— Да он в принципе милый…
— Конечно-конечно! — не стала спорить Вив, — Этакий котик. Я тебе помогу! Я тебе так помогу!
Махош замер. Нет, он не милый. Зато Поль милый. И котиком его еще никто не называл. Зато перед увольнением Алео повесила на табличку на входе в их отделение ГИУ листок с надписью «Осторожно!!! Злая собака!» — и листок этот висел не меньше недели, пока сам Махош не заметил, что и работники, и гости ходят подозрительно улыбчивые. У них не было даже сомнений, о ком идет речь. А мама Вив, Махош слышал, как-то называла Поля котиком. Значит, все-таки, не о нем…
— Вив, не надо ей помогать, — усмехнулась помощница мастера Эдема, — Я без всяких карт могу точно предсказать, где окажется ее личная жизнь после твоей помощи!
— Стерва, — почти лениво отмахнулась Вив, — Свет, ну хоть пару советиков дать? Ну вот прям совсем небольших? Малюсеньких?
Света помолчала. А потом тихонько, явно смущаясь, выдавила:
— Ну давай…
Махош постучал.
— Можно?
Девушки резко притихли. Спустя пару мгновений дверь открылась и высунулось раскрасневшееся лицо Светы. Она вглядывалась в него чуть испуганным взглядом снизу-вверх, явно пытаясь понять — не услышал ли он чего лишнего.
— Добрый вечер. Можно? О, у вас гости, — мужчина сделал вид, что удивился, и увидел облегчение на лице секретарши, — Завтра важный день. Думаю, всем пора спать.
Не слишком вежливо намекнул мужчина девушкам, чтоб проваливали.
Мира смотрела на него с откровенной насмешкой, Вив прошмыгнула на выход, стараясь вообще не смотреть в его сторону. А Света чем дальше, тем более недовольно хмурилась. Смотрела на него будто даже с обидой.
— Ну как прошло свидание? — спросила девушка, когда они остались одни.
Махошу показалось, что в ее тоне была какая-то издевка.
— Замечательно! — зачем-то соврал он, — Очень милая леди. Может даже еще раз ее выгуляю бабке на радость.
— М-гм, — как-то невнятно покивала она и снова почему-то окатила его недовольным взглядом, — Это, конечно, замечательно! Прическа у нее такая красивая, да? Аккуратненькая.
Махош удивленно кивнул, скидывая с раскладушки покрывало и падая на скрипучую пружину.
— А я вот про дело поговорить хотела…
— Давайте завтра? — спросил он и, не дожидаясь ответа, отвернулся к стене.
Стоило быть повежливее, но категорически не получалось. Обида из-за обманутой надежды буквально затопила все его существо. И от осознания, насколько это недостойно взрослого мужчины, хотелось биться головой о стену.
Ну, ничего-ничего. Она же сказала, что не влюблена. Он просто ей симпатичен. А Вив он отправит куда-нибудь подальше со своей помощью!
— Спокойной ночи, Света. Мы обязательно поговорим завтра, хорошо? — все-таки выдавил из себя он самым мягким тоном в своем арсенале.
В ответ что-то обиженно булькнуло согласием из клубка из одеял на ее кровати.
* * *
Хозяйка отсчитывала себе по инструкции в чай капли лечебного снадобья. Может даже завтра поспит целую ночь, не подрываясь каждые пару часов из уютного сна!
Старуха вовсе не считала, что должна была за микстурку быть мальчонке благодарна. Наоборот! Это плата за помощь. Она не стала передавать Свете, что ее жених сегодня вернется поздно, отправив посыльного мальчонку восвояси. Чтоб она поревновала и оценила по достоинству! А то что-то она расслабилась. Не понимает, маленькая глупышка, что видного мужика в любой момент, хоть бы и сразу из-под венца увести готовы! Не ценит. Не следит за своим.
Теперь вот понервничала и не будет в их общую спальню баб всяких водить, чтоб они хвостами там вертели!
Хорошо, что у нее есть такая умудренная сединами помощница.
Глава 15
Рабочая инструкция о том, как довести хорошего человека
— Жили-были Светлое Небо и Темная Земля! Жили они не то, что бы дружно, но кое-как жили. Сходились и расходились, рожали детей, любили их и обижали. Любили и обижали друг друга. Все, как у всех, в общем! Жили они, жили… Созидали, сколько могли. Порой разрушали в порыве обид. Но — жили. А ссоры их всегда были об одном. О чем же, спросите вы?
