Второй хмыкнул согласно.
— А ведь на такое проклятие жертвы нужны…
— Вот-вот! — закивал первый, — Ты подумай только? Но она же невеста Хиония! Поэтому, вроде как, пусть. Замнут! Да и эти Хиония… Инквизиторы в десятом колене — знаем таких. Наши верхи подгнили. Уже на любые компромиссы со злом идут, лишь бы жирок не растрясти.
— А как она невестой Хиония стала — тоже еще вопрос.
— И далеко не последний!
Я прислушивалась к разговору с тяжелым сердцем. Вот и как тут не воспользоваться моей неожиданной популярностью на благо своей политической карьере? Это же такой соблазн!
Я всегда знала, что мне нельзя давать волю эмоциям. Стоит только хоть чуть ослабить контроль и повыделываться — последствия не заставляют себя ждать!
— Нашлись тут, разбиральщики… — пробубнила я себе под нос.
— Вот-вот! Даже не спросили у вас! Сами себе все надумали.
— А главное, как в это верят! — закивала я.
И мастера-то я околдовала, и с семьей-то его рассорила, и улицу-то прокляла и сто процентов не без жертв!
— И попробуй им теперь что докажи. Не будете же вы с плакатом бегать, да?
Я фыркнула и дернула плечом.
— Чтоб меня камнями закидали⁈ Да я вообще без плаща больше не выйду из дома!
— А ведь как удобно было бы сразу и всем рассказать свою историю!
— Да-а-а… — закивала я, — Погоди, что⁈
Я резко обернулась и чуть не ударилась носом о чью-то грудь.
— Здравствуйте! Я корреспондент ежедневной газеты «Истина в последней инстанции»! Не хотите рассказать свою правду? Мы публикуем только факты из первых уст. Ни слова лжи, ни процента вранья, ни капли…
Передо мной стоял улыбчивый светленький мужичок лет тридцати. Полненький, но даже так — на вид верткий, как рыба. С гладким лицом и игриво лезущими из-под кепки вихрами.
Он смотрел на меня со смесью доброжелательности, алчности и любопытства. Но очень старательно строил участие!
— Я так понимаю ваше негодование, миледи! И именно поэтому предлагаю…
— Нет!
Я быстро прошла мимо него, опуская лицо.
— Погодите! — он схватил меня за руку, когда я уже собиралась убегать, — Ну скажите хоть, а сколько будет действовать ваше проклятие? И какую жертву вы принесли, чтобы…
— Если не отпустишь, принесу в жертву тебя!
— Говорите, ваше жертвой был журналист? — мужчина черканул что-то в блокноте, — У нас как раз недавно нашли жестоко избитый труп моего коллеги!
Очень понимаю преступника!
— Чт!.. Да о чем вы⁈ Я этого не говорила!
Я хотела еще что-то возразить, но потом вспомнила, кто передо мной стоит и развернулась. Скоро на меня еще и убитого журналиста повесят! Блестяще!
— А может хотя бы дадите нам комментарий для рубрики «любовные привороты»?
Ничего не отвечай. Ни слова, Света. Любой звук, который ты издашь, будет использован против тебя!
Я торопливо шла к служебному входу, через который он не мог пройти, игнорируя все его вопросы. Переулок оказался неожиданно длинным, и в какой-то момент мне показалось, что не закончится он никогда… Пока я все же не врезалась носом в чью-то грудь, тут же, впрочем, отскочив.
— Что здесь происходит?
Тон мастера Хиония не оставлял никому сомнений в том, что он недоволен. К счастью, этим кем-то была не я! Меня обвили за талию его крепкие руки, тут же притягивая к себе.
— Ох… — я все ж уткнулась покрасневшим лицом ему куда-то в область ключицы.
— Света, милая, он к тебе приставал? — заворковал мужчина.
Роль он свою на публике отыгрывал на сто баллов из десяти! Никакого стеснения, никакой неловкости, абсолютно естественное поведение влюбленного дурачка. Видно, сильно его бабка достала! Хотела бы я так же уметь, но, хотя я сама предложила эту идею, сама же я и краснела, и бледнела, и порывалась назвать его «начальником», хотя мы договорились обращаться друг с другом на ты. Точнее он договорился, а я не спорила.
— Мас… Махош! — я выдавила из себя улыбку, — Все в порядке. Пойдем?
