Юрий Иванов Коренной луганчанин в первом поколении. Родился и умудрился прожить в трёх городах и четырёх странах, не сходя с места. Учился, учил, работал на протяжении двух веков и двух тысячелетий. Вся жизнь связана с книгой – раскрашивал, читал, редактировал, печатал, продавал, вёл семинары и мастер-классы… Из достижений: «Золотой Роскон» (2015, 2018), премия им. Александра Ройфе (2019), «Интерпресскон» (2013, 2014), плакетка «Еврокон» (2013) – как книгопечатнику, «Серебряный клинок» журнала фантастики «Меридиан» (Ганновер, 2014) и «Время читать» издательства «Четыре» (Санкт-Петербург, 2025) – как критику. В свободное время пробует читать и писать.
«Все великие стены ведут из Китая…» Все великие стены ведут из Китая. Ты не знал? Так вот знай. С этим знаньем живи. А за стенкою чудище обло и лаяй, Ну, а мы потеряем рифму к слову «любви». Кровь, морковь, родендровь и помятая бровь, Соскользнувшая наземь цитата из сна, А ушицей – блесна, табуретом сосна — Вся природная наша любовь. 12 * * * Вот и солнце, мартовские иды И в колодцах талая вода, Умер Лондон. Кто ты, Мартин Иден? Болен, мёртв? Нет. Или всё же да? Марки клеил Твен, язык стирая, Сэлинджер засеял поле ржи, И ключом натягивал спирали Бёрджес, оттолкнувшийся от лжи. Финансировал титана стоик, И, переиграв обилье тем, То ли гений, то ли параноик, Зарядил ружьё великий Хэм. * * * Путь от искренности до истины, Объективные ощущения, Витаминная веснозависимость, Аллергия на окружение. Не спастись травой от отчаянья, Снохождения-сноговорения, Ждать смиренно поста окончания И смирительно – обострения. Ну, а дальше всё будет тезисно. Снисходительно и упро́щенно, Неуверенно, неувесисто, На балконе рассадою взрощено. Хоть бы раз рассказать расширенно, Но опять, опять обезжиренно. Я всё больше пишу неумело вам: Очи чёрные, спина белая… * * * Март-апрель намаялись, Хочется мясного, И в траву уткнуться, Отдышаться снова Не в порыве бодрости, не в фантомной благости, Не в угаре-горести, А в рандомной радости. * * * Летний юнец юнонорождённый, Плачет навзрыд. Разве это любовь? После поймёшь, как оружно и конно Раны терпеть, а пока тебе в новь Эти страдания юного ветра. Лето парило, пылало, тепло Шашечным шагом, по сантиметру В форточки окон с дождём натекло. * * * Сказать бы спасибо Юлию (Юлий повсюду был прав), Курить воскурения в курии, Зло покуривая в рукав, Утренним разухабенным Зноем опохмелясь Или плодово-ягодным Плотно оплодотворясь, Выйти на улицу в полдень, Дверь оттолкнуть спиной И перехваченным горлом Отхаркивать лета зной. * * * Словосцепщик идёт путями, Всё путём, и, если прислушаться, стук пласстмассов, как дни за днями, гулк и выпукл, как спелая груша. Поезда потащат детишек От морей, песка и ракушек В мир пеналов, тетрадок, книжек И подросших друзей-подружек. * * * Микрофоновые речи Поутру звенят призывно, Тополиновые свечи Плачут жёлтым стеарином. По линейке на аллее Кто на старт, а кто на финиш, Построенье постройнее Почему не получилось? Почему играют песни, Рвутся флаги в поднебесье? Почему пацан потеет С первоклассницей на шее? Потому что снова в школу Отправляется оболтус, Потому что по приколу, Потому что гладиолус. * * * Звенящий месяц, синева и золото, Шуршит листвою по сухой брусчатке, А солнце без мороза – тоже здорово! Останется пускай в сухом остатке. Трудись, трудись – хоть чучелом, хоть тушкой, Живи от пятницы до воскресенья. Посмотришь утром на просвет чекушку И думаешь: «А вдруг она последняя?» * * * Брь, брь, брь. Обрыдло. Надоело. Мерзок месяц, депрессивен – бррр! С каждым днём промозгло и темнело. Небыль? Скажешь, не был? Но я был. Был и видел, как бы в настоящем Всё могло бы по-другому быть, И ледок на лужице хрустящий Барабанным каблучком разбить. * * * Двенадцато-десятый месяц. Когда ни глянь – темным-темно. Да будет свет? Не будет света! Забудь. Свет был давным-давно! К утру всё чёрно-бело-блёкло, Метель свивает фуэте, А вечером легли на стёкла Фривольные фриволите. * * * Январь опять со старого начнётся, С тринадцатого вроде, полутрезвый Вахтёр на вахте вяло улыбнётся, Такой же, как и ты, синющ-болезный. Январь опять на старое потянет, На заработать, значит – на работу. Держать карман пустым, а тело вялым, О важной чепухе болтая с ботом. Так, досидев, изображая жертву, Земную жизнь пройдя до половины, Придёшь домой, откроешь в кухне дверцу, А там лишь свет, тоска и лёд пустыни. |
