— А как насчет Канарских островов? — спросил Нелсон.

Джордж Тиббаш, немного помолчав, сказал:

— Ну, если вас интересуют Канарские острова, то, по- моему, оттуда родом был человек, который оказался нашим конкурентом в Пуэрто-Рико… Да, теперь я точно вспомнил. Мы предложили лучшие условия и заключили контракт. Он был с Канарских островов.

— Как его звали — не Франсиско В. Ибаньес? — быстро спросил Нелсон.

— Ибаньес? — переспросил Джордж Тиббаш. — Возможно. Действительно, у него было какое-то испанское имя, но я не знаю испанского. Когда мы были в Сан-Хуане, все разговоры по-испански вел Джон Луго. Не исключено, что он помнит, как звали того человека. Может быть, и Ибаньес.

— А больше с этим человеком вы дела не имели? — спросил Линн.

— Нет. Разве что Джон, а я нет. Я вернулся з Лос- Анджелес, а Джон, насколько я помню, остался там еще на месяц.

— Я думаю, нам надо сейчас же поговорить с Джоном Луго, — сказал Линн Нелсону.

— На этой неделе вряд ли получится, — покачал головой Джордж Тиббаш. — Джон — ярый игрок в гольф и сейчас участвует в Кубке Боба Хоупа.

— Но ведь после восемнадцатой лунки игра кончается, — заметил Линн.

— Только не для него, — возразил Джордж Тиббаш, допивая чай. — Джон все свое время, с утра и до позднего вечера, проводит с любителями гольфа. Вполне возможно, что сейчас у него в доме живет кто-нибудь из знаменитостей-профессионалов. Если хотите с ним встретиться, придется поехать туда, где он играет. Суббота — последний день соревнований для любителей, и он будет, по-моему, в Индиан-Уэллсе, А потом, вечером, он устраивает у себя на горе Саутридж огромный прием. Там будут все профессионалы, а заодно и несколько сотен его приятелей из загородного клуба и кое- кто из участников-любителей. У него каждый год такие приемы.

— Вы много общались с Джоном Луго. Как по-вашему, нет ли какого-нибудь иностранца из какой угодно страны, кто хотел бы свести с ним счеты? Есть у него враги?

Джордж Тиббаш улыбнулся:

— У такого человека, как Джон Луго, обязательно должны быть враги. Ведь он поднялся из трущоб Лос- Анджелеса до Саутриджа, до самого верха горы, которая возвышается над Палм-Спрингсом. Но я полагаю, что всех своих врагов он пережил. А теперь, если вы позволите, я должен вернуться на кухню. Надеюсь, вам понравилась наша еда и вы расскажете о нас своим знакомым. И сами придете еще.

Когда они шли к двери, Нелсон сказал Линну:

— Погодите минутку, У вас не найдется пары долла- 1><>в? Я тоже хочу сунуть их за лифчик танцовщице.

Линн машинально полез в карман, но тут же покачал

головой:

— Знаешь, у меня куча мелочи, только я ее дома оставил. Есть, правда, кредитная карточка, но перерасход по ней больше, чем отсюда до Варшавы.

Танцовщица, тело которой лоснилось от пота и благовонных масел, сладострастно раскачивала бедрами перед самым пожилым из японцев. Нелсон остановился было поглядеть, но Линн потянул его за рукав:

— Пойдем, пойдем. Все они одинаковые. Заставляют на коленях просить, чтобы тебя допустили до этой штуки, а на самом деле там ловушка для акул, как у Жака Кусто.

18

— Ну и что будем делать дальше? — поинтересовался Нелсон, когда они ехали обратно в Палм-Спрингс,

— Я за то, чтобы обзвонить отели и конторы по прокату автомобилей, — может быть, где-нибудь и найдется Франсиско В. Ибаньес, — ответил Линн. — До разговора с Джоном Луго нам больше делать нечего.

— Жаль, что у нас нет собственной конторы, — сказал Нелсон.

— Есть, — после некоторого колебания возразил Линн. — У Бриды.

— Ну, поехали к ней и начнем звонить.

— Не знаю, пожалуй, все-таки не стоит к ней навязываться.

— Она хорошая баба, — сказал Нелсон. — Даже если мы будем звонить по междугородному, она возражать не станет. Не то что наш сержант.

— Да, баба в самом деле ничего, — согласился Линн. — Ну ладно, рискну.

