— Да ладно... — протянул голос, когда я была готова что-нибудь сделать. — Вот это я отлучился. Слушай, Ива, а тебя одну вообще можно оставить?

Этот наглый молодой бог предстал перед нами в своём прозрачном виде. Его силуэт мерцал, но глаза смотрели по-отечески. Я нахмурилась, пытаясь скрыть раздражение. Ну и угораздило же меня связаться с ним.

— Конечно, можно, — ответила я, подхватывая малышку на руки. Она с интересом наблюдала за парнем. — И что вообще происходит?

Он усмехнулся:

— Ну, во-первых, я просто не мог тебя оставить одну. Мир как-никак мой. А во-вторых... — он сделал паузу, будто раздумывая стоит ли продолжать. А я не стала намекать, что мир ещё не его. — Знаешь, я не могу не вмешаться, особенно когда происходит что-то интересное.

Я вздохнула, понимая, что спорить с ним бесполезно.

— Ладно. Помоги разобраться с магией, — попросила я.

Молодой бог нахмурился и огляделся.

— Магия времени... Я придумал!

Он достал записную книжку из кармана и что-то в ней написал. У меня по венам потекла чистая лава, захотелось закричать, но всё закончилось так же быстро, как и началось.

— О, ничего себе, — я сделала несколько пассов, ускоряя и замедляя время. — Круто!

— Да, я и так могу, — усмехнулся он. — Просто иногда нужно придумать. И вот я придумал как тебе овладеть магией быстрее.

— Я могу управлять остальными вашими "подарочками"? — я не чувствовала в себе других магий.

— Если они тебе понадобятся — да, — подтвердил он.

— А с этими что делать, решать тебе, — безразлично пожав плечами, он посмотрел на дракона и его пассию. Но я заметила заинтересованный взгляд.

— Пусть живут и радуются, — ответила я, не поддавшись на его уловку.

— Дядя, — малышка указала на парящего парня. — Дядя летает.

— Она меня видит! — воскликнул он, будто для него это значило очень многое.

— Да, я же тебя вижу, — ответила я. На его лице расплылась блаженная улыбка.

— Она меня видит, — прошептал он и испарился, оставив меня в недоумении.

— И что это было? — спросила я себя, не ожидая ответа. Надо будет выяснить в следующий раз, почему он так себя повёл.

— Ну что, Амели? Будем исправлять? — малышка с серьезным видом кивнула, и я, сделав пасс рукой, вернула время в обычное течение.

— Что ты делаешь? — прошипела блондинка, сверкая глазами и смотря как с нее стекает оранжевая жижа. — Да я тебя!

Руала перевела взгляд с юбки и увидела малышку у меня на руках. Ее глаза вспыхнули злобой.

— Массимилиано! Почему эта мелкая паршивка в столовой? — спросила она властным тоном, словно хозяйка замка.

— Убери ребенка, — приказал дракон, поднимая на нас с Амели холодный, злой взгляд.

Глава 3

— Убери ребёнка, — повторяет Максимилиано, и в его голосе больше нет приказа. Там угроза?

Я медленно выпрямляюсь, прижимая к себе Амели. Девочка не плачет. Она смотрит на отца слишком взрослым взглядом.

— Нет, — спокойно отвечаю я.

В столовой становится совсем тихо. Кажется, даже слуги перестают дышать.

— Ты… — он резко встаёт и шагает ко мне. В воздухе ощутимо дрожит магия. Тяжёлая. Давящая. Драконья.

Я чувствую, как внутри что-то отзывается — нет, не страх, это ярость.

— Ты пугаешь ребёнка, — тихо говорю я. — Отойди.

Руала нервно дёргается и смеётся:

— Ты в своём уме? — с презрением спрашивает она меня. — Максимилиано, она что, забыла, кто перед ней стоит?

— Я прекрасно помню, — поворачиваюсь я к блондинке. — А вот ты, похоже, забыла, где находишься.

Ярость клокочет, а моя ладонь ощутимо нагревается. На этот раз я не позволяю магии вырваться.

— Максимилиано, — продолжаю я, отвернувшись от нахалки и не отрывая от него взгляда. — Ты можешь кричать, приказывать, пугать меня. Но ещё хотя бы раз посмотри на неё так — и я не отвечаю за последствия.

Он замирает. На краткий миг, всего на один вдох, его глаза вспыхивают ледяным серебром.

Амели всхлипывает и утыкается мне в шею, и я понимаю. Дракон боится. Он боится свою собственную дочь. Вернее, её магию.

