В-третьих, на одной из улиц в три часа дня субботы был замечен огромный дикий олень! Жители Старого Сада, не привыкшие к такому, были шокированы до глубины души и жутко напуганы. Сотрудник экстренной службы в комментарии изданию отметил, что олень не такой уж и дикий, в отличие от старосадовцев, раз знает, что ходить нужно по тротуару, а не проезжей части.

— Если у них не повысились продажи в эти дни с такой новостной лентой, то старосадовцев уже ничто не спасет!

Ведь в других газетах были только интриги, скандалы и расследования! Моухла через прикормленные администрацией издания вываливал всю грязь на элиток Старого Сада. А грязи так было — мама не горюй! Я даже немножко зауважала Моухла — постарался он на славу, чтоб такого насобирать. Чего там только не было: и измены, и запрещенные ритуалы, и внебрачные дети, и брошенные жены и любовницы, и несчастный случай с тридцатью ножевыми… За годы и годы поднакопилось там на целую библиотеку детективных романов из цикла «Не пойман, не вор»! Конечно, на них же он и сваливал буквально все беды.

Конечно, у богатых семей и у самих были прикормленные издательства и навыки подачи информации более отточенные — так что Моухла тоже терял лицо даже не с каждым днем — а с каждым часом! — все больше и больше. В итоге найти хоть кого-то в нашей верхушке, чей портрет еще не оплевали, было категорически невозможно.

Параллельно с этим на границе сошлись стенка на стенку орховцы и колдуны. Точнее, еще не сошлись, но явно очень этого желали. Ждали только, кто первый начнет, чтоб не брать на себя ответственность за нападение.

А между тем над всеми нами, пусть большинство об этом и не знало висело некое древнее проклятие… Мы с Махошем по итогу сошлись на том, что это скорее всего некое проклятие, что наслал на Ведьмин Лес Старый Сад. А потом Ведьмин Лес, в отместку, распространил его и на Старый Сад. Как убрать его, судя по всему, никто не знал, а оно начало расти. И теперь целые миры кормили колдовство, что сдерживало проклятие, давая солнечным лучам хоть иногда ластить наши лица.

Но сегодня, сегодня все было удивительно спокойно! Не хотелось бы называть это затишьем перед бурей, так что пусть будет затишье после бури. Да, так звучит значительно приятнее!

Мысли бегали беспокойно от одного к другому, и то и дело возвращались к Махошу. Я все думала, думала, чего я вообще так на нем зациклилась, и не находила ответа. А он мне вообще нравится? Не поторопилась ли я объявлять себя его невестой?

За тяжкими думами, я не заметила, как наступила темнота. Голубки не заметили тоже. Вообще, солнце в Старом Саду не садилось, оно просто «выключалось». Не по щелчку, но за полторы, буквально, минуты будто затухало, погружая мир во мрак.

Стоило только опуститься ночи, как снова стало неспокойно. Будто негласно объявленное перемирие закончилось.

— Давайте пойдем домой?

Поль с Вив не стали спорить. Отлипать они друг от друга тоже не стали, и в итоге я шла чуть впереди, пока они не могли сзади наговориться. Это тоже слегка раздражало. Возможно, я завидовала. Как так у людей получается быть уверенными в своих чувствах, выстраивать шаг за шагом отношения. Не бросать все на полпути, потому что как-то поднадоело.

Не задаться вдруг вопросом: а надо ли оно мне всерьез или на самом деле я просто слегка развлеклась и теперь хочу вернуть, как было?

С каждым пройденным метром мне почему-то становилось все тревожнее и тревожнее. Я сама не понимала, чего вдруг так бегу.

— Стой! — я не обернулась, делая вид, что не услышала, но настырный мужчина снова нас окрикнул. — Стой, кому говорю! Трое, что в плащах! Покажите документы.

— Ой, вы нам? — я тут же стала рыться в карманах, — Простите, уважаемые, не сразу поняла!

Я без страха протянула ему документы. Большинство знало меня по прозвищу «ведьма из ГИУ», а с документами у меня было все в порядке. Информация в них была такой скучной и правильной, что придраться мог бы только человек, которому нечем заняться. Так что мы стояли и ждали, когда нас проверят и отпустят, лишь слегка нервничая, как нервничаю все перед проверками. К нашему проверяющему вдруг подошел мужчина с факелом в руках. Добрая половина фонарей была отключена — тоже для экономии. Ну или чтоб тревожный фон не отпускал!

