— Кто это был? — осипшим голосом промямлила девушка.

— Ты что, котов никогда не видела?

— Котов видела, а кото-человеков — никогда!

— Что-о-о? — у Глеба глаза на лоб полезли. — Ты видела?

— А как я могла его не видеть? — завизжала Марианна. — Он сидел вот тут на подоконнике, в трёх шагах от меня. И пялился на тебя совершенно кошачьими глазами на совершенно человечьем — только мохнатом — лице! Или морде? Я не знаю, как правильно называется эта часть тела у таких… хм… животных.

Теперь уже Глеб смотрел на девушку, как кот недавно на него — не мигая. Парень весь как-то подобрался, словно был готов ко всему в любую секунду — хоть убегать, хоть драться.

— Что я сказал сейчас? — спросил он, когда, по-видимому, ему надоело играть в гляделки и с Марианной.

— Ты спросил «ты видела»?

— Это давно. А потом?

— А потом ты молчал.

Глеб снова пристально посмотрел на неё. Марианна потёрла виски. Всё это начинало напоминать дурной сон. Может, её разморило на солнышке, и на самом деле она сейчас сидит на какой-нибудь скамейке из тех, что густо усеяли набережную, и дремлет?

Девушка уже собиралась распрощаться со случайным знакомым, который так отчаянно не хотел быть спасённым — ну и фиг с ним, так ему и надо — но не успела и рта раскрыть, чтобы попрощаться, как Глеб, кивнув кажется сам себе, схватил её за руку и поволок за собой. Сначала шагом, потом всё ускоряясь. Наконец, парень перешёл на бег, и Марианна, даже не успевшая спросить, что происходит, была способна лишь часто дышать и периодически посматривать по сторонам — не встретятся ли полицейские, внимание которых можно было бы привлечь к своей сложной судьбе? Но полицейских, как и вообще прохожих, на их пути не наблюдалось. Зато через пару переулков снова появился кото-человек. Он прыгал по крышам невысоких домов, в точности повторяя маршрут бегущих людей.

Сначала Марианна устала считать повороты, потом ей надоело запоминать количество домов, оставшихся позади, а потом и вовсе перестала узнавать местность любимого города. «Кажется, Глеб — профессиональный бегун. Или вовсе не человек», — думала девушка. Вон даже не слышно, как он дышит. Хотя её тяжёлое от бега дыхание, наверняка, слышно на пару кварталов вокруг.

— Больше не могу, — жалобно проскулила девушка, когда ремешки на её греческих сандалиях так натёрли ноги, что, кажется, со щиколоток скоро кожу можно будет снимать слоями. Глеб остановился, оценил ситуацию и, тут же подхватив Марианну на руки, помчался дальше. Отчаявшись хоть что-нибудь понять в происходящем, девушка обняла парня за шею и уткнулась носом в пульсирующую возле его уха жилку.

— Не сопи в шею, щекотно, — хохотнул Глеб. — Скоро будем на месте.

«Может, всё-таки человек, — дала шанс новому знакомому девушка, — И даже пахнет приятно».

Когда Глеб остановился возле зелёного дома на углу набережной Фонтанки и Гороховой, солнце уже клонилось к закату, прощаясь с ошалевшим от тёплой ласки городом сочно-малиновыми всполохами, обещавшими скорую встречу и надежду на яркие сны. Марианна размяла затёкшие руки и огляделась. Да ведь это знакомое место! Вот там во дворе её колледж.

— Ничего не понимаю, — нарушила тишину девушка. — Мы бежали от набережной Обводного так, что дух вон. Петляли незнакомыми улицами, а оказались здесь, в центре? Я знаю этот дом, всегда, проходя мимо, любуюсь этим ризалитом. Смотри, какие круглые гладкие колонны портала и балясины, похожие на кувшины!

— Угу, — буркнул парень, явно не разделяя восторгов Марианны по поводу архитектурных достоинств здания.

— Почему было сразу сюда не пойти?

— Нельзя. За нами следили. Об этом месте никто не должен знать, — ответил Глеб, но понятнее не стало.

— А кто за нами следил?

— Враги.

— А как ты узнал о них? Я никого не заметила.

— Грош сказал.

— Грош — это тот кото-человек? Сказал⁈

— Но ты же видела, что он не совсем кот.

