустят позвонки. Болят суставы. Он морщится. Он чувствует себя старым. Он замечает, что Хьюи это заметил — и, похоже, это именно тот знак, которого Хьюи ждал. Джей знает, что сейчас получит нужную информацию — конкретные координаты. Но сначала — ещё немного болтовни. С Хьюи это всегда цена входа.

- Позволь мне рассказать тебе об уроке этого пророка. Истина никогда не перевешивает милосердия.

МИЛОСЕРДИЕ

2220 PSI

(Где ты)

2219 PSI

((Где ты))

2218 PSI

(((Где ты)))

2217 PSI

((((ГДЕ ТЫ))))

2020

- Знаешь что? Я рад. Я больше не буду участвовать в этом. В этой грязной торговле: водой, китами. Ты же понимаешь, что именно этим мы и занимались, да? Мы с тобой — соучастники, Джей. Часть этого водоворота.

Одна лодка на якоре, шестнадцать пивных банок, катающихся по палубе, один отец, один сын. Джей слышит отдаленный смех, стук пришвартованных лодок, хлопанье флагов на верхушках мачт. Ясная ночь, над головой — миллиард звёзд, а до причала полмили. Но ветрено. Волны высотой в три фута. Если он закричит, он не уверен, что его крик достигнет ушей людей.

Папа пьян как никогда раньше. Девять часов назад двое пассажиров из Омахи наклонились через правый борт «Слипа, - чтобы сфотографировать горбатого кита, выпрыгивающего из воды, и поручень просто вырвался и упал в воду. Плюх, плюх — оба пассажира оказались в воде, не дальше чем в пяти футах от корпуса, но продолжали так истерично кричать, что папа, вытащив их на борт, прикрикнул, чтобы они заткнулись. Папа приступил к огораживанию места, где был вырван поручень, но у него дрожали руки. Он знал, что его везение закончилось.

Джею стало тошно. Он тоже это знал.

Звонок поступил в сумерках, в час «жемчужины. - Небрасканцы подали жалобы. Лицензия Митта была приостановлена до проведения осмотра его судна. Прибыль и так была ничтожной из-за Covid. А теперь ещё и это? «Слип» никогда не пройдёт осмотр, они оба это знали. Папа вложил всё в эту лодку и в этот бизнес. И то, и другое было закончено. Поэтому он бросил здесь якорь и приступил к тому, чтобы опустошить судовой груз дешёвого пива — прощальный тост за свою последнюю попытку цивилизованной жизни.