Вероятно, для убедительности собственных слов мужчина подошел ко мне, развернул за плечи лицом к себе, а после встряхнул точно так, как мисс Картер встряхивала белье, развешивая его по веревкам.

Зубы клацнули от резкого движения.

— Нет! — воскликнула я.

Однако пришло горькое понимание, что противостоять воле графа Рассела не выйдет. Вся прислуга ему послушна, гостей после дня рождения Эдит не появлялось, и некому было пожаловаться на произвол хозяина. А рассчитывать на поддержку задержавшегося баронета Синклера явно не выйдет: они с моим хозяином на одной стороне.

Ко всему прочему Рассел-Холл стоит в отдалении от человеческого жилья.

Мне никто не придет на помощь, а сбежать самой вряд ли удастся.

— Если понадобится связать вас по рукам и ногам, это будет сделано, — продолжил мужчина запугивать меня.

Приходилось признать, что получалось у него прекрасно. Теперь я действительно боялась графа не меньше ужасного ночного гостя.

— Сэр, это неразумно! И незаконно! — напоследок взмолилась я, хотя надежда уже оставила.

Джентльмен лишь пожал плечами, после чего выставил меня в коридор. Сам.

Похоже, на здравый смысл и закон Ричард Эрскин хотел плевать.

А я еще по глупости, не иначе, считала главной опасностью для себя Филиппа. Так горько ошибиться! Снова!

В самых расстроенных чувствах я вернулась в спальню. И черное пятно на двери заставило закусить губу от досады.

Следовало бежать из Рассел-Холла. Как можно быстрей и как можно дальше.

Я возлагала слишком много надежд на это место и его обитателей, надеялась найти тихую гавань, благополучие… и месть.

Что же, по крайней мере, с местью все удалось, Филипп Эрскин поплатился за грехи, пусть и далеко не за все.

Однако вместо спокойствия и безопасности я получила бешеный карнавал безумия.

Или мне угрожают потусторонние силы, или помешавшийся граф.

Хотя не стоит сбрасывать со счетов тот вариант, что и мертвая графиня существует, и ее муж успел сойти с ума за годы вдовства.

Не успела я переодеться к ужину, как явилась миссис Хемлок. Она имела неосторожность постучать в дверь, и от этого звука из моего горла едва не вырвался испуганный вопль.

— Вам пока предстоит делить комнату со мной, мисс Ферн, — тоном, не терпящим пререканий, заявила домоправительница.

Хотя мне и в голову не пришло бы сейчас отказываться от щедро предложенного переезда. Ужасные ночи все-таки куда проще переживать в чьей-то компании.

Но было бы еще лучше, если бы я смогла вовсе избежать опасности.

После недолгих колебаний я решилась попросить о помощи пожилую даму, в чьей симпатии уже не раз успела убедиться. К тому же власть домоправительницы в поместье велика. Ей не составит труда оказать мне услугу.

— Миссис Хемлок, не могли бы вы… помочь мне покинуть Рассел-Холл? — осторожно спросила я, двигаясь за домоправительницей со своим порядком раздувшимся саквояжем, в который теперь едва влезали все мои платья.

Женщина бросила колкий взгляд через плечо.

— Об этом не может быть и речи, мисс Ферн. Вы остаетесь здесь.

Глава 12

После столь резкого и категоричного ответа любой бы лишился дара речи. И я не стала исключением. Заговорить мне удалось уже только в комнате миссис Хемлок, где уже появилась вторая полностью застеленная кровать.

Стало совершенно ясно, что граф не собирался выпускать меня из поместья еще до нашего разговора. И все заранее приготовил. Даже приставил ко мне надзирательницу, настоящее недреманное око.

— Но вы же здравомыслящая женщина! Как можно держать человека в плену? Это противозаконно! — попыталась я склонить на свою сторону домоправительницу. — Прошу, помогите выбраться отсюда!

На лице пожилой леди проступила снисходительная улыбка.

— Моя дорогая, как можно вот так сбегать? Совершенно непозволительная дерзость! Какое место вы получите после подобной выходки?

Еще неделю назад этот аргумент разнес бы стену моего упорства. Но не сейчас.