В комнате повисла тишина. Ни мальчик, ни девочка не спрашивали.
— Ну, спрашивайте.
Никто не ответил.
— Ну же! — гаркнула старуха, — Неприлично заставлять пожилую леди ждать!
Мальчик и девочка обычно были очень воспитанными, но не сегодня. Сегодня они дулись друг на друга и на себя.
— Противные детишки! — пробасила старуха недовольно, — И для кого я распинаюсь?
— Мне! Мне очень интересно! — пропищало из-под девочкиной кровати.
— Да ты-то эту сказку знаешь… А эти недоросли? Они хоть не спят еще? Ладно. Если не услышат — сами виноваты! В общем, слушайте: ссорились они об одном — кто важнее? Без кого не будет жизни? Без кого все исчезнет? Кто больше создает и кто больше знает? Кто быстрее учится и кто лучше хранит ученье? Кто мудрее…
Драматическая пауза сказочницы должна была пробудить хоть каплю интереса. Но с улицы донеслась фривольная песенка загулявшего пьянчужки, разрушая важность момента. Пел он о… ну, пусть будет любви.
— Ой, как романтично! — пропищало из-под кровати.
Пьянчужку затошнило, и в ночной тишине раздались звуки прощания с ужином.
— Кто мудрее? — повторила вопрос старуха, — И кто — кто же! — должен быть главным? Спорили они об этом так долго, что уже и не помнили, с чего начался спор. А знаете, кто все-таки был мудрее? Кто был важнее? Кому следовало решать?
Мальчик не выдержал и вздохнул.
— Полагаю, смысл сказки в том, что важны были оба и решать должны были вместе? Очень глубокая мысль, да.
Старуха подивилась наглости мальчишки. Давно с ней так не разговаривали! Сразу захотелось кинуть в него небольшим, но гаденьким проклятьицем. Например, подарить ему самое красивое лицо, самый красивый голос, самый красивый смех, самый добрый характер… И лишить его сна и смерти! А разрушить проклятие, позволив сходящему с ума без забытия разуму отдохнуть, смог бы только поцелуй! Поцелуй искреннего омерзения.
Но мальчик так задумчиво и тоскливо смотрел на спину девочки, что старуха решила его простить. Да и проклятие это она уже как-то дарила другому мальчику. Нехорошо же повторяться? А для новых забавных идей она уже как-то старовата…
— И вот однажды, — продолжила она терпеливо, и сама дивясь своей доброте, — Небо решило, что дети Земли будут жить без его света в наказание за то, что выбрали ее. Придумало это Небо не само. Ему подсказали! Он вовсе не собирался оставлять их без своего света надолго — так, проучить! Но Земля, конечно, сильно обозлилась. И закрыла небо вообще от всех. Придумала она это тоже не сама. Ей подсказали…
— И мы должны догадаться — кто? — с надеждой потянул кто-то тоненько из-под кровати девочки.
— А то ты не знаешь! Помолчи. Не сбивай с мысли. Итак… Как же разрешить этот спор?
— Если они оба исчезнут, то и спора не будет, — тихонько прошептала девочка, показывая, что все-таки не спит.
Старуха закряхтела довольным смехом.
— Ничего тогда не будет!
— Так и проблем тоже не будет… — девочка скосила обиженный взгляд на мальчика.
* * *
— Старосадовцы! Зараза опять проникла в наш дом! А все потому, что рвать ее надо было с корнем! Милосердие к преступнику — есть слабость и глупость. А все ведьмы и колдуны — преступники от природы! Мы были добры, были милостивы! Мы не стали добивать побежденного! И это было ошибкой! Нет—нет, не ропчите! Вы послушайте просто, что в газетах пишут! — сухой мужчина и исполосованным морщинами межбровьем плюнул на палец и перелистнул пару страниц, открывая нужный разворот, — Так-так… Вот! Слушайте! «По традиции окончание Русалочьей недели будет знаменоваться шествием молодежи и похоронами чучела»! Ну⁈ Ну как⁈ По тра-ди-ци-и. Когда это колдунские традиции так прижились в нашем доме!
