— Давай, взорви мой ошейник. Сдохнем вместе, любимый брат.

Ему мешала моя голова, отодвинуться он не мог, однако ловко выудил из рукава тонкое лезвие и одним движением рассек косу, освобождаясь за секунду. Отпихнул меня от себя и тотчас вновь схватил за грудки. Незачем активировать мой ошейник, если можно всадить лезвие мне в горло.

С громким криком в него врезался Вирней. С ног не сбил, но хотя бы остановил движение руки и вынудил ослабить захват. Меня схватили сзади прямо за укороченные волосы, рывком швырнули в сторону — но скорее не для того, чтобы спасти, а чтобы поинтересоваться:

— Какого хрена тут происходит?!

— В двух словах не объяснишь, поэтому просто поспеши с выбором, Мякиш, — ответила я с невольной улыбкой.

Несколько гвардейцев тоже развернулись к Кейвару, обнажая мечи. А чего он хотел от бывших преступников? Верности до гроба? Ну, он их хорошенько кормил, только скоро ведь кормить уже не сможет.

У Кейвара высокий ранг, он нас всех мог раскидать несколькими ударами, однако замер и медленно повернул голову. Не мы его соперники, мы — жалкие букашки, а настоящий противник вон там: это он уже гогочет безумными голосами эртонцев, он забирается на стену и вбивает в расщелины флагштоки, это он подбирается к центральным воротам таранами. В этой жуткой волне нет Лиама Северта, вот только это уже ни на что не повлияет.

— Уничтожу… — прошептал Кейвар и вдруг оглушительно проорал: — Я уничтожу вас всех!

Означало это одно — он сдался. И единственное, что ему оставалось: успеть убить как можно больше врагов. А когда нечего терять — поздно и считаться с ценой: твари шахты материализовывались десятками и сразу бросались в атаку, за его спиной появлялись и люди — безоружные, но в посмертии все равно опасные, поскольку уже давно ничего не страшатся. Какие-то мужчины, женщины, Жозефина, Лода, Руперт… Как и когда-то Лиам, я не позволила себе даже замедлиться, не то чтобы погрузиться в печаль.

Но меня опередили. Один из архимагов в ужасе выкрикнул:

— Это же тлен!

— Что такое тлен? — не понял его товарищ.

— У короля тлен! — подхватил другой, а им вторили голоса людей, которые понятия не имели, о чем идет речь. И последних было абсолютное большинство.

На объяснения времени не было, тот первый архимаг проигнорировал опасных монстров и ударил прямо в Кейвара волной огня — король или нет, но подоплека важнее. Его не поддержали — наоборот, набросились сбоку, не представляя, отчего охранник вдруг сошел с ума и забыл о настоящих противниках.

Удивительно, но Кейвар увернулся от прямой атаки архимага, он чрезвычайно силен. Еще и как-то странно развернул руки, вздымая с пола синие вихри. Пока он жив, люди вокруг будут погибать, крики и хруст костей не прекратятся, у слепых хищников нет предела насыщения, остановить это следует как можно скорее.

Рядом со мной в ужасе застыл Фонарь. Он тоже специализировался на метательных ножах, поэтому сейчас держал один в руке, оцепенев от шока и продолжая бормотать:

— Как это? У нашего Имиля разве не такое же было? Ну, в тот день, когда его прямо на арене…

Я выхватила из его руки нож, подкинула на ладони, оценивая форму и вес, затем сразу метнула. Далеко не самая сильная моя сторона, но Кейвар отбивался от архимага, клинок проскочил между двумя синими волнами и вонзился ему в шею сбоку. Скорп опустил руки, осел на колени и упал лицом на камни.

Его убили все мы, я не справилась бы в одиночку, но тот факт, что именно мой простейший удар оказался решающим — какая-то первозданная чистая справедливость. Лиам не верил, что я смогу, да и я сама считала, что после мое сердце разорвется. Но сейчас я лишь ненадолго задержала взгляд на растекающейся по камням крови и подняла лицо, чтобы не упустить момент — посмотреть на развеивающуюся в воздухе фигуру Руперта. Невольно вздрогнула, поскольку в пустых глазах призрака не отражалось ни капли разума. Он просто исчез, поскольку больше не было того, кто способен его призвать.

