‑ Ясно, – отозвались оба, причем в один голос, на что я попросила их не вмешиваться, сказав, что в своих проблемах я разберусь и сама.

Еще не хватало быть обязанной Джо и его банде!

С другой стороны, эта сумка с пачками купюр, с которых на меня смотрела лысина нашего короля и его безвольный профиль (с пяти сотен крон), а еще сотенные розовые банкноты с капризным лицом нашей королевы – разве они меня ничем не обязывали?..

Впрочем, я заработала Джо намного большую сумму, чем та, что лежала в сумке, в этом у меня не было никаких сомнений. Но чтобы прикинуть, сколько именно, мне надо было очутиться в одиночестве, перевести дух, накормить кота, накормить отца, затем пересчитать свое богатство, а потом уже взяться за перо…

‑ Хорошо, я куплю новую одежду, – пообещала я людям Джо, чтобы те поскорее оставили меня в покое.

И неверяще уставилась им вслед, когда эта парочка зашагала по улице. Я же кинулась к дому, после чего мы с Банди устроили небольшую давку в дверном проеме, споря, кто из нас должен войти первым.

Кот считал, что он – на правах победителя монстра, – тогда как я хотела поскорее оказаться внутри, под магической защитой, и попытаться осознать произошедшее.

Закрыв за собой дверь и чтобы уже не отвлекаться, я покормила Банди и вымыла грязную посуду, оставленную отцом на столе и в раковине. Прикинув, что тот недавно поел и в моей заботе не нуждается, я села за приятное и исцеляющее нервы занятие.

Принялась считать деньги. И пусть кто‑то скажет, что это не так!

…И я их считала.

Считала и считала.

Банди давно уже доел все, что смог доесть. Улегся под кухонным столом и заснул, придавив мне ногу, а деньги так и не заканчивались.

Чувствуя, как меня начинает колотить, я вытащила ногу из‑под кота, затем, пожалев его, отнесла в свою кровать. В спальне прихватила чистый лист бумаги и чернильницу с пером, вернулась на кухню к стопкам купюр, снова уселась за стол и принялась делать расчеты.

Я знала все коэффициенты по сегодняшним заездам. В третьем на Звездочку давали четыре к одному. Ее не считали совсем уж безнадежной, но победы никто не ожидал.

Поставив на лошадь десять тысяч, Джо должен был получить сорок.

Голова закружилась, я сглотнула, после чего, собравшись с силами, записала на листе это число, а рядом коэффициент в шестом заезде.

Ночной Ястреб – новичок и аутсайдер. Его никто не брал во внимание, считая, что тот чуть ли не помрет в канаве на пути к финишу.

Поэтому ставки принимались двенадцать к одному. Если Джо поставил на Ночного Ястреба все сорок тысяч – а он это сделал, тогда…

‑ Мама дорогая! – пробормотала я, поняв, что криминальный мир с моей помощью стал богаче почти на полмиллиона крон.

Ладно, отнимем изначальные десять тысяч и те… сто тысяч, которые лежали в сумке, переданной мне парнями Джо…

По любому тот не остался внакладе.

Как и я!

Как и я…

Именно с этими мыслями – раздумывая, как распорядиться свалившимся мне на голову невероятным богатством, – я провела следующие часы, пока меня окончательно не сморил сон.

Потому что ночевать я решила остаться в доме Астеров на улице Ветров. Заодно и усилила защитные заклинания, чувствуя себя так, словно готовилась держать оборону от всех врагов, готовых покуситься на пачки купюр.

Правда, часть заклинаний пришлось снять, потому что Банди запросился на улицу по нужде. Принялся орать и драть когтями входную дверь, на что даже накормленный ужином отец подал голос, крикнув с третьего этажа, чтобы я уняла свою зверюгу.

Иначе он спустится и уймет его сам.

‑ Вот бы ты спустился, когда на нас напал Хаос! – огрызнулась я в ответ, снимая с дверей заклинания, но отец, конечно, вступать со мной в спор на эту тему не стал.

Я выпустила кота, а затем через полчаса пришлось запускать его обратно – потому что Банди устроил очередной концерт, но уже снаружи. Он пожелал спать в доме, в тепле и в моей кровати, устроившись у меня в ногах, и я его прекрасно понимала.