— Занятная у нас работа, правда? — сказал Нелсон. — Лишить человека свободы мы имеем право. Лишить его жизни имеем право. Но чтобы позвонить по междугородному телефону, должны просить разрешения у сержанта!

Брида была в желтом блейзере, чуть более темной блузке и клетчатых брюках с манжетами. Все это было куплено после долгих поисков на распродажах и обошлось всего в сто пятнадцать долларов, но выглядело очень шикарно.

В очках с оправой земляничного цвета она сидела за компьютером, когда вслед за Нелсоном в кабинет нерешительно вошел Линн. Не дав ему и рта раскрыть, она сказала:

— Я пыталась вам дозвониться. Джек Грейвс хочет, чтобы мы поговорили с Клайвом Девоном сегодня в шесть вечера.

Увидев, что она держится с ним почти как обычно, Линн пришел в восторг.

— А что такое? — спросил он, улыбнувшись как только мог приветливо.

— Джек говорит, что ему, возможно, удастся закрыть дело. Он хочет, чтобы мы расспросили Клайва Девона про того типа из Разноцветного каньона. Я заеду за вами без четверти шесть. Годится?

— Вполне, — ответил сияющий Линн. — Рад буду помочь.

— Вас я прошу только потому, что нужно будет предъявить значок. Иначе я все сделала бы сама, — сказала она, бросив на него взгляд, которым можно было бы остановить пулю девятимиллиметрового калибра.

Опять значок! Когда он брался за эту работу, она обещала, что выступать в качестве официального лица ему не придется. А за последние сорок восемь часов он уже предъявил свой значок чуть ли не половине жителей округа Риверсайд. Скорее бы пришел приказ о пенсии!

Рассказав Бриде о Бино Сьерре, Лео Гришмене и Л. жордже Тиббаше, Нелсон продолжал:

— Мы должны обзвонить прокатные конторы и оте- |ц — надо поискать нашего типа с Канарских островов Можно воспользоваться вашим телефоном?

— Валяйте, — ответила она и снова повернулась к компьютеру, даже не взглянув на Линна.

— Я возьму на себя прокатные конторы, — сказал Нелсон, протягивая Линну телефонную книгу.

— Ну почему всегда так получается, что мне достается то, что похуже? — проворчал Линн. — Ведь здесь отелей, наверное, сотни две.

— Я вам помогу, если с прокатными конторами ничего не выйдет, — успокоил его Нелсон.

Дело вполне могло затянуться до самого вечера, но Нелсон ни на минуту не терял энтузиазма.

— Алло, это говорит патрульный Пачино из полицейского управления, — говорил он в трубку. — У нас тут задержан один автомобиль, возможно, ваш. Номер и марку буксировщик нам не сообщил, но он взят на имя Франсиско В, Ибаньеса. Был у вас такой клиент в последнее время? Не было? Ну, значит, это ошибка. Спасибо.

Голос Линна звучал далеко не так оживленно:

— Алло, это сержант Де Ниро из полицейского управления Мы нашли бумажник одного туриста — он, как мы полагаем, остановился в вашем отеле. Франсиско В. Ибаньес с Канарских островов. Нет? Значит, он из другого отеля» Спасибо.

Так продолжалось около часа. Один раз Линн попробовал заговорить с Бридой:

— В нашем штате сто сорок тысяч адвокатов, телесных повреждений здесь наносят больше» чем во всем мире, мошенники по страховой части съезжаются сюда со всей Галактики. И при этом у вас так мало клиентов из страховых компаний! Я буду рекомендовать вас всем адвокатам, кого только знаю.

Но она даже не подняла головы»

А через некоторое время, в тот самый момент, когда

Линн собирался с духом, чтобы спросить, не хочет ли она кока-колы, Нелсон вскочил со стула и защелкал пальцами, чтобы привлечь его внимание, а другой рукой начал что-то записывать,

— Да! Да! Нет, с машиной ничего не случилось! Нам просто надо с ним поговорить насчет бумажника, который он в ней забыл. Да! Спасибо!

Брида, оторвавшись от компьютера, спросила:

— Ну что, нашел?

— Попался! — вскричал Нелсон, показывая Линну бумажку с названием отеля.

— Возможно, и попался, — сказал Линн. — Если только он дал правильный адрес, когда брал машину. Это огромный отель, я бы никогда не подумал, что он там остановится.