— А может ну его нахер, а? Ещё пара таких дедлайнов и я предпочту уйти в горы. На пмж.

— Это она сейчас на каком языке ругнулась? — озадаченно поскреб в затылке гоблин, обращаясь к эльфийке.

— Я не знаю, — шепотом ответила ему Юли. А ко мне обратилась чуть громче: — Эвирейл, мы можем и ночью поработать. Я знаю, как варить долгоиграющее зелье бодрости.

— Юли, не говори ерунды, — отмахнулась. — Никаких ночных смен. Ночью надо спать. Сейчас дружно выдыхаем, ужинаем и работаем ещё часа два. А потом отдыхаем до утра. Есть одна хорошая поговорка: от работы кони дохнут. Так вот: мы с вами не кони. А жить нужно в удовольствие. Причем именно в своё удовольствие. Мия, сколько светильников осталось?

— Три, — откровенно натянуто улыбнулась девушка. — И те выставочные образцы, которые вы велели не продавать. Кроме них мы продали абсолютно все артефакты с гномьей витрины, все лечебные и бодрящие амулеты, амулеты каменной кожи, а так же большую часть персональных охранок, все до единого артефакты очистки воздуха и вибрации, предназначенные для работы в шахтах, ну и остального помаленьку. Вот.

Не знаю, что подумали остальные, но из моей груди вырвался откровенно страдальческий стон, а спустя секунду со стороны лестницы прозвучало обеспокоенное:

— Эви? Что случилось? Тебе плохо?

В мастерскую вошел встревоженный Ириан, за чьей спиной маячила хмурая Барб. И я, понимая, что жалуюсь, всё равно пожаловалась:

— Мы продали почти весь ассортимент! Это ужасно!

— Почему?

— Нам нечем торговать завтра!

— О…

По лицу Ириана пробежала тень ироничного понимания, но потом он сосредоточенно кивнул и обратился в первую очередь к Юли:

— Напиши мне список всего проданного. Можно приблизительный. Поужинаем и помогу вам.

— Ты? — озадачилась я, уставившись на эльфа, как на инопланетянина. — Но…

— Я, милая. Именно я, — спокойно подтвердил Ириан, подходя ближе и ловко поднимая меня на руки. — Идем. Ужинать.

В итоге из мастерской меня вынесли на руках, но потом мне стало совестно и я, прекрасно видя, какими завистливыми взглядами нас провожают абсолютно все (даже гоблин!), попросила опустить меня на пол. Ириан сделал это лишь в столовой, где было уже всё накрыто, причем я позвала за стол и Питера, и Загыра с Рулафом, чтобы послушать, как прошел день, и очень внимательно слушала своих работников, с удовольствием отмечая, что никто не рисковал скандалить в присутствии двух таких жутких громил, а в лавку сегодня шли не только шахтеры и жители гоблинского квартала, но и более респектабельные горожане из нашего района.

— Многие спрашивали яшмовые и иные светильники, — деловито сообщила мне Мия. — Я их записывала в отдельный список, набралось больше тридцати желающих. Но в основном, конечно, брали простейшие. И не больше одной штуки в руки, как вы велели. Большой спрос на охлаждающие, но не для кладовок, а в комнату: скоро жаркий сезон и люди хотят, чтобы дома было прохладно.

— Да уж… — вздохнув, с грустью посмотрела на Ириана и снова пожаловалась: — Мне нужны ещё одаренные. Хотя бы десяток. Временно. Где взять?

— Боюсь, с этим я тебе помочь не смогу, — качнул головой эльф, но тут же накрыл мои пальцы своими. — Но я помогу тебе сам, обещаю. Думаю, ажиотаж схлынет уже через неделю и станет полегче. Это просто надо пережить.

Да, это просто надо пережить…

Ну а потом мы, распрощавшись до завтра с Питером и орками-охранниками, дружно отправились в цоколь, где Ириан о-о-очень удивил меня, показав одну любопытную технику масштабного сотворения искр, благодаря которой мог заряжать один светильник буквально щелчком пальцев, так что следующие два часа мы с Фрунфелем занимались преимущественно тем, что приклеивали кварц к основе, Юли сосредоточенно вытачивала магией эту самую основу, причем не только из гранита, но и прочие, Ириан всю эту красоту заряжал, Мунк таскал, Мия раскладывала, Кеяра торопливо сортировала свежий мешок с кварцем, который притащил Лукас, а преподобный отец Фейд невозмутимо шлифовал деревянные заготовки для амулетов.

