Мой голос прозвучал максимально спокойно, словно я был оскорблён недоверием, но понимал его мотивы. Патрик несколько мгновений смотрел на меня, потом медленно улыбнулся.

— В принципе да, вы можете быть свободны.

Настоящий Александр резко повернулся к нему.

— Что значит — свободен⁈

Барон даже не посмотрел в его сторону.

— Благодарю вас, господин Грант. Можете возвращаться к себе. Если вам что-то потребуется, сообщите через моих людей. И я попрошу вас… постарайтесь пока далеко не удаляться. Город всё ещё находится на особом положении. Покидать его, разумеется, тоже не следует.

— Я вас услышал.

Я поднялся, поклонился барону. Затем спокойно развернулся и вышел из кабинета. Только в коридоре, когда дверь закрылась за спиной, я позволил себе вдохнуть чуть глубже.

Стражники снова заняли места позади, а посыльный повёл меня обратно. Я шёл по коридору резиденции и прекрасно понимал: барон когда-нибудь выяснит правду, и до тех пор я скорее пленник, чем гость, а значит, времени у нас стало ещё меньше.

Интерлюдия.

Дверь за человеком, выступавшим под именем Александра Гранта, закрылась, и кабинет на несколько секунд погрузился в тишину.

Настоящий Александр стоял посреди комнаты, грязный, уставший и злой. Белла находилась рядом с ним и молчала, но смотрела на барона так, будто уже начала складывать в голове отдельные куски происходящего. За их спинами стояли двое стражников. Неподвижные, молчаливые, но от этого не менее опасные.

Барон Патрик Стоун не торопился говорить. Он смотрел на закрытую дверь, потом в боковой стене тихо щёлкнул скрытый механизм. Узкая панель между шкафом и каменной кладкой сдвинулась, открывая потайной проход. Из темноты кабинета вышел человек в капюшоне. Патрик повернулся к нему.

— Что думаешь?

Неизвестный остановился у стола.

— Пока не уверен.

— Вот и я сомневаюсь.

— Ситуация странная, — сухо произнёс человек в капюшоне. — Тот, кто только что вышел, держался вполне уверенно. Говорил спокойно, для самозванца даже слишком спокойно.

Александр резко шагнул вперёд, но стражник за его спиной тут же положил ладонь на рукоять клинка. Гранту пришлось остановиться.

— Потому что он наглый вор! — процедил Александр.

Человек в капюшоне даже не повернул головы.

— И ваша реакция вполне закономерна, господин Грант, или кто вы там. Вы злы, оскорблены и уверены в своей правоте. Не похоже, что вы врёте.

Барон медленно кивнул.

— Но шанс такой остаётся.

— Шанс есть практически всегда.

Патрик посмотрел на Александра и Беллу.

— И что будем делать с этими?

Белла чуть приподняла подбородок.

— С этими?

— С вами, госпожа, — холодно уточнил барон.

Человек в капюшоне поднял руку, останавливая возможный спор.

— Нет гарантии, что они самозванцы.

— Вот и я о том же думаю, — сказал Патрик.

— Но это не самое страшное.

Барон нахмурился.

— А что тогда?

Человек в капюшоне медленно повернулся к нему.

— Самое неприятное в другом. Если человек, участвующий в нашем турнире, не является Александром Грантом, тогда вопрос: кто он такой и откуда вообще здесь появился?

Белла побледнела, но промолчала. Александр сжал кулаки.

— Во время нашего столкновения я видел, как он использовал магические способности, — сказал он. — Он убил нескольких моих людей голыми руками. Их доспехи буквально расплавились.

Барон замер, а человек в капюшоне впервые повернулся к Александру полностью.

— Повтори.

— Он прикоснулся к ним, — жёстко сказал Грант. — И металл начал плавиться. Люди кричали. Потом этот тип сбежал, прихватив наши документы и приглашение.

— Ты уверен, что видел именно магию?

— Я был достаточно близко, чтобы видеть.

Барон медленно опустился в кресло.

— Магия?

— Или что-то, очень на неё похожее, — произнёс человек в капюшоне. — Если это правда, тогда у меня не так много вариантов, откуда взялся этот человек и что он вообще здесь делает.