— Вяжи ведьм, — заявил мужчина, даже не взглянув в наши документы.

— Мы из ГИУ! — рявкнула Вив, — Какие, к черту, ведьмы⁈

— У-уважаемые, мы правда из ГИУ.

Поль затянул Вив себе за спину, пряча от взглядов и неожиданно схватил меня мягко за локоть, тоже подтаскивая ближе к себе.

— Не ведьмы, значит?

Как назло именно в этот момент донимающий Вив зеленый огонек опять начал вокруг нее кружить.

— А это что такое? — оскалился довольно мужчина с факелом, — А, не-ведьма из ГИУ?

— Погоди-ка… — о, нет-нет-нет, — Ведьмы из ГИУ?

— Отлично! — мужчины явно были довольны, смотрели на нас зло и торжествующе, будто только этого момента и ждали, — Вы-то нам и нужны. Вяжи их!

Они совсем не выглядели неожиданно самоорганизовавшимися. Они выглядели так, будто просто ждали наступления ночи, чтобы…

— Г-господа, вы не в своем праве кого-то «вязать», — Поль пятился назад, к стене, чтобы между нами с Вив и этими людьми было сразу две преграды; отвел назад руки, закрывая нас со обеих сторон, — У в-вас нет документов компетентных органов. Вы не имеете права. Это называется уличный разбой!

— Ты, задохлик, лучше бы пошел прочь, пока не пошел под статью за соучастие с опасными преступниками.

— Какие, к черту, преступники⁈ — ошарашено выдохнула Вив, — Мы — инквизиторы! Мы и есть компетентные органы! А вы кто такие?

— Тш! — шикнул на нее Поль, — Давайте спокойно пройдем в отделение и все проверим, — предложил он. — Нам нечего скрывать и мы не бежим. Но и такого отношения без всякой причины не потерпим…

— Объявление от Тихоша Орхи, взявшего на себя обязанности временного представителя интересом Старого Сада перед лицом угрозы войны с ведьмами! — вдруг раздалось со всех сторон, будто в любой точке говорили у тебя прямо над ухом — наверное еще одна не-магия! — Синифис Моухла в принудительном порядке был снят со своей должности за предательство интересов города и работе на противника. Из достоверных источников нам стало известно, что Ведьмин Лес запустил в город своих провокаторов, чтобы создать повод для вторжения! Сейчас добровольные отряды проверяют всех подозрительных личностей. Не оказывайте сопротивления! Если выяснится, что вы невиновны, вас отпустят сразу после выяснения всех обстоятельств!

— Слышишь⁈ — рявкнул проверяющий. — Мы тут теперь компетентные органы!

— Тихош Орхи что, власть, что ли узурпировал? — я наткнулась на наливающиеся кровью глаза и замотала головой. — В смысле, освободил нас от этого Моухлы!

— Следи за словами, Ведьма из ГИУ! — заорал он на всю улицу, заставляя меня вздрогнуть и опустить пониже лицо.

— Это Ведьма из ГИУ?

— Ведьма из ГИУ?

— Что? Где?..

Специально ли мужчина говорил громко, чтоб все услышали, я не знаю, но глаза его блестели довольством от нарастающего галдежа так, будто очень даже специально!

— Но я слышал, что она вообще даже не ведьма, а мошенница…

— А я, что ее подозревают в сговоре с убийцей переселенцев! Пусть уж лучше…

— Повяжите эту дрянь!

— Она прокляла наш город!

— На площадь ее!

Сердцу булькнуло испугано и провалилось куда-то в живот. Я как сквозь вату слышала возмущение Вив и Поля, меня куда-то дернули, и я пребольно ударилась затылком и локтем о стену. Поль с Вив дергали меня за одну руку на себя, орховцы за другую — на себя. И все что-то орали. Только я тупо хлопала глазами, никак не успевая переварить происходящее.

В какой-то момент орховцы отделили меня от Поля с Вив, взяли в кольцо и куда-то повели. Я оборачивалась по сторонам, пытаясь их найти, но не находила. Мужчины будто специально порой расступались перед самыми агрессивными согражданами, чтобы я могла получить по голове или по плечам свою оплеуху, и в какой-то момент я вообще перестала понимать, куда мы идем, сжавшись и укрыв голову локтями.