Вопреки ожиданиям, шум не стих, а только нарастал.

— Это был тлен! Король был заражен тленом!

— Откуда здесь взялись шестиноги? Я точно видел шестиногу! Заклинание массовой галлюцинации?!

— Ректор заперт в академии. Надо привести его сюда — он точно все объяснит!

— О боги, да скажи уже прямо — о чем ты талдычишь? Другая форма магии? Почему я о ней не слышал?

Профессор Харро, кажется, не был ранен — он вообще не боец и непонятно, каким образом оказался на передовой. Сейчас мужчина зарыл пальцы в свои косички и жалобно скулил — не о своем погибшем господине, он пребывал в немыслимом потрясении от узнанного.

Вдали раздался почти спокойный голос Иристины:

— Все Скорпы были заражены. Сегодня это видели слишком много людей, чтобы что-то еще скрывать. Исчерпывающие объяснения вы получите чуть позже.

Она нашла меня глазами, подошла и произнесла тихо:

— Я рада, что ты жива, Мина. Хотя и это вряд ли твое настоящее имя. Прощаю тебе твою ложь, раз ты так достойно проявила себя на Рубеже и здесь. Ты не герцогиня, зато героиня будущих эпосов.

— Благодарю, ваше величество, — смиренно ответила я. — Что вас тревожит? Вы не выглядите счастливой, хотя победили почти без жертв.

— Я бы хотела, чтобы этой победы вообще не потребовалось, чтобы государством правил мой старший брат, чтобы всего этого не случилось. Но оно случилось, и уже завтра о тлене узнает каждый. Даже в тех странах, где тленных магов никогда не появлялось. Узнают и в Сольдо, это может нам помочь. И для всех создаст множество проблем. Я еще слишком слаба, чтобы бороться с могущественными преступниками, способными создавать армии монстров.

— Вы достаточно сильны, чтобы начать, — возразила я. — Я уже говорила свое мнение — если бы наши предки сразу огласили правду, то уже сейчас настал бы порядок. Они ошиблись, вы — нет. А просто вам в любом случае не будет, королевам не бывает просто.

Она грустно усмехнулась и вздохнула. Проговорила после паузы:

— Я прошу, чтобы вы с Лиамом остались. На Рубеже теперь спокойно, Аврей справится. А мне не помешает помощь таких надежных людей.

Я покачала головой:

— Не хочу… не смогу здесь остаться. Я больше не вижу себя в шелках и среди золотых стен. Вы легко обойдетесь без нас, ваше величество. Я знаю вас как самого справедливого и сострадательного человека, который всегда готов помочь. Может, разгадка как раз в том, что вас не готовили к короне, поэтому и не научили должной политической осторожности? Вы ничем не похожи на Скорпов, но и не будьте абсолютно похожи на Армундов — кажется, только вам и удастся найти баланс между порядком и человечностью, пусть это и займет некоторое время. Станьте немного Скорпом — в той части, где они хороши, вот только тогда Летея окончательно о них забудет, потому что начнет смотреть не в прошлое, а в будущее.

— Благодарю за совет. Ты довольно образованна для простолюдинки, — она многозначительно улыбнулась, а я вообще тихо рассмеялась. Шутку мы обе оценили, но вслух ее расшифровывать при свидетелях больше не полагается.

Как, оказывается, легко лишиться титула и не испытать притом никакой обиды. Мой трудный путь научил меня одному — жизнь, оказывается, очень проста, из любой ее точки можно начать сначала и стать тем, кем пожелаешь.

К радости Лиама Северта, мир сломался уже после того, как сломался сам Лиам Северт. А иначе его разум уже мог бы этого и не перенести, но сейчас все катастрофы воспринимались как рядовые события. Привыкший жить с полным порядком в мыслях, с некоторых пор он приспособился функционировать в хаосе. Оказалось, это не так уж сложно: открываешь глаза, куда-нибудь идешь, что-нибудь делаешь, притом можно даже ничего не говорить, закрываешь глаза и надеешься, что попал ровно к началу ночи. Раздражающим фактором стала Вильгельмина и их магическая связка — не будь этого, Лиам в какой-нибудь день решил бы, что больше открывать глаза незачем.