Дворецкий поднёс лорду Бэнкрофту вино на одобрение, затем бесшумно обошёл стол и наполнил бокалы. Высокий лакей появился с серебряной супницей; за ним следовал другой, помогавший разливать суп из говяжьей грудинки. Соблазнительный аромат поплыл над столом.

— Я знал вашего отца, ваша светлость, — сообщил герцогу лорд Бэнкрофт.

Элдридж сидел напротив Кендры. Он посмотрел на хозяина.

— Вот как? И при каких обстоятельствах вы были знакомы? Не припомню, чтобы отец когда-нибудь упоминал вас.

— Нет, пожалуй, мне следует выразиться точнее. Наша встреча была недолгой. — Бэнкрофт взял ложку. — Тридцать семь лет назад, в замке Элдридж, — задумчиво произнёс он, и на губах появилась странная маленькая улыбка. — Вас тогда в замке не было, зато там находились две ваши сестры и брат.

Голубые глаза Элдриджа смягчились.

— Мне было восемнадцать. Вероятно, я тогда находился в Лондоне, где мне выпало счастье познакомиться с моей будущей женой на лекции в Королевском обществе.

— Приятное воспоминание. Прошу прощения — я не помню её имени.

— Арабелла, — тихо сказал Элдридж.

— Не сомневаюсь, вы сразу покорили её сердце.

Герцог улыбнулся.

— Нет, мне пришлось ждать. Арабелле тогда было всего пятнадцать. Её отец, сквайр небольшого поместья в Сомерсете, лишь ненадолго приехал в Лондон. Следующие три года мы переписывались, пока Арабелла не вышла в свет на свой первый сезон. Я твёрдо решил сделать так, чтобы он стал для неё последним.

— Её семья едва ли могла отвергнуть наследника герцогского титула, — заметил Бэнкрофт.

Леди Уинифред посмотрела на герцога.

— А где ваша жена, ваша светлость?

— Она умерла много лет назад.

— Мне жаль, — пробормотала она с такой прохладой, что сочувствие явно диктовалось скорее правилами приличия, чем настоящим чувством.

Кендра посмотрела на Бэнкрофта.

— Вы так и не сказали, как давно были знакомы с мистером Стоуном, милорд. Вы знали его до того, как он приехал в Ист-Динглфорд и стал управляющим вашей фабрики?

Бэнкрофт зачерпнул суп и поднёс ложку ко рту. Кендра задумалась, не делает ли он то же, что они с герцогом делали в гостиной: намеренно тянет время, чтобы успеть выстроить ответ.

— Нет, — наконец произнёс он и снова погрузил ложку в суп. Его чёрные глаза сверкнули. — Почему вы спрашиваете?

— Я слышала, что до мистера Стоуна у вас был другой управляющий. — Она тоже попробовала суп. — Многие удивились, когда вы его уволили и наняли мистера Стоуна.

— За весьма короткое время вы успели раздобыть немало сведений, мисс Донован.

Кендра улыбнулась и ничего не ответила. При встрече с его тёмными глазами кожа снова покрылась мурашками; в них таилась насмешка.

— Разумеется, не всё, что вы узнали, соответствует истине, — продолжил он. — Я не увольнял мистера Мюррея. Он сам подал в отставку, а я её принял — должен добавить, с большим сожалением. Он управлял фабрикой Бэнкрофта с самого дня её открытия в 1789 году. Именно мистер Мюррей и рекомендовал мистера Стоуна себе на замену.

Кендра нахмурилась.

— Насколько я понимаю, мистер Мюррей был довольно набожным человеком. А мистер Стоун... не был.

Губы Бэнкрофта изогнулись почти в улыбке.

— Рекомендации при найме дают не потому, что восхищаются душой другого человека, мисс Донован, а потому, что ценят его деловые качества.

— Судя по тому, что я слышала, мистер Стоун не слишком преуспел ни в первом, ни во втором.

Граф положил ложку и взял бокал вина.

— Мистера Стоуна не любили во многом именно потому, что в делах он был хорош.

— То есть потому, что хорошо увольнял людей.

— Иногда это необходимо. — Бэнкрофт пожал плечами. — Особенно когда совершенствуются машины. Фабрика — не благотворительное заведение.

— И всё же я слышала, что эта часть работы доставляла ему удовольствие.

Бэнкрофт снова занялся супом.

— Как я уже говорил, мистер Стоун управлял моей фабрикой, но другом мне не был.