Я уже порывалась поскорее заскочить внутрь, но мужчина, продолжая ласково улыбаться, не сдвинулся, тем не менее, ни на миллиметр, и сдвинуть его не могли бы все силы мира. Он поднял все еще прищуренные улыбкой глаза на корреспондента газеты и все благодушие тут же стекло в его лица, обнажая его обычное выражение недовольной всем и всеми на свете злобной псины. В смысле, волка-одиночки!
Любой бы нормальный человек на месте этого толстячка уже сдристнул, но он был не нормальным, и даже не человеком. Он был — журналюгой!
— Здравствуйте! Симван Перегрия, корреспондент «Истины в последней инстанции»!
Он протянул руку, но спокойно ее убрал, когда мастер не ответил на приветствие.
— Расскажите, пожалуйста, а когда вы поняли, что влюблены?
— «Истина» — это же самая желтая из газетенок Старого Сада? — уточнил мастер, игнорируя вопрос.
— Она самая! — радостно закивал мужчина, — В смысле, ну что вы! Мы не такие! У нас только факты и ничего, кроме фактов! А что, вы нас тоже читаете?
— Я читаю заявления и жалобы, которые на вас пишут пачками ваши читатели. Так что более-менее в курсе.
Мужчина покивал.
— Тоже неплохо. В смысле, они просто не понимают! Тяжело принимать правду, да?
Журналист расплылся в улыбке. А я вдруг поняла, что больше не хочу от него убегать. Ладонь мастера все еще так приятно лежала на талии, прижимая меня к твердой груди, что хотелось не двигаться и стоять так часами, расплываясь по нему амебой, но я подавила неуместное желание и дернулась вперед, ухватывая журналиста за рукав.
— А ну-ка иди сюда!
Он удивленно на меня вылупился, когда я потащила его внутрь, игнорируя хмурый непонимающий взгляд мастера.
— Милочка, насилие — это не выход… — попытался было он вырваться из моего цепкого захвата, но мастер Хиония уже подпихивал его в спину.
Он не понимал, что я делаю, и явно был чем-то недоволен. И теперь я уж точно имела к этому отношение. От его направленного прямо мне в затылок взгляда разбегались по спине мурашки! Жутко и приятно. Хотелось даже еще чем-нибудь вызвать его недовольство…
И все же мастер не возражал и даже помогал мне. Вот так вот. Не спрашивая. Только демонстративно отер мне руку платком, когда я отпустила, наконец, журналиста из цепкого захвата.
— У меня для вас работенка! — выпалила я, — Будете писать нам заказухи!
— Я пишу только факты! — возмутился он как будто бы искренне, — И ничего, кроме фактов!
Мастер не стал ходить вокруг да около. Он кхекнул как-то насмешливо себе под нос, опустив глаза, и тут же их поднял, вперив отстраненно-снисходительный взгляд в лицо мистера Перегрия.
— Сколько?
Мужчина осмотрел нас с ног до головы, почесал висок и улыбка вернулась на его лицо.
— А вы разбираетесь в журналистике!
Глава 19
Решительные действия
СЕНСАЦИЯ!
Наш корреспондент взял интервью у коллег скандально известной ведьмы из ГИУ эксклюзивно для «Истины в последней инстанции»!
Корр.: Скажите, вы сразу поняли, что от этой женщины будут проблемы?
Коллега А: Ох, это было видно с первого взгляда! Понимаете, речь идет о посредственной натуре. Именно такую они и искали, признаться, в приемную мастера Хиония.
Коллега П: Мы имели в виду, кого-нибудь спокойного! Чтоб без скандалов…
Коллега В: Да-да. А то навела у нас тут одна шороху, до сих пор хлебаем последствия. Вы знаете, она однажды!..
Коллега А: Да, вы знает, ГИУ вообще кишит посредственными личностями. Нонконформисты там не приживаются! Ну что поделать?
Корр.: Так что насчет ведьмы?
Коллега А: Так вот — посредственная личность! Такие всю жизнь живут тихо и стелятся под окружающих, но втайне мечтаю чего-нибудь этакого…
Коллега В: Звездного часа!
Коллега П: М-мне тоже, признаться, иногда хочется быть чем-нибудь большим, чем просто я… Хотя бы в глазах одного человека. Но кто я такой?
