Вот она, самая ценная награда, которую когда-либо получал в своей жизни, и я не отдам её никому.

Глава 20

Мизини и Лионелия терпеливо ждали завершения Теневого крестового похода, чтобы наконец родить от меня детей, а Элариэна, решившая остаться с нашей семьёй, всё чаще с горящими глазами рассказывала о том, какими очаровательными бывают малыши у тёмных эльфов.

То же самое касалось Тиссин и Нессы: они твёрдо решили обосноваться здесь и стать полноправной частью нашей огромной семьи. Даже суровая гномка Ярлин в последнее время донельзя ко мне привязалась и всерьёз подумывала о том, чтобы остепениться и завести собственных маленьких крепышей.

А уж если говорить о Хейли… Моя застенчивая и милая девочка сегодня недвусмысленно намекнула, что свадьбу нужно сыграть как можно скорее, потому что она хочет начать рожать от меня прямо сейчас без перерывов на обед. Правда, успела предупредить: саму церемонию она хочет тихую, по традициям Последней Твердыни Гурзана, а вот отпраздновать потом — в Вольном, со всей семьёй. Я был только за.

Мысленно присвистнул. Едва сложил с себя обязанности судьи, а дел только прибавилось. Следующий год, который я собирался посвятить семье, обещал стать куда более напряжённой кампанией, чем я предполагал. И всё же, чёрт возьми, я с нетерпением ждал этого отпуска.

Хотя список дел на этот «отпуск» рос быстрее, чем стены нашего города. Свадьбы, дети, стройка… Добавим сюда ещё и великанов: пора наконец помириться с Даром Титана и уладить вопрос с Ивальдой. Совет Покровителей, судя по слухам, ворчал всё громче, и хотя Таргол был на нашей стороне, Игритт и её сторонники раздували любую обиду до размеров горы.

Да и чисто личного хватало. Шестидесятый уровень открывал выбор второго класса и целую ветку подклассов — Система не уставала подкидывать задачки. Я уже взял шестидесятый, а добрая половина наших ветеранов вот-вот должна была до него добраться, так что советоваться и выбирать предстояло сообща. Многие, не сомневался, выберут мирные профессии — и будут правы: кто-то же должен строить тот самый мир, за который мы воевали.

Я опустил Зару на землю и обнял за плечи. Праздник продолжался.

Вдруг шум вокруг нас стих: женщины перестали смеяться и переговариваться и расступились. Сквозь толпу к нам грациозно шла Селисия Сильварин. Принцесса сияла от радости, но при этом заметно смущалась и выглядела пугающе решительной.

— Поздравляю с победой, судья, — произнесла она официальным тоном и сделала безупречный реверанс. Улыбнувшись моим спутницам, снова посмотрела на меня. — Как проводите время?

Я вопросительно взглянул на своих жён и спутниц. Все они как по команде одобрительно закивали.

— Просто отлично! — звонко выкрикнула Белла, блеснув глазами. Остальные дружно рассмеялись, поддерживая её.

Усмехнулся, глядя на принцессу.

— Артём, мы можем сейчас поговорить? Не отвлекаю?

— Нет, самое время немного прогуляться, — согласился я, делая шаг навстречу.

Селисия выглядела довольной, но всё равно заметно нервничала.

— Спасибо. — Она то сцепляла, то разжимала тонкие пальцы, словно собиралась с духом перед решающей битвой. Обычно спокойная и по-королевски величественная, сейчас она была на удивление очаровательна в своём смущении.

Я галантно поклонился и, предложив ей локоть, повёл подальше от шумной толпы. Селисия послушно взяла меня под руку, и мы неспешным шагом направились к реке, по которой проходила граница с Вольными Землями. Вечерний воздух пах цветущими травами, от воды тянуло прохладой.

Поначалу между нами висела неловкая тишина. Принцесса рассеянно отвечала на мои попытки завязать светскую беседу, то и дело прикусывая нижнюю губу и глядя на солнечные блики на воде.

Наконец я остановился и повернулся к ней.

— Ладно, Ваше Высочество, о чём ты так хотела поговорить?

Принцесса мгновенно преобразилась. Она выпрямила спину и заговорила с привычной дипломатической сдержанностью.

