— А я что делать? — подала голос вцепившаяся в руку Важека Эллирэ.

— Растопишь печь и еду горячую приготовишь. Продукты я взял с собой, котелком нашим обойдёшься. Мы гости в этом мёртвом мире, будем соблюдать правила.

— Одна быть? — в разноцветных глазах отразился неподдельный страх.

— Какое-то время, да. Можешь, конечно, пойти помочь Важеку, но всё-таки было бы лучше заняться печью.

— Понять…

Грустный вздох, однако Тайлер не сомневался — поступит как велено. Эллирэ отличалась прекрасной исполнительностью, да и, как говорилось: глаза боятся, руки делают. Ничего ужаснее мертвых людей в деревне всё равно не было и, видевшая энергию горная эльфийка, не могла этого не понимать.

— Я быстро управлюсь, только пойму причину всех этих бесчинств, а пока… — Тайлер не успел закончить мысль, так и застыв с приоткрытым ртом. Прямо напротив него воздух шёл рябью, словно сквозь невидимую преграду пыталось прорваться что-то иное. Тайлер многое в своей жизни повидал, но с подобным столкнулся впервые. Рябь принимала очертания человеческого силуэта. И это был не дух и не призрак. Стоило сделать несколько шагов назад, как видение растаяло.

— Вы это видели? — очень тихо поинтересовался Тайлер у спутников.

— Ты меня пугаешь такими вопросами. А ещё сильнее — когда таращишься с минуту в пустоту, — тут же отозвался встревоженный Важек. — Там ничего нет.

— Я чувствовать странное… Не видеть…

— Да уж, страннее не придумаешь… Я будто магического артефакта коснулся. Хм, может, он и есть?

— Ты хочешь сказать, что тут всё-таки маги прошлись? — теперь уже Важек сам испуганно вцепился в Эллирэ.

Тайлер раздражённо зарычал. Ещё ему тут истерик не хватало. Трусливый кошак запросто мог дать дёру в направлении Малых Кривушек, наплевав на все уговоры. Ещё и эльфийку пугает почём зря.

— Я не говорил маги. Артефакт, если это он вообще, мог попасть сюда как угодно. Чаще всего магией заряжают украшения всякие, а их и воруют, и с трупов снимают, а потом перепродают. Так что заткнись и не паникуй на пустом месте, я сам разобраться хочу, с чем дело имею.

Тайлер вновь шагнул вперёд, всматриваясь в колебания воздуха. Ещё шаг. Силуэт начал обретать женские черты, но был всё такой же нечёткий. Ещё шаг. Слабый запах, едва уловимый. Так пахла магия. Тайлер махнул Важеку, чтоб оставался на месте, а сам увереннее пошёл по следу. Силуэт призраком следовал за ним, то размываясь, то обретая чёткость. Кто-то или что-то указывало путь. Холод отступил на задний план. Тайлер уверенно шагал вперёд, пока не наткнулся на второй труп. Нечеловеческое зрение выхватило ярко-голубую искорку, пульсирующую в снегу. Человек умер так же, как и предыдущий, но дыра зияла вовсе не в груди. Ему проломили череп. Тайлер опустился рядом, разгребая онемевшими пальцами снег, пока не наткнулся на источник свечения. Серёжка. Голубая капелька в обрамлении серебра.

— Сюда идите. Я нашёл кое-что.

Артефакт не создавали специально, да и заряжен он был не совсем магией. Украшение впитало в себя энергию не стихийную, жизненную… Так случалось, когда человек очень сильно любил какую-то вещь, прикипал к ней душой и сердцем. На ней всегда оставался след.

— Здравствуй, Хозяйка, — тихо произнёс Тайлер, склонив голову перед силуэтом. Он знал, что это не призрак, лишь «отголосок памяти», чьей, пока не было понятно. Но привычное обращение к потусторонним сущностям настраивало на рабочий лад, развеивало тревогу. Мертвых не за чем бояться. — Отведи меня домой, и я помогу тебе обрести вечный сон.

— Он слышать? — шёпотом спросила Эллирэ и добавила ещё тише, судя по всему, Важеку: — Мы бежать быстро, если он опасно? Важек Эллирэ бросать не.

Отличные спутники, один храбрее другого! Мнимая опасность удивительно сближала, смотревшая на Важека волком всю дорогу Эллирэ за шею его руками обхватила и в глаза так трепетно смотрела, хоть слезу умиления пускай.