— Да… совсем не кот… — Марианна почувствовала резкий укол интуиции. «Надо бежать», — пронеслось в её голове, и ноги тут же понесли её к набережной. Но Глеб уже через секунду оказался рядом и резко остановил, больно схватив за руку.

— Прости, но я не могу тебя отпустить, — тихо сказал он, глядя девушке в глаза своим невозможным светлым ультрамарином.

— Отпусти, больно, — попросила Марианна. Ей стало ужасно обидно за себя. У неё ведь был прекрасный день. А потом она просто захотела помочь. И чем это обернулось? Во что она вляпалась?

— Совсем никогда не отпустишь? Или только сейчас? — девушка пыталась говорить спокойно.

— Пока не поговорим с моими и не поймём, что делать дальше.

— С твоими?

Пока Глеб думал, что ответить, к зелёному дому на бешеной скорости подъехал чёрный паркетник с наглухо затонированными стёклами и с визгом затормозил. Из автомобиля вылез высокий, широкоплечий мужчина в безупречном чёрном костюме. Его смоляные волосы были коротко подстрижены, а светлые глаза отдавали больше в серый, чем в голубой. Однако Марианна взглядом, привыкшим замечать и зарисовывать мельчайшие детали интересных объектов, не могла не заметить родственное сходство мужчины с Глебом. Особенно, когда тот подошёл к парню и так же пристально и не мигая, посмотрел ему в лицо.

«Снова эти гляделки! — подумала Марианна. — Что это за ритуал такой у них странный?»

Но, присмотревшись, она поняла, что это вовсе не игра. Мимика мужчины менялась. От вполне приветливой и интересующейся до неприязненной и гневной. Кажется, он злился! А лицо Глеба становилось всё более растерянным и виноватым.

«Они что же это — разговаривают? Мысленно?» Это открытие так поразило Марианну, что она чуть не заорала на всю улицу «Нифига себе!» Но вовремя сдержалась, тем более что строгий взгляд серых глаз устремился прямо на неё, буквально прожигая насквозь. «А ведь Глеб думал, что и я так умею, — вспомнилось девушке. — Когда в том узком переулке спрашивал, что он сейчас сказал. Интересно, где, по его мнению, я могла научиться читать мысли?»

— Она? — наконец, разомкнул губы незнакомец. Парень кивнул.

— Наверх её.

— Но…

Мужчина отмахнулся от слабого протеста молодого человека, бесцеремонно схватил Марианну за руку и потащил в дом через небольшую дверцу у самого цоколя. Дверца была настолько низкой, что даже девушке пришлось пригнуться, чтобы не стукнуться темечком о проём. А как через неё протискивались мужчины — вовсе было загадкой.

Внутри помещения, в котором оказались Марианна со спутниками было темно, хоть глаз коли. Пахло сыростью и котами. Под ногами что-то неприятно хрустело. Мужчина снова схватил Марианну за локоть и повёл вперёд.

— Не надо меня тащить. Больно, — прошипела девушка.

— Отпусти, она пойдёт сама, — вступился Глеб. Хватка ослабла. А потом мужчина и вовсе убрал руку и ушёл вперёд. Рядом с Марианной возник Глеб.

— Ничего не бойся, — прошептал он. В его интонации слышались лёгкая тревога и словно бы попытка извиниться. — Идём.

— Я не вижу куда идти, — в ответ прошептала девушка. Глеб бережно взял её за руку, легонько сжав тонкие прохладные пальцы, и повёл вперёд.

— Ай! — Марианна споткнулась обо что-то на полу и чуть не полетела носом. Хорошо, что парень среагировал мгновенно и удержал её руку.

— Да ты совсем не можешь идти в темноте, — констатировал он. — Подожди секунду.

В тишине послышались щелчки пальцами и прямо перед лицом Марианны возник светящийся шарик. Он парил в воздухе сам по себе и не был похож ни на один ранее виденный ею источник освещения. Свет, исходящий от шарика, был тёплым, как от свечи, но воздух вокруг не нагревался. Чудо-светильник ненадолго завис перед их лицами, а потом уверенно полетел вперёд, освещая дорогу по тёмному подвалу.

Пыльный коридор, узкий лаз, ведущий в просторный холл, в центре которого — винтовая лестница, металлическим локоном вьющаяся вокруг высоких, уходящих высоко вверх колонн. В луче шарика колонны светились зловещим зеленоватым светом, и Марианну охватило предчувствие чего-то совсем не хорошего.