— А потом они стали уже вместе делать детей? — хохотнула я, — Какой извращенный мир…

— Света, это первые космогонические мифы! — нахмурился мастер, — Не придирайтесь! Они есть во всех культурах, и я уверен, что в вашей они звучат ничуть не менее нелепо, — я вспомнила, как Афродита по одной из версий появилась из упавшего в море полового органа Урана, отрезанного его сыном Кроносом из-за того, что Гея устала рожать детей, и согласно угукнула; уж не нам осуждать, конечно! — Так вот, Светлое Небо из сказки — это, получается, люди Старого Сада, а Темная Земля — колдуны Леса. Тогда может…

— Солнце не погасло? — предположила я, — Его скрыли? Сначала от ведьм людьми, а потом ведьмами — от людей? Тогда ритуал призван закрывать от нас солнце?

Я сглотнула вязкую слюну. Как бы так сказать это потактичнее, чтобы не расстроить мастера, у которого глаза уже горели любопытством и предвкушением ярче, чем любое солнце. На скулах у него выступил румянец, волосы слегка растрепались, а на губах, не смотря на весь ужас того, что мы обсуждали, блуждала шальная улыбка. Он казался слегка захмелевшим, и у меня все внутри смущенно бультыхалось — все органы будто плавали в горячей ванной с взрывающимися от любого прикосновения пузыриками… И от этого каждый раз по коже разбегались приятно мурашки.

Как бы потактичнее…

— А это не звучит по-идиотски? — мяукнула я под нос и тут же чертыхнулась, когда улыбка спала с его лица.

— Еще как! — тем не менее спокойно кивнул он, — Но это уже хоть что-то. Надо обдумать. Кажется, я обещал сводить вас в одно милое место, — неожиданно переметнулся на другую тему он. — Перекусим и пойдет вытрясем душу из ваших соседок!

Покушать я была совсем не против. Хотя и порывалась отозвать его обещание и поторопить домой. Весь его вид говорил о том, что ему уже не терпится вернуться и домогаться к Эде, Анем и Фотии с вопросами. Но… посидеть вместе в милом местечке — это же почти свидание?

Я столько сегодня гадостей на этот счет в свой адрес выслушала! Пусть они хотя бы будут заслуженными. Могу же я сегодня, раз уж такой день необычный, побыть немножко эгоисткой?

Если уж мастер решил об меня бабулю позлить, то могу же я хотя бы плату за это взять? Представлю, что меня пригласили на настоящее свидание! Что я нормальная девочка, которая может нравиться симпатичным мужчинам не только в качестве инструмента бунта против старшего поколения…

— Света, я все решил.

Мы сидим друг напротив друга… Роскошный ужин, свечи, лепестки роз. В свете дрожащих огоньков его лицо выглядит немного даже устрашающе, и от этого что-то приятно дрожит в груди. Он одет в роскошный камзол, пеной кружев на груди расходится жабо, а под шеей сверкает рубиновая брошь! Прямо как вампир. Я одета в шикарное платье с кучей юбок, корсетом, обвешана драгоценностями — настоящая леди! Подвязочки там всякие, чулочки… И идеальная прическа!

— Что вы решили? — спрашиваю я спокойно, пригубив вино, но внутри все дрожит предвкушением.

— Мы поженимся. Переедем в мой особняк, вы родите мне наследника…

— А мое мнение вас не интересует? — улыбаюсь я.

Мастер поднимает удивленные взгляд своих колдовских глаз.

— Света, давайте честно: вы же ненавидите что-то решать! А я обожаю всем указывать, что им нужно делать и куда идти. Разве мы не идеальная пара?

О да… Вот бы кто-нибудь решил все мои проблемы!

— Кстати, вы так и не ответили насчет Поля.

Я вздрогнула и вскинула на мужчину удивленный взгляд.

— Что про Поля? — нахмурилась я, пытаясь припомнить.

Мастер Хиония обернулся и обжег меня внимательным взглядом.

— Я спрашивал вас, нравится ли вам Поль. Так что? Вы находите его привлекательным мужчиной? Света, я рассчитываю на честный ответ, так как это очень важно. Мне нужно понимать ситуацию!

