Мимолетно отметив, что гоблин аж ругнулся, фыркнула, но спорить не стала. Всё верно. Если кто-то из артефакторов тоже до этого догадается (особенно запатентовать быстрее меня!), то плакали наши денежки. А мне поделиться патентом не сложно. Одни мы всё равно много не сделаем. А мне, как ни странно, сильнее всего хочется, чтобы эти блага были доступны и простым людям.

— Я могу подготовить всю необходимую документацию уже сегодня, — снова подала голос Юли. — Я уже закончила переписывать книгу, можете вернуть её отцу Хорхе. Но я вот думаю… А для отпугивания никаких простейших рун нет?

— Я тоже думала, — кивнула. — Именно рун — нет. Только многокомпонентные руноставы. Но это уже следующая ступень. И мне кажется, именно для кварцевых болванок она не подойдет. Тут вся соль в том, что кварц отдает заряд постепенно, но безостановочно. Не выключается. И такой артефакт будет активен всегда, и действовать в том числе против владельца. Нет смысла. Я хочу сосредоточиться только на положительных эффектах. Но если что придумаешь, сразу говори, обсудим.

— Я придумал, — ухмыльнулся Фрунфель и взял в руки охлаждающий артефакт. — Надо этим штукам персональные переноски сделать. По типу фонариков. Коробочки с ручками. Как минимум для нагревающих и охлаждающих. Брать такие руками может быть опасно.

— Согласна, — кивнула. — Можно оформить как корзинку с дырочками, что-нибудь плетеное. В низине реки растет много ивы. Я вот ещё всё думаю про экранирование… Ну, допустим, артефакт умиротворения поставить в торговом зале можно. Это будет только в плюс. А три рабочих артефакта охлаждения или обогрева мигом превратят торговый зал в комнату выживания. Как быть?

— Зачарованные витрины, — со знанием дела выдал гоблин. — С гномьим стеклом и дополнительными чарами блокировки. Всё, что будет лежать внутри, окажется экранировано. У Арейхоса спроси, он сможет достать. Ты ж с ним контачишь?

Я молча кивнула, заодно подумав, что встретиться можно, уже имея на руках патент, чтобы беседовать, как равные партнеры (а не как попрошайка!), ну а потом подняла главный вопрос:

— Сроки ребята. Меня волнуют сроки. Как долго эти артефакты будут работать без подзарядки? А ещё важно понять кубатуру и мощность воздействия. Сколько кристаллов надо зарядить рунами, чтобы эффект был стопроцентным? На площади, ну, допустим, как минимум двадцать квадратов — размеры обычной комнаты. Один заряженный кристалл — явно мало. Но сотня много. Пять может быть недостаточно, а дюжина — уже перебор. Нужно знать четкое осознанное количество.

— Мне нужны сутки на проверку всего этого, — деловито заявил Фрунфель. — Будет, конечно, навскидку, но в целом ясно.

— Договорились, — кивнула я, радуясь, что у меня под боком есть настолько грамотные специалисты. — Завтра надо будет где-то достать все виды камней, чтобы сделать пробники для патентной палаты. И край послезавтра подать документы на патент. Тянуть с таким нельзя.

И Юли, и Фрунфель согласились, что действовать необходимо оперативно, после чего мы, довольные друг другом и плодотворным вечером, разошлись по кроватям, и не знаю, как они, а я с наслаждением растянулась на мягкой постельке и уснула практически мгновенно.

Утро нового дня удивило пасмурным небом и легкой моросью, но прохладу это с собой не несло — на улице стояла духота и дождь лишь добавлял влаги, но не облегчения. Тем не менее разлеживаться я не стала и, бодро подскочив с кровати и размявшись, первым делом умылась-оделась, причем в удобные брючки и простенькую рубашку, затем спустилась на завтрак и после него, вооружившись стремянкой и горстью крупных качественных кристаллов кварца, отправилась украшать свою вывеску. В этом мире ещё не знали о том, что вывески можно делать с подсветкой (особенно неоновыми лентами!), но у меня было своё видение реальности, а ещё невероятно разнообразный опыт прошлых жизней, так что сейчас я старательно украшала вывеску заряженным искрами кварцем, причем изо всех сил стараясь не переборщить.

И на мой взгляд вышло прекрасно!

Днём это совершенно не бросалось в глаза, ведь и так было светло, но стоит только на город опуститься сумеркам, как вывеска моментально замерцает в ночи, привлекая к себе внимание!

