— Я могу попытаться помочь, — сказал я. — Если станция сбоит, покажите её. Возможно, проблема такая же простая, как с опреснителем.

Радан посмотрел на старосту, который стоял чуть дальше и говорил с другим жителем деревни, а потом и вовсе ушёл.

— Мысль хорошая, но станция — не водный камень. Она у нас одна, и староста решает, кого к ней подпускать.

— Значит, поговорим со старостой.

Седобородый кивнул, и мы пошли к дому старосты. Дом стоял ближе к центру деревни, под скальным навесом. Я ожидал чего-нибудь побольше, но здание оказалось низким, почти прижатым к скале. Над широкой дверью лежала толстая балка. По обе стороны входа висели старые металлические щиты. Я задержал на них взгляд. Слишком уж хорошо обработан металл для обычного украшения. Похоже, когда-то эти куски принадлежали чему-то древнему.

Внутри было тепло. Пахло дымом, шерстью и сухими травами. Староста сначала выслушал Радана, потом меня. Не перебивал, только лицо постепенно становилось всё мрачнее.

— Нет, — сказал он наконец.

Я даже не сразу нашёл, что ответить. Конечно, я не ждал согласия, но отказ прозвучал слишком быстро и окончательно.

— Вы даже не хотите, чтобы я посмотрел?

— Не хочу. Зарядная станция — самое ценное, что у нас есть. Без неё исчезнут вода, свет, сушильни и часть мастерских. Ты чужак. Сегодня ты починил очиститель, за это спасибо, но подпустить чужака к сердцу деревни я не могу.

— Я не собираюсь её разбирать. Просто посмотрю.

Староста хмыкнул.

— Вы, инженеры, всегда начинаете с «просто посмотрю».

— А потом?

— Потом вам обязательно нужно открыть крышку.

Я невольно усмехнулся.

— Хорошо. Крышку тоже не трону. Посмотрю снаружи, и скажу, что вижу.

Он покачал головой.

— И что мне даст твой ответ?

— Может, хотя бы станет понятно, сколько ей осталось.

Староста посмотрел на меня исподлобья.

— Она заряжает кристаллы. Нам, пока этого достаточно.

Я хотел возразить, но он уже отвернулся к Радану.

— Очиститель — одно. Станция — другое. Пока она работает, никто чужой к ней не полезет.

На этом разговор закончился, и мы вышли наружу. Я шёл медленно, пытаясь удержать лицо спокойным, хотя внутри уже разгонялась мысль, которую остановить было трудно. Зарядная станция. Рабочая, пусть и сбоившая. Механизм, который мог зарядить кристалл. Возможно, даже тот самый основной кристалл дирижабля, если я сумею притащить его сюда. Или хотя бы понять принцип, чтобы потом собрать что-то похожее.

— Не надо так смотреть, — тихо сказала Кристина.

— Как?

— Будто ты уже прикидываешь, где у них слабое место в охране.

Я не успел ответить, как со стороны одной из построек раздались крики, и через площадь почти бегом проскочил мужчина в рабочей куртке. В руках он держал какой-то металлический ключ. Чуть не споткнулся у ступеней, влетел в дом старосты и исчез внутри. Радан остановился.

— Вот это уже плохо.

— Почему?

— Он отвечает за станцию.

Прошло минут пять, может, меньше. Я успел только обменяться взглядом с Кристиной и Аркадием, когда дверь дома распахнулась и наружу выскочил староста. Лицо у него уже не было спокойным. Он увидел Радана, потом меня, и на мгновение в его глазах мелькнуло раздражение человека, которому судьба только что грубо напомнила о недавнем разговоре.

— Накаркали, — сказал он.

— Станция сломалась? — спросил Радан.

— Встала окончательно, — кивнул староста. — Кристалл не берёт заряд, контур греется, и запах странный пошёл.

Я не стал скрывать интерес.

— Я всё ещё готов помочь.

Староста ещё пару секунд смотрел на меня, потом раздражённо махнул рукой.

— Пошли.

— Уже можно?

— Не радуйся. Просто выбора нет.

Он развернулся к дому.

— И если сделаешь хуже, разговор будет другой.

— Если сделаю хуже, нам всем будет не до разговоров.