При деле были все!

Особенно Барб, которая в районе одиннадцати погнала нас пить чай с грушевым пирогом, а потом так же категорично скомандовала расходиться по кроватям и спать.

М-м, спать!

Какое прекрасное слово, слушайте!

Даже и не думая возражать, я первая поспешила наверх и впервые с момента нашей первой близости просто рухнула на подушки, крепко обнимая Ириана, и осознанно отрубилась.

Следующие три дня прошли в схожем ритме, но чуть полегче, потому что Ириан продолжал помогать нам именно со светильниками, заряжая их лично, тогда как нам оставалось лишь сделать основу. Это тоже отнимало далеко не одну минуту, но всё равно было уже проще.

Заодно Мунк сбегал до церкви и лавки Арейхоса, узнав, что они тоже начали торговать и светильниками, и остальными артефактами, на которые у меня имелись патенты, так что бурный поток желающих превратился сначала в просто полноводную реку, а к пятнице и вовсе стал приятным бодрящим ручейком, так что можно было тихонько выдохнуть и поздравить себя с тем, что мы это пережили.

Ура!

А в пятницу после ужина Ириан заявил:

— Идем ко мне. Тебе стоит проведать Аэши, он скучает.

Поморщившись, потому что мне ну очень резко стало совестно, словно ребенка на произвол судьбы бросила, я торопливо кивнула, сама попутно подумав о том, что за эти дни не сумела даже выбраться с Кеярой до лавок с одеждой, хотя сама ей обещала. Ну вот и кто я после этого?

В общем, мне стало совестно ещё больше, и я задумалась о том, чтобы выкроить на это благое дело завтра хотя бы пару часов в обед. Нет, пожалуй, нет. Питер один пока не справится. А вот Мия — вполне. Но её смена только в понедельник. Что ж, значит, подожду до понедельника!

Успокоив таким образом свою совесть, я уже в гораздо более приподнятым настроением дошла до дома Ириана и там мы сразу прошли на задний двор, где шелестел листочками Аэши. Не знаю, рос ли он в моё отсутствие, так сразу сложно было сказать, всё-таки его размеры были уже относительно велики, да и листиков хватало, но я всё равно первым делом опустилась на траву и аккуратно прислонилась к тонкому стволу лбом и ладонями, мысленно приветствуя своего малыша.

Ох, как же он был рад!

Ни единого слова о том, что я его бросила, нет. Наоборот, лишь незамутненная радость и искреннее счастье от встречи. У меня аж слезы на глаза навернулись! Какой же он всё-таки… удивительный!

Не удержавшись и хлюпнув носом, тут же ощутила на своих плечах ладони Ириана, который кутал меня своим светом со спины, пока древо обнимало светом спереди.

И как же это было чудесно…

В итоге мы пробыли на поляне до сумерек, а ночевать остались у Ириана дома, причем спать легли далеко не сразу: соскучился по мне не только Аэши.

И я тоже… Я тоже безумно соскучилась!

Все эти дни у меня едва ли хватало сил на то, чтобы вечером добраться до кровати и упасть в коварные объятия подушки с одеялом, так что сейчас я наслаждалась ласками своего жениха так пылко и жадно, словно это было впервые.

Мой. Только мой!

Мой нежный, понимающий и просто потрясающий мужчина!

И быть может… Я зря боюсь впустить его в свою жизнь навсегда? Хотя куда уж сильнее…

— Ир, — шепнула, точно зная, что он ещё не спит, хотя время было уже совсем позднее.

— Да?

— А ты бы по каким традициям хотел жениться?

Рука эльфа на моей талии дрогнула, а потом меня рывком притянули к себе и пристально уставились глаза в глаза.

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Всё-то тебе надо знать, — проворчала, чувствуя, что моя решимость не так уж и крепка, как думалось изначально. А иррациональный страх глубже, чем мне бы хотелось самой. — Просто ответь.

— Никогда не задумывался, — качнул головой Ириан. — У эльфов свои обряды и они связаны прежде всего с Великим Древом, но я принял иную веру и церковные венчания ничуть не менее прекрасны и значимы. Но если ты желаешь что-то иное, я приму любое твоё решение. В твоём мире есть какие-то особенные… м-м, ритуалы?