Впустила, затем снова занималась защитными заклинаниями.

Наконец улеглись, кот – с мурлыканьем, а я – с дневником в руках и пером с чернильницей рядом, понимая, что мне не помешает обо всем рассказать самой себе.

Но сперва – планы.

‑ Итак, – произнесла я в полумрак комнаты, немного поморщившись от громкой музыки и не менее громких голосов, доносившихся из особняка соседей.

У Дроганов был очередной прием, кареты прибывали одна за другой – я слышала стук лошадиных копыт и хлопанье дверей экипажей. Заодно серьезно сомневалась, что в особняке на стол подавали картошку с паучьей требухой.

Уверена, он ломился от деликатесов.

Кажется, до меня донесся голос Лекса.

Я хотела было выглянуть в окно, но передумала. Все, что между нами было, закончилось раз и навсегда в Темной Академии.

‑ Итак, – повторила я, пытаясь сосредоточиться. – Завтра к восьми утра я буду стоять у дверей Королевского Банка. Там я закрою кредит, дом вернется в полную нашу собственность, и Дроганы больше не смогут нас шантажировать.

Спасибо криминальному миру Марвенны!

Оставшейся суммы должно было хватить и на то, чтобы заплатить штраф в мэрию, что я планировала сделать сразу же после посещения банка. При этом останется и на обновление фасада, и даже на небольшой ремонт на кухне и в моей – хорошо, в нашей с Банди – комнате…

Тут дневник вспыхнул синим, а я подумала: с другой стороны, какой смысл в ремонте, если в скором будущем грядет страшная катастрофа? После нее мне будет наплевать, как выглядит моя кухня, какого цвета стены в моей спальне и не отваливаются ли от старости обои за шкафом.

«Кого ты поймала?! Повтори еще раз!

Прошлое снова изменилось, причем серьезно, поэтому для меня все снова в тумане», – написала мне я сама из будущего, потому что до этого я успела упомянуть, как сложила развалившегося на части железного паука в сумку и занесла его в дом.

«Лучше я тебе все нарисую», – быстро написала я, затем попыталась это сделать.

Но тем, что у меня вышло, можно было пугать непослушных детей, после чего те бы всегда ходили по струнке. Возможно, мочились бы в постель, не без этого.

«У меня плохо получается», – наконец призналась я самой себе.

«Я примерно поняла, что это такое. Воины Хаоса называют его летающим аппаратом. Тот, который тебе удалось уничтожить, предназначался для слежки. Алый камень внутри него записывает все, что он видит, и передает на расстояние».

«На какое еще расстояние?» – изумилась я.

«Не слишком далекое, а больше я ничего не знаю. Кстати, если ты внимательно осмотришь паука, перевернув брюхом вверх… Не бойся, никаких кишок там нет, потому что это существо не живое. Так вот, ты сможешь разглядеть надпись: ДРОННО. В будущем мы так их и прозвали – дроннами».

«И что мне теперь с этим делать?» – спросила я, зажигая дополнительный магический светлячок, чтобы отыскать ту самую надпись.

Нашла, но понятнее мне не стало. Зато стало по‑настоящему жутко.

«Для начала спрячь его так, чтобы никто не нашел, – отозвался дневник. – Затем дай мне время обо всем подумать».

«О чем именно ты собираешься думать?»

«Дронны принимают самое активное участие в войне против нас. Впервые они появились в нашем небе в день катастрофы, и их были сотни, а то и тысячи. Но до этого мы понятия не имели, что они из себя представляют. Именно об этом мне нужно подумать – как правильно распорядиться тем, что ты обнаружила, на благо людей».

Я попыталась представить сотни таких существ в воздухе, и мне стало плохо. К тому же на улице не унимались – заливисто смеялись, а потом раздался звон бокалов, словно гостям было мало места в особняке.

‑ Но если в руках у Ранара был тот самый дронно, – пробормотала я, – и он передает увиденное на небольшое расстояние, выходит, те, кому это предназначалось, засели где‑то недалеко… Возможно, даже в самой Марвенне. А если так, то их можно найти.

И покарать, добавил мной внутренний голос, проникшийся духом Академии Темных Сил.