Какой смысл в рекомендациях и работе, если речь зашла о жизни? Мертвецам не нужны работа и деньги!

— Мне все это безразлично! Об одном прошу, помогите!

На место снисходительности пришла суровость.

— В Рассел-Холле мы выполняем приказы нашего хозяина. Беспрекословно. И вам тоже придется.

Я набрала в грудь побольше воздуха и медленно выдохнула, прикрыв глаза. Нельзя было давать волю ярости. Даже если хочется кричать и швырять вещи. Так лишь уроню себя в глазах миссис Хемлок и укреплю ее в нежелании помогать.

— Я что, в рабстве? — тихо осведомилась я спустя несколько секунд, когда удалось вернуть себе жалкие крохи самообладания.

Домоправительница лишь безразлично пожала худыми плечами.

— Как вам будет угодно, мисс Ферн.

Более говорить женщина не стала — занялась более интересными вещами, которые привели меня в замешательство. Домоправительница взялась «украшать» общую для нас двоих комнату самым оригинальным образом. И для этого у миссис Хемлок нашелся настоящий арсенал — тут были и рябина, и чертополох, и соль, и мак, и пара крестов. Все это миссис Хемлок вешала над дверью, крепила к ручке, сыпала на порог.

Кажется, эта почтенная леди за долгую жизнь узнала множество суеверий касательно борьбы с выходцами с того света. А теперь использовала их.

Миссис Хемлок тоже слышала ночной стук. И, как и я, предпочла использовать народные способы отвадить нежеланных визитеров, а не отмахиваться, цепляясь за рациональность.

— Что вы все-таки видели тогда ночью? В замочной скважине? — осипшим голосом осведомилась я, неотрывно следя за каждым движением домоправительницы.

В прошлый раз она несомненно солгала, когда сказала, что ничего не разглядела. Как и тогда, когда сказала, что все вещи графини на месте.

Миссис Хемлок замерла, бросила ледяной взгляд через плечо. Во всем ее облике читалось нежелание, но все-таки женщина заговорила.

— Сперва тьму. А потом… оно тоже заглянуло внутрь. И я увидела глаз. Мутный, словно матовый… Мертвый глаз. Но в нем светились разум и злая воля, — глухо ответила миссис Хемлок, а после заткнула замочную скважину клочком ткани. — Не желаю, чтоб нечто подобное подглядывало.

Хотя бы тут наши мнения полностью совпадали.

Казалось, что из-за всех переживаний не удастся заснуть ни на единый миг, однако, я рухнула в дрему, едва голова коснулась подушки. А пробудилась уже от стука в дверь — сильного, настойчивого, упорного.

Гость снова явился по мою душу.

Я уселась на постели и обхватила руками колени.

Страх пришел, вот только теперь глухой, безнадежный. Словно я уже совершенно сроднилась с этим чувством, и оно больше не заставляло терять разум.

Справа миссис Хемлок сидела у постели и читала святое писание при зажженной свече. Домоправительница графа Рассела была бледна, но ее самообладание оставалось крепче горной кручи. Впору завидовать.

— Зачем вам все это? — прошептала я. — Зачем вот так сидеть со мной, ожидая, когда чудовище ворвется?

Понять никак не удавалось.

— Люди моего возраста и положения должны проявлять снисходительность к ошибкам юных и помогать их справить в меру собственных сил.

Звучало так правильно, так благородно, что тут любой бы подумал о лицемерии.

— Просто вам приказал граф, — шепнула я, ни капли не сомневаясь, что именно так на самом деле и было. Никакой снисходительности.

Домоправительница даже не подумала отрицать.

— Без него тоже не обошлось.

Хотя бы за что-то помимо новых нарядов можно поблагодарить графа Рассела. Теперь предстоит терпеть ночные ужасы не в одиночестве.

Все казалось, что на этот раз существо в коридоре снова найдет способ справиться с замком, но ничего подобного не произошло. Зато оно принялось с остервенением царапать дверь.

Звук был такой, словно кто-то пытается пробить дыру прямиком в моем черепе.

— Оно не уймется само, — пробормотала я устало.