Леди Уинифред натянуто улыбнулась.

— Само предположение нелепо. Мы с мистером Стоуном и его женой принадлежим к совершенно разным кругам.

То, как она произнесла слово женой, с резкой ноткой презрения, напомнило Кендре раздражение Лавинии Стоун, когда та говорила о Бэнкрофте и его дочери. Глядя на высокомерное выражение лица леди Уинифред, Кендра прекрасно понимала, почему Лавиния её недолюбливала.

— Но вы наверняка знали, что мистер Стоун не слишком добросовестно исполняет свои обязанности, — продолжила она. — Ведь вы наняли мистера Биддла.

Бэнкрофт отодвинул пустую тарелку.

— Я собирался нанять помощника управляющего ещё при мистере Мюррее. Фабрика Бэнкрофта — крупное предприятие; вполне разумно, чтобы ею руководил не один человек.

— Теперь вы назначите мистера Биддла главным управляющим? — спросила Кендра.

— Возможно. Я ещё не думал об этом всерьёз.

— Он и так выполнял большую часть работы по управлению фабрикой. Нам сказали, что мистер Стоун предпочитал посвящать время другим занятиям.

Бэнкрофт посмотрел на неё с явным amusement.

— Снова поражаюсь, сколько информации вам удалось собрать за столь короткое время, мисс Донован.

От необходимости отвечать её избавило возвращение дворецкого и лакеев, которые убрали посуду перед вторым блюдом. Кендра откинулась на спинку стула, по-прежнему удивляясь тому, в какой грандиозный спектакль аристократия превращала вечернюю трапезу. Комнату заполнили аппетитные запахи: слуги принесли блюда с голубями и тушёными зайцами, а к ним — морковь, нарезанную тонкой соломкой, отварной картофель и брюссельскую капусту. Каждое блюдо сопровождали соусники с густой коричневой подливой, растопленным маслом и разнообразными желе.

— Вам было известно, что мистер Стоун имел репутацию карточного шулера? — спросила Кендра, когда дворецкий снова наполнил бокалы и удалился.

— Слухи и домыслы, — отмахнулся Бэнкрофт. Он взял нож и вилку и быстро разделался с голубем на своей тарелке.

— Обвинения в шулерстве нельзя так легко отбрасывать, — заметил герцог. — Вы хотя бы проверили их, милорд?

Бэнкрофт прожевал кусок мяса и только после этого ответил, словно тщательно взвешивая слова.

— Думаю, вы имеете в виду случай в зале собраний. Кажется, прошлой весной.

— Да, — сказала Кендра.

Граф наколол на нож кочанчик брюссельской капусты, откусил и задумчиво прожевал.

— Насколько помню, один фермер обвинил мистера Стоуна в том, что тот обманул его во время игры. Уинифред, ты не припомнишь фамилию этого человека?

— Папа, право же. — Она болезненно улыбнулась, поднимая бокал. — Неужели ты ожидаешь, что я стану помнить фамилию какого-то фермера?

— Тёрнер! Да, мистер Тёрнер. — Бэнкрофт посмотрел на Кендру. — Я знаком с ним лишь поверхностно, однако он слывёт человеком чрезвычайно неприятным. Вам не мешало бы им заинтересоваться.

— Заинтересуемся. — Кендра попробовала морковь. Еда была неплохой, но, похоже, месье Антон успел её избаловать. — Где вы находились вчера между тремя и шестью часами, милорд?

Смягчить такой вопрос было невозможно, да Кендре и хотелось увидеть реакцию Бэнкрофта. Осознание того, что человек попал под подозрение в расследовании, вызывало самые разные чувства — от шока до оскорблённого негодования.

Бэнкрофт лишь заинтересованно поднял брови.

— Считается, что мистер Стоун умер именно в это время?

— Да.

— И откуда вы знаете, что он был убит в этот промежуток?

— На это указывают вещественные данные, — осторожно подбирая слова, ответила она. — Мистер Биддл сказал, что оставался со Стоуном примерно до половины третьего. Констебль сейчас опрашивает рабочих, чтобы выяснить, видел ли кто-нибудь мистера Стоуна после этого. Возможно, удастся ещё сузить временной промежуток.

Бэнкрофт внимательно посмотрел на неё.

— Вы чрезвычайно необычная женщина, мисс Донован.

Что на это ответить? По мнению Кендры, это звучало почти как «вы уродец».