На семейном совете осенью две тысячи шестого года с участием вернувшегося из Нью-Йорка Адама, только получившего MBA, было принято решение о разводе супругов, передаче практически всего совместного имущества в управление сыну и объявлении «Ракушки» и всех принадлежащих Йоркам компаний нейтральной территорией, на которую не могут покушаться ни Лос-Сетас, ни правоохранительные органы.

Обсудив все детали, уже бывшие супруги разъехались и больше никогда не виделись друг с другом, лишь изредка передавая через Адама короткие сообщения с предупреждениями о грядущих акциях гангстеров или облавах ФБР.

Из немногочисленных принадлежащих Йоркам компаний образовался «Консорциум» — холдинг, во главе которого встал Адам Йорк.

Несмотря на крайне болезненное состояние и постоянную паранойю — а, может, благодаря ей — Адам оказался на редкость хорошим бизнесменом, и, лавируя между стремящимися переманить его на свою сторону родителями, получая одновременно поддержку и со стороны федералов, и со стороны Лос-Сетас, Йорк-младший с каждым днём увеличивал свою империю, поглощая оставшиеся не занятыми картелем фирмы одну за другой, до тех пор, пока таковых попросту не осталось.

Именно тогда Йорк начал подумывать о расширении границ «Консорциума» за пределы Ньюпорта...

* * *

Впервые за последние годы Лиза получила подарок на день рождения, когда ей исполнилось шестнадцать лет.

Кайрис приволок футболку из близлежащего океанариума, которую, по-видимому, с угрозами отобрал в магазине сувениров у выхода по дороге домой.

Батлер, предварительно посовещавшись с хозяином «Ракушки», подарил девушке найденный где-то в глубинах поместья старый аналоговый фотоаппарат, когда-то принадлежавший Холли Йорк.

Самый же ценный подарок она получила от Йорка — возможность отправить весточку родителям и Кейси.

Блондинка весь вечер сидела над пустым листом за столом в детской, пытаясь придумать, что можно написать людям, с которыми она не виделась уже несколько лет. После многократных неудачных попыток, заканчивавшихся отправкой очередного смятого листа в мусорную корзину, она всё-таки смогла завершить вымученное письмо родителям.

«Мам, пап,

Пишет Вам Лиза, ваша дочь (“Спасибо за уточнение, Германн”, раздался ехидный комментарий в голове девушки). Со мной все хорошо (“Да, это их точно успокоит”). Сейчас я нахожусь в безопасном месте, и даже смогла найти работу (“Вот этому-то они как обрадуются…”). Я по-прежнему не могу с вами связаться, но, надеюсь, в ближайшее время все изменится (“С чего бы это?”), и мы сможем всё-таки сходить на папины игры. Помните, что бы ни случилось, я всегда буду любить вас (“Ага, после того, как сбежала от них на несколько лет…”). Надеюсь, с вами все в порядке (“Пфф…”). Я скучаю по вам.

Искренне ваша,

Лиза».

Если блондинка думала, что написать послание родителям будет тяжело, то письмо Кейси оказалось сущим адом. Скомканная, иногда разорванная на сотни кусочков бумага бесконечным потоком летела в мусорную корзину, заполнив её практически до краёв. Однако в результате девушка получила текст, который хотя бы не хотелось сжечь при первом же взгляде. Только порвать.

«Привет, капитан (“Тебе что, до сих пор тринадцать?”).

Я знаю, я засранка. Прости, что не могла связаться с тобой все это время. Сказать по правде, я и сейчас не могу. Это письмо будет единственным в течение еще долгого времени. Честно, я даже не знаю, дойдёт ли оно до тебя и прочтёшь ли ты его. Прости, я так и не прочитала письма, которые ты присылала, пока я была в коме. Возможно, когда-нибудь ситуация изменится и мы сможем встретиться, но не сейчас (“Опять лжёшь, Германн”). Надеюсь, у тебя все хорошо (“Как оригинально…”).

С любовью (Девушка грустно вздохнула, чувствуя тошноту от того, какой пустой словесный мусор она отправляет лучшей подруге спустя столько лет, и резко-резко зачеркнула последнее слово, приписав в конце “приветом”),

Лиза».

Йорк собирался передать письма отправлявшейся в очередной рейд по Сиэтлу через Оушенсайд группе Михая, чтобы те кинули письма прямиком в почтовые ящики адресатов, минуя почту.

Запечатав конверты, и, не снимая резиновых перчаток, под которыми безумно чесалась кожа рук, блондинка отнесла их в уже ставший привычным кабинет брюнета.

Хозяин помещения, как обычно, сидел за излюбленным дубовым столом, уставившись в экран ноутбука, по которому медленно ползли какие-то графики.

Он неоднократно рассказывал Лизе что-то про фондовые рынки и финансовую систему в целом, однако из переполненных сложными терминами многочасовых лекций, прерываемых только приёмом многочисленных таблеток, девушка запомнила только основные отличия акций от облигаций и то, что штат Делавэр обладает едва ли не самым удобным корпоративным правом в стране.

Подобным образом проходили все занятия с Йорком: по экономике, юриспруденции, компьютерной безопасности и ещё нескольким дисциплинам, названия которых Лиза так и не смогла запомнить.

Занятия начались пару месяцев назад, когда в очередной раз запертому из-за аллергии на пыльцу в «Ракушке» брюнету пришло в голову, что можно тренировать девушку не только в расколе.

С тех пор практически в любое время суток блондинка должна была быть готовой к вызову по интеркому, сопровождающему каждый приступ красноречия Йорка.

По счастью, они случались лишь пару раз в неделю, зато, как правило, в самое неудобное время.

Потоки непроизносимых терминов, перемежающиеся с обвинениями Лизы в тупости, вызывали лишь желание уснуть и в лучшем случае оставляли в памяти разрозненные отрывки, слабо связанные друг с другом и общей темой лекции, от которой долговязого обычно уносило в первые же пять минут.

Брюнет, не отрывая взгляда от монитора, кивнул на край стола.

Девушка подошла и молча положила письма в указанное место. Она было собиралась уходить, когда режущий уши голос хозяина кабинета остановил её.

— Стой. Две новости.

— Начни с плохой.

— Обе так себе. Во-первых, я пробежался по паре медицинских сайтов, и заказал тебе клонидин. Он должен наверняка снизить давление. Прибегнем к симптоматическому лечению, альтернативы нет.

— Может, всё-таки сходить к врачу после следующей тренировки? Не обязательно же все ему рассказывать, можно что-нибудь придумать...

Резкий поворот головы брюнета, окатившего её полным презрения взглядом, заставил блондинку остановиться на полуслове.

Временами паранойя Йорка начинала раздражать... Хотя, для неё имелись поводы.

— Во-вторых, завтра с утра ты отправляешься с Кайрисом в спортзал. Будем улучшать ещё и твою физическую форму.

— Вот блядь... — непроизвольно выругалась шокированная перспективой ожидающих её уже через несколько часов адских мук Лиза.

— И не говори. — с садистским удовольствием произнёс хозяин кабинета, возвращаясь к экрану ноутбука, тем самым давая понять, что разговор закончен.

* * *

Сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Нагрузка невероятной силы давила на каждую мышцу тела, заставляя тонкие ноги блондинки судорожно заплетаться.

Пот ручьём тёк с её лба, обжигая солью глаза.