Староста оглянулся. Судя по лицу, шутку он не оценил. Станция находилась в отдельной каменной постройке, наполовину врезанной в скалу. Внутри было прохладно и сухо. Пол выложен плитами, стены усилены металлическими полосами, в потолке виднелись вентиляционные щели. Посреди помещения стояла сама установка. В конструкции чувствовалась та самая древняя логика, от которой у меня начинали чесаться руки. Основание из тёмного металла, три вертикальные стойки, кольцевой держатель для кристалла в центре. Вокруг — дуги из разных сплавов, тонкие линии каналов, вставки из Сигнума, Ноэра, Кинета и ещё пары материалов, названия которых интерфейс пока не спешил выдавать. Над центральным гнездом висела линза или накопительная рамка — мутная, с трещинкой по краю. Внизу тускло горел управляющий кристалл.

Интерфейс вспыхнул сразу.

[Обнаружен модуль эфирной зарядки.]

[Тип: стационарная зарядная станция малой мощности.]

[Состояние: аварийное отключение.]

[Доступный функционал интерфейса расширен.]

[Текущий доступный функционал: 8,5%.]

Я задержал взгляд на последней цифре. Интерфейс, правда, на этом не закончил.

[Нестабильность контактных групп.]

[Окисление проводящих узлов.]

[Нарушение проводимости в контуре накопления.]

[Риск перегрева управляющего блока.]

[Рекомендуется отключение питания и очистка контактных соединений.]

— А вот это уже интереснее.

Аркадий подошёл сбоку и заглянул через плечо.

— Что там?

— Ничего хорошего.

Он перевёл взгляд на установку.

— Это действительно зарядная станция?

— Похоже на то.

Я присел возле корпуса и посмотрел на ближайшую панель.

— И кто-то очень давно сюда не лазил.

Староста нахмурился.

— Говори понятнее.

Я ещё раз посмотрел на подсвеченные интерфейсом узлы.

— Вот здесь плохой контакт.

Показал на боковую часть станции.

— И ещё здесь. Из-за этого металл греется сильнее, чем должен.

— Это опасно?

— Пока просто плохо. Если продолжать гонять станцию в таком состоянии, станет опасно.

Староста перестал хмуриться и посмотрел внимательнее.

— Починить сможешь?

— Не знаю. Сначала надо получше посмотреть.

Я подошёл к установке, но почти сразу остановился.

— Как вы её выключаете?

Работник станции показал куда-то вниз.

— Там.

— Где именно?

Он присел возле основания и провёл рукой по металлу. Под пальцами обнаружилась небольшая пластина, почти не отличавшаяся от остальных.

— Вот.

Я посмотрел на интерфейс. Питание всё ещё шло.

— Нажимай.

Работник послушался. Свечение в нижней части корпуса стало слабее, несколько раз мигнуло и исчезло. Интерфейс тоже изменился. Я подождал.

— Всё?

Мужчина кивнул.

— Обычно да.

Пришлось подождать ещё немного. Никакой нагрузки интерфейс больше не показывал.

— Ладно. Теперь кристалл.

Работник взялся за держатель.

— Не спеши. Если что-то щёлкнет, дёрнется или засветится — руки убирай.

Он посмотрел на меня не слишком уверенно.

— Раньше такого не было.

— А сегодня у вас вообще многое впервые. Давай.

Работать пришлось быстро, но аккуратно. Кристина встала рядом и подавала инструменты. Аркадий держал свет и по моей просьбе зарисовывал порядок некоторых соединений. Староста и Радан стояли у стены, молча наблюдая. Работник станции нервно переминался с ноги на ногу, но после пары моих взглядов перестал пытаться подсказывать.

Я открыл первую панель. Внутри всё выглядело одновременно сложнее и проще, чем ожидалось. Сплавов и линий было много, но интерфейс честно подсвечивал проблемные места красным. Вот контактная группа, где крепление ослабло. Вот зелёный налёт на пластине, похожей на Сигнум. Вот потемневшая дорожка, где металл грелся. Вот тонкая вставка, сместившаяся на пару миллиметров, но для древнего механизма этого хватило, чтобы начать сходить с ума.

Я отключал соединения по одному. Сначала помечал, потом ослаблял крепление, вытаскивал пластину, зачищал край тонким ножом или грубой тканью, убирал налёт и возвращал деталь обратно. Каждый раз запоминал форму, материал, расположение. Сигнум нужен для передачи сигнала. Кинет работал на подстройку движения эфира в контуре. Ноэр действовал в управляющей связке. Тонкие серебристые вставки стабилизировали накопление. Возможно, это был тот самый материал, который я уже встречал в дирижабле.