— Губернатор Вольных Земель Артём Крылов! Мой отец, король Харалдара Дирик Сильварин, согласился вновь предложить вам все обещанные ранее почести, чтобы положить конец разладу между Харалдаром и Вольными Землями. Без каких-либо дополнительных обязательств с вашей стороны. Вы станете Героем Харалдара, которого будут чествовать по всему королевству. В Харальде воздвигнут памятник в честь вашей великой победы, а день, когда вы привлекли к ответственности Малина Медобрука, станет официальным государственным праздником. Вас также нарекут почётным Рыцарем Короны. Отныне вы желанный гость в любой точке королевства, и в вашу честь будут устраивать роскошные пиры.

Я слушал её, сохраняя на лице непроницаемую маску. Неужели Дирик сам решил протянуть руку примирения? Но унижаться он не собирался — прислал посла. А за пустыми почестями и громкими словами не стояло ничего материально ценного. Неужели этот хитрый лис действительно рассчитывал, что пара золотых медалек и статуя в центре столицы что-то изменят после того, как он пытался нас кинуть?

Селисия ясно прочла по моим глазам, как мало меня впечатлили обещанные почести, но, к моему удивлению, не отступила, хотя разволновалась ещё сильнее.

— Он также уполномочил меня вести торговые переговоры от его имени и готов пойти на крайне щедрые уступки, — поспешно добавила она. — Более того, корона официально признает гражданство Вольных Земель. Их граждане получат право на свободный и безопасный проезд по всему Харалдару наравне с его подданными. Прежде из чужеземцев такое право имели только эльфы Элайвара.

Что ж, это уже звучало лучше. Свободный проезд и торговля — реальная выгода для экономики, но после того, как король водил нас за нос, даже этого казалось недостаточно. Моя внутренняя жаба всё ещё требовала более весомой компенсации за потраченные нервы.

Я продолжал молчать, и тут, столкнувшись с моим тяжёлым взглядом, Селисия вдруг улыбнулась широко и счастливо, хотя её пальцы всё ещё нервно комкали край роскошного платья.

— Но самое главное… — Она сделала глубокий вдох. — Он… он предлагает тебе руку своей дочери! — выпалила принцесса.

Я невольно распахнул глаза. Система не выдала никакого уведомления, но мир вокруг на секунду словно замер.

Принцесса улыбнулась мне, и у меня перехватило дыхание.

— Что может быть лучше для того, чтобы навсегда связать наши земли? — мягко спросила она, подходя ко мне вплотную. Её огромные глаза блестели от слёз радости. — Мы наконец-то сможем быть вместе, как мы оба мечтали.

Новость настолько меня ошеломила, что несколько секунд я стоял, не в силах вымолвить ни слова. Улыбка Селисии дрогнула: моё молчание явно её встревожило. Но затем меня прорвало. Громко, от души рассмеявшись, шагнул вперёд и без усилий подхватил её на руки.

— Ах ты маленькая интриганка! Это ты всё подстроила⁈ — с искренним изумлением спросил я, глядя ей в лицо.

Селисия робко кивнула, прикусив губу.

— Честно говоря, Артём, это оказалось проще, чем я ожидала. Отец твёрдо убеждён, что ты и так уже безвозвратно запятнал мою репутацию. К тому же, несмотря на свою гордость и упрямство, он прежде всего политик и отлично понимает: ты теперь сила, с которой нужно считаться. Харалдар просто не может позволить себе открытую вражду с таким соседом.

Селисия помрачнела.

— Кроме того, к всеобщему удивлению, он завёл себе наложницу и уже публично объявил, что она скоро родит ему ребёнка.

Я удивлённо моргнул.

— Это кажется… крайне нехарактерным для него, — осторожно заметил я, опуская принцессу на землю, но не выпуская из объятий.

— Да, я тоже так считаю, — с горечью произнесла Селисия. — Подозреваю, что он намерен официально лишить меня наследства, если родится мальчик, а может, даже если родится девочка. — Она отвела взгляд в сторону тёмной реки. — Наши с ним отношения… Они окончательно испортились за последние несколько месяцев.

Всё началось, когда Дирик узнал о её участии в Теневом крестовом походе и особенно — о нашей близости. Ну вот, ещё одной невероятной женщине я принёс массу неприятностей из-за своей затяжной войны против Малина Медобрука!