— Уведите леди Руалу, — глухо говорит он слугам, не глядя на любовницу.

— Что?! — она вскакивает. — Ты выбираешь её?!

— Я никого не выбираю, — отрезает он. — Мне важен ребёнок.

Руала побледнела. На её лице отчётливо выделялись скулы с красноватой чешуёй. Она тоже дракон?

— Ты ещё пожалеешь, — прошипела она, проходя мимо и задевая меня плечом.

Я стою посреди столовой с ребёнком на руках, а дракон практически дышит огнём, стоя напротив.

— Мы поговорим, — наконец говорит он. — Позже.

— Мы поговорим сейчас, — твёрдо отвечаю я. — Или ты продолжишь делать вид, что я — пустое место?

Он долго смотрит на меня. Потом медленно кивает.

— Отнеси Амели в детские покои, — говорит он уже мягче. — Я подойду к тебе в комнату позже.

Я разворачиваюсь, не дожидаясь, пока он передумает, и выхожу из столовой.

Ребенку действительно не стоит находиться при нашем разговоре.

Я укладываю Амели на дневной сон и долго сижу рядом, пока её дыхание не становится ровным. Девочка держит меня за палец даже во сне, словно боится, что я исчезну.

— Я рядом, — шепчу я, сама не зная, почему это говорю.

Выхожу из комнаты, и когда дверь тихо закрывается за мной, я чувствую его присутствие раньше, чем вижу.

Он стоит у окна. Спина излишне ровная, напряжена. Яркий солнечный свет скользит по его плечам, подчеркивая напряжённую осанку.

— Ты опоздал, — спокойно говорю я.

— Я дал тебе время, — отвечает он, не оборачиваясь.

— Ты дал себе возможность сбежать, — поправляю я, прожигая его спину гневным взглядом.

Он медленно поворачивается.

Взгляд холодный, он собран, идеально контролирует эмоции. Но я уже вижу трещины. Вижу в столовой.

— Ты изменилась, — говорит он, констатируя факт, и в его голосе проскальзывает уважение.

— Нет, — скрещиваю руки на груди. — Я просто перестала быть удобной.

Он прищуривается, сканируя меня взглядом.

— Ты забыла, кто я?

— А ты забыл, кто я, — спрашиваю я, не скрывая раздражения. — Или мне напомнить? Я твоя законная жена. Мать твоего ребёнка. Хозяйка этого замка, в конце концов!

— Формальности, — бросает он, скривившись, словно зуб заболел.

Я усмехаюсь.

— Для тебя, возможно, это формальности, а для мира нет.

Массимилиано подходит ближе. Магия сгущается, воздух становится плотнее, ощутимее.

— Ты вмешиваешься, — его голос становится угрожающим. — Магией. При ребёнке.

— При дочери, которую ты практически доводишь до истерики, — подчеркнуто спокойно отвечаю я.

Он резко отворачивается, тяжёлый вздох заставляет затрещать пиджак на его спине.

— Ты не понимаешь, — процеживает он. — Она опасна.

— Нет, — делаю шаг к нему. — Это ты опасен. Ты со своей шваброй!

Он резко разворачивается. Во взгляде на долю секунды замечаю замешательство.

— Ты понятия не имеешь, что она унаследовала, — рычит он, делая шаг ко мне.

— Тогда объясни, — поднимаю подбородок. — Или ты только приказываешь?

Молчание затянулось. Массимилиано сверлит меня взглядом.

— Амели утверждает, что видит богов, — глухо говорит он. — Это невозможно. Они ушли из нашего мира. Дамария погибает без них.

Я замираю.

— Уже нет, — отвечаю я, не тушуясь.

Он смотрит на меня пристально и неверяще. Его взгляд слишком сканирующий.

— Что ты хочешь этим сказать? — почти на грани слышимости просит он.

— Я? Ничего, — просто говорю я. — Только вот… кажется, Амели разбудила в себе магию времени.

Он закрывает глаза.

— Ты даже не представляешь, что натворила, — говорит он.

Я пропускаю выпад в свою сторону. Не сейчас. Пусть думает, что я крайняя, а он самый лучший отец во всех мирах. Я еще докажу обратное!

— А ты представляешь, что творил всё это время? — мой голос становится жёстче. — Ты позволяешь этой… женщине оскорблять меня. Ты позволяешь ей жить рядом с нами! Ты позволяешь лишить меня магии. И ты позволяешь отравить меня.