Глава 17

Волки

Сидит на снегу лисичка и ест, прихрумкивая, скомунизженную у дедки с бабкой рыбку. Подходит к ней волк и говорит:

— Сестричка-лисичка, поделись рыбкой!

А лисичка ему отвечает:

— А ты сам налови, братец-волк. Иди на реку, опусти хвост в прорубь, сиди да приговаривай: «Ловись, рыбка, большая и маленькая! Ловись, рыбка, большая и маленькая!» Рыбка к тебе сама на хвост нацепится. Только сиди подольше, а то не наловишь.

Пошел волк к проруби, опустил хвост в воду. Сидит и приговаривает:

— Ловись, рыбка, большая и маленькая! Ловись, рыбка, большая и маленькая!

Лиса смотрит и приговаривает:

— Мерзни, мерзни, волчий хвост! Мерзни, мерзни, волчий хвост!

— Что говоришь, лисичка-сестричка?

— Восхищаюсь! Терпит-терпит, говорю, серый волк! Сколько рыбки-то натерпит! Обзавидуюсь!

Просидел волк всю ночь и хвост его примерз к речке, что не вытащишь.

— Ух, сколько рыбки наловил — и не вытащишь! — подумал волк, — Вот лисичка обзавидуется…

* * *

— Мне не может нравиться Поль! Он же нравится Вив!

— Я не понимаю, где здесь связь, — озадаченно нахмурился Махош, пододвигая к девушке свой десерт.

Она посматривала на его тарелку с интересом, но заказать третий кусок торта, кажется, стеснялась. Так что мастер аккуратно двигал свою порцию в ее сторону, намереваясь поменять ее местами с уже пустой тарелкой Светы. За разговором съест и не заметит. Мужчина был в этом совершенно убежден, так как видел, с какой скоростью она поглощает сладости и с каким удивлением потом сама же смотрит на свою пустую тарелку. В обычный прием пищи Света ковырялась в своей маленькой порции без всякого интереса, но десерты сметала так, будто от этого зависела ее жизнь!

Может, из-за того, что она маловато ест, добирает сахаром? Мастер отметил для себя, что нужно будет проследить за тем, чтобы она нормально питалась, но не смог отказать себе в том, чтобы заказать с собой добрую половину меню.

Ей будет приятно и она запомнит, что он в состоянии ее прокормить. Как-то раз одна его любовница — Махош уже не помнил с чего — начала ему рассказывать, как она подбирает мужчин для серьезных отношений. Слушал он вполуха, но запомнил пару пунктов и свое искреннее удивление, что они вообще об этом говорят. Что они вообще о чем-то говорят. Ему особенно запомнился пункт: «Сможет ли он прокормить меня и нашего будущего сына, которого мы назовем Валентием?»

— Я вот обожаю мясо! Мраморную говядину. Знаешь, какая она дорогая? Если мужчина будет без проблем и упреков кормить меня мраморной говядиной, я прощу ему даже дурной характер!

Махош тогда удивился, как подробно она все продумала. На вопрос всех ли мужчин она рассматривает прямо по пунктам, она честно ответила: всех. Практически без исключений. И совершенно на автомате!

Вдруг Света тоже неосознанно проверяет мужчин таким образом? И какой список у нее? Махош с неудовольствием отметил, что нередко показывал себя не с лучшей стороны. Так что стоит хотя бы попробовать компенсировать это тортами и пирожными.

— Она самая прямая! — неожиданно горячо и возмущенно заявила Света. — Вив первая сказала, что он ей нравится, так что для всех ее подруг он больше не мужчина. Что-то вроде бесполого существа! Отношение к которому напрямую зависит от того, как продвигаются его отношения с подругой. Если все хорошо, то он зайка. Если не очень, то козел. Такая вот зоология.

— Так вот как это у девочек делается…

— Ну да! Это из негласного кодекса женской дружбы, — девушка замолкла ненадолго, будто вспоминая что-то. — Я о нем, к сожалению, узнала слишком поздно… — она начала жестикулировать, объясняя, — Ты как бы таким образом обозначаешь территорию, и если твоя подружка посмеет хотя бы краем глаза в ее сторону стрельнуть, то ты в своем праве размазать ее по стенке. Это очень важная часть женской социализации!