Фиона стукнула ладонью по столу:

— Слушайте, хватит болтать! Нужно понять правила связи. Она магическая, значит, есть законы, есть условия, есть ограничения.

Она вопросительно посмотрела на демона. Он упорно не смотрел на меня и, видимо, думал

А кстати, как его хоть зовут?

— Возможно есть, но я с таким не сталкивался, поэтому пока не знаю, — с явной неохотой ответил он.

Я посмотрела на брачную татуировку на запястье, которая слегка мерцала и казалось, что будто пульсирует в ритме моего сердца. Каждый её изгиб напоминал мне о том, что теперь я связана с этим демоном. И чем больше я смотрела на него, тем сильнее росла тревога.

— Ну что ж, татуировка на память, муж в комплекте… Видимо, всё, чего не хватало в моей бренной жизни — это брачные обязательства с демоном.

Он глядел на меня с таким выражением, будто сейчас придушит, а я лишь натянула самую невинную улыбку:

— Ну, по крайней мере, я не жаба. Это уже плюс, согласитесь?

Лира прыснула от смеха, Фиона закатила глаза, а он всё сильнее мрачнел.

Я только глубоко вдохнула и мысленно отметила: «Мира, ты вляпалась по-крупному. И, судя по всему, это только начало».

— Имя, — вдруг холодно сказал он.

— Что? — я моргнула.

— Как тебя зовут, ведьма? — он сделал шаг ближе, и у меня неприятно кольнуло запястье там, где сияла татуировка.

Я сглотнула и выпрямилась, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо:

— Мира. Мира Фрост.

— Дариус Вейл, — произнёс он так, будто это имя должно было заставить нас падать в обморок от ужаса.

Лира восхищённо ахнула:

— Ну и звучит! Дариус Вейл… словно имя для обложки тёмного романа.

— Лира! — шикнула я, но он даже не обратил внимания.

— Ситуация сложная, — произнёс Дариус сухо. — Я пока не знаю, как разорвать эту связь. Но найду способ.

— Отлично, — буркнула я. — Выходит, мой «брак по залёту» теперь зависит от ваших исследований? Чудесно.

Его взгляд стал острее, но он будто проигнорировал мои слова.

— Мы встретимся снова, как только я найду решение. И да, можешь не выкать. Как-никак не чужие люди, — холодно усмехнулся, глядя мне в глаза.

— Ага, звучит многообещающе. И каким образом, позволь спросить, ты планируешь меня найти? У тебя, случайно, нет адреса общежития ведьм? — съязвила я.

Он чуть склонил голову, и уголки его губ едва заметно дёрнулись:

— Я почувствую. Через брачную татуировку. Она связывает нас куда прочнее, чем тебе кажется.

Моё сердце ухнуло вниз. Отлично. Теперь этот демон всегда будет в курсе моего местонахождения.

— Замечательно, — процедила я, — то есть я официально стала ходячим маяком.

Он не ответил. Просто посмотрел на меня в последний раз — так, что я снова почувствовала холод по коже — и растворился в воздухе, оставив после себя только дрожащие языки свечей и запах чего-то чуждого, почти металлического.

Лира восторженно вздохнула:

— Вот это да! Это было круто!

Фиона схватилась за голову и пробормотала:

— Мы все умрём.

А я посмотрела на свою татуировку, которая мерцала всё тем же насмешливым светом, и только сказала:

— Ну что ж… брачное приключение века официально началось.

Глава 2 Мира

Вчера вечером мы быстро свернули «сабантуй»: после исчезновения Дариуса девчонки спорили ещё минут десять, кто виноват, а потом решили, что спать безопаснее, чем накликать ещё одного демона. Я согласилась. Иначе к утру меня можно было бы сдавать в утиль.

А утром, увидев тату на своём запястье, я поняла, что это был не сон. И от этого стало так гадко на душе, что захотелось плакать.

Но быстро собрав себя в руки, я пошла собираться на занятия.

Сегодня я остановила свой выбор на коротком чëрном платье с корсетом и длинными рукавами, закрывающими запястья, и лёгких ботиночках на каблуке. Макияжем я тоже решила не пренебрегать. Подчеркнула глаза лёгкими стрелками и едва мазнула тушью по ресницам, а на губы нанесла вишнëвый блеск. Волосы оставила распущенными.

Оставшись довольна своим видом я вышла из комнаты.

Да здравствует Академия.

Наша группа ведьм — двадцать лучших (и одновременно худших) студенток факультета магии. Мы как стая: громкие, колючие, разные, но держимся вместе, потому что без поддержки в этой академии тебя сожрут быстрее, чем ты успеешь произнести «экспеллиармус».

Лира, конечно, с утра сияла и болтала без умолку — у неё энергии хватало на всех. Фиона держалась мрачной и шипела, что я должна была «записывать инструкцию и читать мелкий шрифт», а не читать странные и сомнительные свитки. Остальные ведьмы, как обычно, обсуждали новые зелья, кто с кем встречается и что опять сломали первокурсники.

На первых двух занятиях всё шло как всегда: шум, списывание и попытки не угробить аудиторию случайным заклинанием или зельем. Но уже к третьему занятию весь поток ведьм буквально кипел от слухов:

— Слышала? У нас новый преподаватель! — восторженно шептала одна.

— Говорят, он невероятно умный, харизматичный и красивый.

— Ещё бы! Надеюсь, хоть не старый.

Некоторые ведьмы уже спорили, кто первой «случайно» прольёт на него зелье, чтобы завести разговор.

Я, присев на последнюю скамью, прикрыла лицо ладонью:

— О, боги… — пробормотала я. — Только этого и не хватало. Мне уже жаль нового препода. Хотя, кто откажется от внимания ведьмы? Разве что глупец… или влюблённый.

В этот момент дверь распахнулась с драматической силой. Холодный сквозняк ворвался в класс, заставив свечи мерцать, а учебники слегка покачнуться на местах. Все головы мгновенно повернулись к входу, а шёпот стих до едва слышного шуршания. Даже воздух будто замер, готовясь к появлению того самого, нового, загадочного преподавателя.

В класс вошёл он. Дариус Вейл. Мрачный, высокий, в чёрном, будто из самой преисподней сошёл. Взгляд острый, холодный.

Ведьмы вокруг меня синхронно ахнули. Кто-то уронил перо. Лира толкнула меня локтем:

— Мира! Ты это видишь?!

А я лишь почувствовала, как брачная татуировка на запястье горячо отозвалась.