Сегодня Старый Сад — это перевалочный пункт посланников в иные миры, несущих заблудшим душам свет. И наш с вами долг — держать дом в чистоте, быть примером…'
«Ведьмовство всегда было занятием падших душ. Получение знаний через кровавые ритуалы для современного человека неприемлемо. Когда-то наши предки поняли это и встали на путь исправления, начав священную войну со скверной. Заимствование сил и получение знаний через жертвоприношения, которые практикуют колдуны — путь в никуда. Недаром в Ведьмином Лесу так и не сложилось государственность. Это тупик, выбраться из которого можно только через отказ от антигуманных практик…»
* * *
— Ну что ты там хмуришься, голубушка? — противно захихикало из-под кровати, — Тоже не можешь понять, как в нескольких предложениях помещается столько незамутненного высокомерного лицемерия?
Послышался скрип маленьких колес выезжающего игрушечного велосипеда. Хозяйка клоунского средства передвижения повернула в мою сторону игрушечную голову с по-детски круглыми щечками, красным носом и огромной улыбкой. Я улыбнулась в ответ. Ощущение, что я попала в чертов ужастик, как и желание неприлично завизжать при виде говорящей куклы постепенно сходило на нет. Человек как таракан — привыкает ко всему! И за ночь в новом доме я успела немного свыкнуться с необычным соседством.
— Не мешай девке получать знания из надежных источников, Фотия, — усмехнулась еще одна моя соседка, расположившаяся вольготно прямо на моей подушке этаким сфинксом с лицом пупса.
Вместо тела у нее был часовой механизм с колесиком, из которого торчала кукольная голова и кукольные ножки с ручками. Ползающая кукла-пупс с прокуренным старушечьим голосом. Ее звали Эда, и она была самой спокойной из трех моих ночных гостий, но ничуть не менее жуткой, чем две ее подруги.
— Видишь, она листовки читает, — прохрипела Эда, — Еще немножко, и станет приличной жительницей Сада! Листовки — это же вообще лучший источник знаний по мнению наших светлоликих господ. Кто мы такие, чтобы спорить?
— Эда, а вдруг она сейчас начитается и правда поверит? — весело уточнила третья гостья, Анем, — Будет притворяться ведьмой и все поверят, будто наши дочери окончательно измельчали! Позор на наши головы, Эда!
Длинная деревянная кукла с колтуном невычесанных кудрей непонятного цвета, Анем, не испытывала, судя по голосу, больших сожалений по этому поводу.
Вместо ног ее тело заканчивалось колесом из десятка маленьких ножек, идущих из центра, и она пролетала-прокатывала через комнату мелким топотом, прекрасно понимая, кажется, какой раздражающий звук при этом издает.
— Как будто без нее позорниц не хватает, — не прониклась Эда.
— Голубушка, не будь позорницей, а то я тебя съем! — тоненько потянула Фотия, скрипнув колесами игрушечного велосипеда.
— Я постараюсь… — пообещала я.
Когда Вив привела меня в общежитие, где и сама жила, я было подумала, что домик вполне милый. Трехэтажный, балкончики с витыми оградками и клумбами, занавесочки кружевные…
Как оказалось, построен он был на кладбище убитых колдунов. Когда-то, много-много столетий назад, до того, как Старый Сад разросся, тут был Ведьмин Лес. Был он тут, пока его не выжгли вместе с обитателями. И не все души этих милых дам захотели уснуть вечным сном! Дождались, пока на месте их казни построят кукольную мастерскую и разгулялись.
Вселились в маленькие игрушечные тела и разбежались по городу пугать жителей, уже и позабывших о том, что эти земли не всегда принадлежали им. Напакостили они на вполне себе уголовку, но мертвых к ответственности не привлечешь! И все-таки почти все они со временем были выловлены и уничтожены инквизицией, но трех старух нашего общежития ни поймать, ни уничтожить так и не смогли. И в какой-то момент смирились, оставив все, как есть.
