И если честно — мне захотелось провалиться под землю.

Я ойкнула и рефлекторно пригнулась, стараясь вжаться в спинку скамьи. Хотелось стать как минимум мухой на стене, а лучше — пылинкой в углу. Все эти вздохи и ахи вокруг будто проходили мимо меня, но сердце стучало так громко, что я опасалась — его услышит вся группа.

Не смотри на меня. Только не на меня.

И, конечно, именно в этот момент его взгляд упал на меня. Ледяные серо-синие глаза. Слишком холодные, слишком точные. Я даже забыла как дышать на мгновение.

На миг я снова почувствовала себя маленькой девочкой, застигнутой на месте преступления.

Но затем внутри щёлкнуло. Я не мышь. Я ведьма. Гордая, дерзкая, опасная. И нечего тут прятаться. Я расправила плечи, подняла подбородок и встретила его взгляд так, словно бросала вызов.

И, клянусь, угол его губ чуть дрогнул. Или показалось.

Он сделал шаг внутрь, и казалось, что воздух вокруг него плотнее, а пространство словно сжалось. Всё остальное — шëпот, смех, шелест страниц — растворилось. Я почувствовала лёгкое головокружение и странное, одновременно неприятное и манящее напряжение.

Дариус медленно повёл взглядом по аудитории. На Лире задержался едва заметно — она тут же залилась краской, как спелый гранат, и чуть не уронила перо. На Фионе — дольше, холодно и внимательно, будто изучая книгу, написанную на непонятном языке. Она только сильнее скрестила руки и демонстративно уставилась в стол.

А на мне… слишком долго. Настолько, что внутри всё перевернулось, и я сама не знала, хочу я, чтобы он отвернулся, или чтобы продолжал.

Когда он наконец оторвал взгляд, воздух будто снова вернулся в лёгкие.

Дариус медленно прошёл вдоль первой парты. Он остановился в центре кабинета, поднял подбородок и произнёс своим глубоким, ровным голосом:

— Здравствуйте. Я Дариус Вейл, ваш новый преподаватель по тëмной магии. Постарайтесь не разочаровать меня… и себя.

Если я до этого надеялась на ошибку, то теперь все мои надежды развеялись прахом.

— Великолепно, — пробормотала я. — Мой «загадочный муж» оказался ещё и моим новым преподавателем.

Он начал лекцию, и должна признать, читал он довольно интересно. А я решила его разглядеть. Вчера как-то было не до этого.

Дариус Вейл был высоким и стройным, но не просто худым — его фигура словно выточена из камня: сильные плечи, ровная спина, длинные руки, аккуратные, но уверенные движения. Его лицо было строгое и выразительное: острые скулы, слегка приподнятые брови, взгляд, который одновременно обжигает и завораживает.

Глаза — ледяные, серо-синие, с тонкой искоркой холодного юмора, от которых трудно отвести взгляд. В сочетании с густыми тёмными волосами, небрежно зачёсанными назад, он напоминал героя древних легенд, появившегося прямо из мрака.

Кожа была загарелой, а губы — тонкие и ровные, с едва заметной кривой, которая могла одновременно быть строгой и вызывающе мягкой. Чёрные брюки и такая же чëрная свободная рубашка.

Даже простая походка Дариуса казалась выверенной, как будто каждый шаг был частью магического ритуала — сдержанный, уверенный, чуть пугающий, но при этом притягательный.

Весь кабинет словно замер. Даже самые шумные студентки будто застыли, ловя каждое движение Дариуса. Девушки в первых рядах переглядывались, прикрывая улыбки ладонями, а затем тихо перешёптывались, сдерживая восторженные вздохи.

— Боже мой… — тихо выдохнула одна, чуть касаясь губ рукой, словно боялась, что звук вырвется наружу.

— Да он… он как будто сошёл с обложки заклинательной энциклопедии! — прошептала другая, при этом невольно поправляя волосы.

Некоторые пытались выглядеть случайно элегантными: поправляли блузки, смахивали пыль с парт, невзначай скользили глазами по нему, будто случайно встретив взгляд с холодной серо-голубой искоркой.

Я попыталась сделать вид, что глубоко увлечена своими заметками. Девочки вокруг меня начали слегка наклоняться вперёд, улыбаясь едва заметно, и вздыхали, как будто это был самый романтичный момент в их жизни.

— Я не могу… — прошептала одна из них, не отводя глаз. — Он реально привлекателен.

— Тише! — шепнула другая, чуть сжимая ручку, — а то он заметит!

Несколько девушек начали аккуратно поправлять волосы, слегка поднимали подбородки и улыбались ему, как будто невзначай, чтобы случайно зацепить взгляд. Некоторые так и вздыхали, тихо, едва слышно: «Ох, если бы он заметил меня…»

Я села поудобнее, наблюдая за этим спектаклем с внутренней иронией. Лира уже практически кружилась от восторга, а Фиона с каменным лицом скрестила руки, явно думая: «Я не буду втягиваться в это дерьмо».

А Дариус, как будто прекрасно осознавая весь этот эффект на студенток, шёл дальше спокойно, почти медитативно, будто наслаждаясь вниманием и одновременно игнорируя его. Каждое движение — уверенное, каждое слово — ровное, как заклинание, и в классе ощущалось напряжение, которое одновременно и манило, и пугало.

Я почувствовала, как брачная татуировка на запястье слегка пульсирует, напоминая о том, что я связана с ним, даже если остальные ещё не догадываются о последствиях. И вместо страха в груди заиграла лёгкая искра азарта: наблюдать, как остальные пытаются заигрывать, было почти смешно, но одновременно немного тревожно.

В классе вновь повисла тишина, но на этот раз она была насыщена не страхом, а смесью восхищения, азарта и почти комичной, подростковой попытки соблазнить своего нового преподавателя.

Дариус остановился в центре кабинета и медленно поднял подбородок. Его ледяные глаза, казалось, пробежались по всем ученицам одним взглядом — не торопясь, точно расставляя акценты. Девушки тут же напряглись, в одно мгновение все их вздохи и попытки заигрывания стали как на ладони.

— Хм… — тихо протянул он, словно размышляя вслух. Его голос был ровным и глубоким, а тон едва касался слуха, но сразу притягивал внимание. — Похоже, некоторые из вас слишком увлеклись демонстрацией… обаяния.

Несколько девушек сжались, пытаясь сделать вид, что они просто «сосредоточены на лекции». Лира чуть скривила губы и тихо вздохнула.

Дариус, не спеша, продолжал медленно оглядывать класс: каждый взгляд, каждое движение — точное и аккуратное, как ритуальный жест. Он останавливался на каждой из самых активных в своих «намёках» студенток, и в этих мгновениях воздух будто заряжался магией напряжения.

— Если вы думаете, что внимание преподавателя можно получить вздохами и улыбками, то вы ошиблись. На моих занятиях знания ценнее кокетства. И те, кто это не поймёт, быстро покинут аудиторию.

В кабинете снова раздался лёгкий шорох, кто-то невольно прикрыл лицо рукой, а другие пытались сохранить невозмутимость, которая быстро таяла с каждой секундой.