— Я даже боюсь спрашивать, что это за варианты, — поёжился Стоун.

— И правильно делаешь, — ухмыльнулся неизвестный, — потому что ни один из них не сулит нам ничего хорошего.

Патрик нахмурился.

— И что же будем делать с этим?

— Давить на него сейчас нельзя. Если он обычный самозванец, то рано или поздно ошибётся. Если он не обычный — тем более нельзя заставлять его действовать вслепую.

Барон посмотрел на Александра.

— А с настоящими Грантами?

— Мы ещё не уверены, что они настоящие. Потому отправь одного человека на родину Александра Гранта. Пусть привезёт свидетеля, который точно сможет указать, кто из них реальный. Родственника, старого слугу, поверенного, кого угодно. До этого момента мы не делаем окончательных выводов.

— А что будет с нами всё это время? — спросила Белла.

Человек в капюшоне повернулся к ней.

— А вы, господа, будете находиться у нас в гостях.

— В гостях? — Александр коротко усмехнулся.

— Без возможности покинуть это место, — спокойно уточнил неизвестный.

Белла посмотрела на барона.

— То есть под стражей.

Патрик развёл руками.

— Город на особом положении. Ситуация сложная. Ваша безопасность для нас важна.

— Какая трогательная забота, — сказал Александр.

Один из стражников шагнул ближе, заметив лишнее движение. Белла слегка коснулась руки брата, и тот замолчал. Барон снова повернулся к человеку в капюшоне.

— Я уже направил стражников наблюдать за домом Александра.

— Правильно сделал, — кивнул неизвестный. — Но пусть держатся на расстоянии. Не мешают ему действовать.

— Даже если он начнёт что-то готовить?

— Особенно если начнёт. Мне нужно понять, что он умеет и как думает. Вмешиваться только если попытается покинуть город.

Барон медленно кивнул, а человек в капюшоне продолжил:

— Сейчас у нас две проблемы, Патрик. Древние конструкты за стенами и неизвестный человек внутри города. Ошибка в любой из них может стоить нам слишком дорого.

— А если эти две проблемы связаны?

Неизвестный некоторое время молчал, но всё-таки ответил:

— А вот это пугает даже меня.

Глава 2

За территорию резиденции меня вывели почти торжественно. Посыльный шёл впереди, стражники держались сзади, коридоры сменялись лестницами, потом боковым проходом, затем внутренним двором и, наконец, воротами. Уже там сопровождение остановилось. Один из стражников коротко кивнул, посыльный вежливо поклонился, и мне как будто вернули свободу.

— Благодарю за сопровождение, — сказал я.

— Барон заботится о безопасности гостей, — ответил посыльный.

— Это очень заметно.

Он сделал вид, что не услышал ничего лишнего. Или действительно не услышал. В любом случае спорить со мной не стал. Стражники тоже молчали. Стояли расслабленно, спокойно, с полным пониманием того, что их задача на этом участке закончилась, а вот чья-то другая только начиналась.

Я вышел на улицу и не стал сразу поворачивать к дому. Медленно поправил рукав, бросил взгляд на прохожих, оценил ближайшие крыши, окна, тени у стен. Никаких очевидных хвостов видно не было. Что, конечно, значило только одно: хвосты были не совсем идиотами. Барон меня отпустил, но наблюдать за мной всё равно будут. Вопрос только в том, насколько близко и нагло.

Я сделал вид, что просто решил прогуляться после неприятного разговора. Пошёл вдоль широкой улицы, потом свернул к торговому ряду, прошёл мимо закрытой лавки с вывеской мастера по кристаллам и вышел к небольшой площади.

Место подходило практически идеально. Не слишком пустое, чтобы моё появление бросалось в глаза, и не слишком людное, чтобы каждый толчок превращался в проблему. Несколько торговцев всё ещё держали прилавки открытыми, у фонтана спорили двое мужчин, возле дома напротив стояла женщина с корзиной, дальше прошла группа стражников. Город находился почти на военном положении, но жизнь полностью остановить было невозможно.