Предупредить меня перед тем, как я легла спать, никто и не подумал! Ну конечно, они-то это как должное принимают и даже в мыслях не держат, что кто-то от такого соседства и поседеть может…
— Девка, тебе на работу-то не пора ли? — уточнила Эда. — Опоздаешь, вдруг начальство отшлепает? Когда-то у одного моего знакомого инквизитора была целая коллекция разных шлеполок, которые он обожал применять по поводу и без…
— Да они сейчас так не делают, они же прили-и-ичные! — хихикнула Анем и пролетела топотом, кажется, прямо в моих мозгах, заставляя слегка скривиться.
— Я пока не опаздываю, спасибо, — мотнула я головой. — А что, правда они что-то там несут в другие миры?
— Что-то там несут, —согласилась Фотия, — да все никак донести не могут! Зато сколько выносят, ты бы знала… Хотя ты-то и так знаешь, голубушка, тебя-то с потрохами вынесли!
Я зевнула, хрустнув челюстью. Организм никак не мог поверить, что уже утро, введенный в заблуждение непрекращающейся ночью за окном. Оказывается, солнце тут искусственное, на каком-то там генераторе, и чтоб не израсходовать всю энергию слишком быстро, выкатывают его только по выходным. А сегодня только среда! Субботы я ждала, как никогда раньше.
Солнце в этом мире потухло две тысячи лет назад, но знали об этом заранее и успели, так сказать, подготовить замену. Работает оно на энергии счастья людей, которую перерабатывает в тепло. А так как жители этого мира, конечно, неизменно счастливы, солнцу пока ничего не угрожает. Но этот мир состоит из одного лишь Старого Сада да приграничных Ведьминских Лесов, а потому как бы ни были счастливы жители Старого Сада (а они, конечно, очень счастливы, о чем убежденно твердили мне наперебой всем трамваем по пути с работы, когда узнали, что я переселенка!) их было маловато для целого Солнца.
Потому Старый Сад отправляет своих агентов влияния в другие миры, чтобы тоже сделать их счастливыми. Поэтому, как мне объяснили, жители Старого Сада от природы люди особенные. Их существование напрямую зависит от счастья не только своего, но и всех вокруг, и их крест — делать всех вокруг себя счастливыми. Все народы всех миров должны бы быть им за это благодарны, но Старый Сад скромно умалчивает о своих достижениях, оставаясь в тени, потому что настоящий подвиг любит тишину. Я, конечно, послушно повосхищалась. Поблагодарила, так как оказалось, что наш мир пару раз уже тоже успели осчастливить.
Но история показалась мне мутной от слова совсем. С другой стороны — мое ли это дело? Мне еще надо было как-то морально подготовиться к разговору с мамой во сне, который Вив мне пообещала купить уже к следующей ночи! А я что-то не готова пока… А вдруг мама потребует забрать ее сюда? Ведь точно же потребует? Она свято уверена, что я у нее девочка не очень умненькая, крайне наивная и без ее заботы точно пропаду.
А вот то что я этого боюсь — это значит, что я плохая дочь? А если я все-таки заберу кота, но не заберу маму, а мама об этом узнает? И значит ли то, что я волнуюсь только о том, что она узнает, что дочь я все-таки никудышная? А вдруг она там сейчас плачет, а я тут думаю только о том, что мне никто не жужжит на ухо, что у меня отвратительный вкус в одежде?..
Я перечитала все, что мне натаскал из архива Поль и спустилась на первый этаж в общую кухню.
— Доброе утро, — я натянула улыбку, стоило увидеть хозяйку дома.
Старуха повернулась от плиты, скривилась мне в ответ и шлепнула в тарелку ложку каши.
— Садись, ешь.
Я закивала и шмыгнула тихонько за стол. Вообще-то, я по утрам обычно обходилась кофе — желудок у меня просыпался ближе к обеду. А каша выглядела настолько неаппетитно, что я бы и обед предпочла сегодня пропустить. Но спорить было как-то боязно… А вдруг испорчу отношения с хозяйкой и она меня прогонит?.. Остаться без крыши над головой из-за ложки каши⁈ Нет уж. Главное не дышать носом и глотать, не прожевывая — это я еще у бабушки в гостях выучила…
— Спасибо большое, так вкусно!
Старуха чуть подобрела, даже, кажется, почти улыбнулась, но быстро вспомнила, что она всех ненавидит и лестью ее не задобрить и снова скривилась.