Я уже заканчивала, когда за моей спиной раздалось робкое покашливание, а когда обернулась прямо на стремянке, то увидела знакомого парнишку. М-м… Питер, да?

Сегодня он снова был в костюмчике, но без зонтика, так что плечи уже намокли, как и волосы. И пускай дождь был не сильным, для себя я отметила, что он явно не первый час ходит по улицам — успел вымокнуть.

— Доброе утро, мисс, — произнёс он, дико волнуясь. — А это ваша лавка, да? Вы уже открылись?

— Доброе утро, Питер, — улыбнулась ему и слезла со стремянки, чтобы общаться на равных. — Да, моя. Нет, ещё не открылись. Если всё сложится удачно, то откроемся в воскресенье. А ты тут какими судьбами? Прогуливаешься или по делу?

— Я… — он нервно облизнул губы, глубоко вдохнул и только потом выпалил: — Работу ищу!

— О… — моя улыбка стала шире, а глаза сверкнули восторгом, но потом я постаралась взять себя в руки и деловито уточнила: — А со старой что?

— Всё… — парень поморщился, — неоднозначно.

Глянул на меня чуть исподлобья, помялся и неохотно произнес:

— Я бы не хотел обсуждать и говорить дурное, но… В общем, мы не сработались.

— Понимаю, — покивала, мысленно радуясь тому, какой Питер порядочный. Ведь мог бы и гадостей про придурка Фьючера наговорить, но не стал. — Идем, покажу тебе всё.

Так как центральные двери в лавку были ещё закрыты, чтобы не вводить людей в заблуждение (табличку ещё надо, что «закрыто»!), я подхватила стремянку (и Питер моментально вызвался помочь!), и мы вместе вернулись в дом. Там я махнула рукой, чтобы парень прислонил стремянку к стене, и провела его в торговый зал через боковую дверь.

— Вот тут у нас будет выставлен товар. В тех комнатах: мастерская и склад. Помимо них есть центральная мастерская прямо в доме, в цоколе. Там у меня сейчас трудятся два артефактора. Если останешься, познакомлю. График работы: три через три, с десяти утра до семи вечера с обеденным перерывом. Кормить будут прямо в доме, у меня своя кухарка. Санузел в доме на первом этаже. Оплата: пятьдесят песо в месяц плюс процент от выручки.

— Пятьдесят песо? — глаза парня резко расширились. — Это только оклад?

— Мало? — уточнила с сомнением.

— Нет-нет! — торопливо выпалил он. — Это очень… очень хорошая сумма! Я согласен! Только…

Он нервно облизнул губы и посмотрел на меня виновато.

— Я в артефактах совершенно не разбираюсь. И не одарен. Ни крупицы. Это важно?

— Если есть желание обучаться и работать, то нет, — произнесла спокойно. — Первое время будем работать в паре и я тебя всему постепенно научу. Но если увижу, что не справляешься, то…

Я развела руками и качнула головой.

— Я справлюсь! — выпалил Питер. — Я со всем справлюсь!

И столько решимости было в его глазах, что я подумала и поинтересовалась:

— Питер, а расскажи о себе. Семья есть? Где живёшь? Есть хотя бы базовое образование?

— Я… — парень резко кивнул, — да! Конечно. Мы с семьей живём на Липовой улице, что на юго-западе. Отец у меня трудится в школе учителем… — он вдруг странно замялся на пару секунд, но потом почти спокойно произнёс: — И две сестры-близняшки. Лика и Мила. Им уже по восемь. Мы все вместе живём.

— А мама?

— Мама… — он отвел взгляд в сторону, — умерла. В том году.

— О… прости, — пробормотала, но потом быстро переключилась: — Что ж, давай обсудим твою стажировку! Ты сейчас совсем безработный или надо ещё отработать какое-то время на старом месте?

— Не надо! — выпалил Питер и даже покраснел, когда понял, как странно это прозвучало. Слишком торопливо и может даже с испуганным облегчением.

Уголки моих губ дрогнули, но я сумела промолчать, лишь деловито кивнув.

— Хорошо. Давай так. Подходи завтра ближе к одиннадцати, будешь помогать раскладывать товар в лавке. Заодно начну учить тебя разбираться в ассортименте. Сам напишешь себе персональную методичку. Так что прихвати с собой тетрадь с писчими принадлежностями, информации будет много. Хорошо?