— Нет здесь никого. Это привычка моя с призраками общаться так срабатывает. Я вижу след чужой памяти, запечатанный магией в предмете. Он женщине какой-то принадлежал. Дорожила при жизни. Но её тут нет, ясно вам? Эллирэ, ты духов видишь, значит, и призраков тоже должна. А ты, трусливый комок шерсти, обязан знать, что к нам потустороннее за помощью обращается, а не в целях убить. Тут даже обратиться некому. Прислушайся. Выжжено всё дотла. Духи лесные и те разбежались.

Тайлер раздражённо сплюнул под ноги и продолжил путь, не оглядываясь на двух впечатлительных идиотов. В ладони теплом отзывалась серёжка, впитывая его собственную энергию.

Темнело. След вёл не к видневшейся впереди деревне, а куда-то в сторону. Тайлер свернул, прислушиваясь к интуиции. Следующим предметом, зацепившимся за ветки кустарника, стала расшитая лента для волос. Она так же отзывалась голубой искрой. Силуэт обретал форму. Теперь можно было рассмотреть русые волосы, заплетённые в традиционную причёску северянок. Нездешняя?

— Не отставайте. Я знаю, куда нам идти. В той стороне озеро. Я бывал тут единожды, когда в край этот оборотень забегал, а деревенские подумали, что злой дух беснуется. Давненько это было.

Внутри заворочалось нехорошее предчувствие, заскреблось острыми когтями. Невыносимая тоска навалилась камнем на душу.

— Тайлер! — он аж подпрыгнул от неожиданности и уже собирался выплюнуть в сторону Важека парочку проклятий, чтоб не вопил так почём зря, но лишь выругался себе под нос, буквально подбегая к находке.

Алтарь. Возведённый в честь озерного ши’анари. Монолитный камень растрескался, почернел от пролитой на него крови. И ни фрукты, ни вино, ни драгоценности не возлежали на нём, а человеческая голова. Остальные части тела раскидало по всей округе.

— Староста Миран, — Тайлер оскалился, оглядываясь по сторонам. — Его убили иначе. И это нечеловеческих рук дело. Человеческая жертва даёт больше сил существу, привязанному к своему источнику. Это позволяет отойти дальше очерченных границ. Но для ши’анари это всё равно смерть. Отсроченная. Алтарь расколот. Озеро молчит. Этот край лишился своего сердца.

— Дух убить себя, — тихо сказала Эллирэ. — Но зачем делать это?

— Не знаю. Возможно, мы найдём ответы в его доме.

Глава 5

Горы подпирали заснеженными вершинами небосклон. Отзывались болью в сердце, напоминая о далёкой родине, о восточном хребте, где в недрах скал жили малым поселением горные эльфы.

— Чего стоишь с открытым ртом? — на плечо опустилось костлявое запястье. — Не тебе горам удивляться.

— Скучать, — одними губами прошептала Эллирэ.

— А должна думать о случившемся, пойдём на озеро поближе посмотрим.

Подле гор, в низине, блестела замёрзшая вода. Эллирэ закрыла левый глаз, всматриваясь в безжизненную поверхность, в неестественную черноту. Вдоль спины пробежали мурашки, подходить к мёртвому озеру близко не хотелось, но Важек, крепко схватив её за руку, потащил за собой через сугробы к берегу.

— Слышала легенды, в которых ши’анари влюблялись в смертных? Детям часто рассказывают сказку про Деву-Розу, лесного духа, которая влюбилась в мужчину, а тот её предал и сбежал. Но то враньё всё, думаю, сама знаешь почему.

— Дух женщина быть не может, — кивнула Эллирэ.

— Именно. Да и предавший ши’анари далеко не убежит. Последствия всегда нагоняют глупых людей, посмевших лезть к миру потустороннему. Наши, лесные, людей сторонятся. Разве что молодые иногда поближе к поселению подходят, любопытствуют. А этот совсем рядом с деревней… Вон домик какой-то стоит. Странно. Обычно ши’анари в источнике обитать предпочитают, чем вот так по-человечьи жить.

* * *

Тайлер кружил вокруг дома, постепенно подбираясь ближе. Что-то гнало его в другую сторону, сдерживало, едва ощутимо. Будто заклинание, почти утратившее силу после гибели того, кто его сотворил.

— Важек, сюда иди. Чуешь магию или это у меня уже с головой непорядок? Это же «Завеса» твоя любимая?