С усталостью от пережитого стресса, не позволяющей даже расплакаться, блондинка поняла, что скорее примет все то, что могут с ней сделать похитители, чем позволит родителям пострадать.

Лежащая на сиденье девочка не могла видеть местность за окном, но почувствовала, как автомобиль начал подниматься в гору, постоянно петляя. Проехав таким образом ещё несколько минут, бритоголовый остановил машину и выволок не пытающуюся сопротивляться блондинку наружу.

Впервые за долгое время Лиза оказалась на свежем воздухе.

На узкой улочке, обрывавшейся тупиком в нескольких метрах правее, где они оказались, царила глубокая ночь, и только стрекот кузнечиков нарушал тишину.

Единственным источником света, помимо звёзд и луны, был высокий фонарь в викторианском стиле, освещающий выложенную красным мостовым камнем дорогу к главному зданию единственного участка на улочке.

Широкий двухэтажный дом в греческом стиле был построен из желтовато-серого камня и увенчан четырехскатной крышей тёмно-медного цвета.

Высокие, во весь рост, окна-арки были наглухо закрыты шторами, так, что увидеть происходящее внутри было невозможно.

Лиза невольно поёжилась.

Что ждёт её внутри?

Какой-нибудь богатенький старый извращенец?

Убийца, которому нужна живая мишень для тренировок?

Незаконный тотализатор с боями без правил?

Поток домыслов девочки прервал бритоголовый, грубо толкнувший её вперёд и прошедший следом к широкой, утопленной в косяк из тёмного мрамора, дубовой двери.

Нажав на кнопку домофона, гангстер терпеливо ждал, пока видеокамеры на двери и на стене справа внимательно изучали его и пленницу.

— Я от Михая, с мясом. — стараясь звучать как можно более небрежно, бросил он, однако блондинка заметила нервозность пленителя.

Куда же её привезли, раз вооружённый бандит боится здесь находиться?

Дверь по-прежнему оставалась закрытой, и с каждой секундой бритоголовый переминался с ноги на ногу все более нетерпеливо.

Наконец, динамик над кнопкой домофона ожил.

— Подтверждено. Ждите. — раздался механический голос, заставив гангстера непроизвольно дёрнуться.

Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге возник пожилой афроамериканец с небольшой каймой седых волос по бокам, одетый в классические чёрные жилет и брюки, а также белую рубашку и тёмно-красную галстук-бабочку.

Окинув внимательным взглядом прибывших, он с некоторым удивлением взглянул на сжавшуюся Лизу. После секундного замешательства, пожилой мужчина кивнул самому себе, и неожиданно мягко и ободряюще улыбнулся перепуганной пленнице.

— Да, вы полностью подходите. — немного скрипучим, но тёплым и радостным голосом произнёс он. — Форма будет как раз вашего размера. И, конечно же, вы сможете забираться под кровать!

Лиза ничего не могла ответить на столь странное заявление, кроме как замычать сквозь стягивающий кожу скотч.

Старик озадаченно воззрился на девочку, судя по взгляду, только сейчас заметив кляп и наручники.

Его губы сузились в тонкую линию, и недовольные морщины избороздили лоб.

— Нет, так абсолютно не подойдёт. Что за варварство! Немедленно уберите! — непреклонным голосом приказал он бритоголовому.

Бандит, даже не подумав возразить, снял с девочки наручники и резким движением содрал с неё скотч.

Блондинка зашлась в полном боли вое, согнувшись и прижимая ноющие руки ко рту.

Казалось, кусок клейкой ленты вырвал разом все её будущие, настоящие и прошлые волосы, зацепив заодно пару кусочков губ.

Воспользовавшись моментом, бритоголовый слегка подтолкнул её в дверной проем, и, быстро и неловко изобразив что-то вроде полукивка-полупоклона в сторону афроамериканца, поспешно ретировался в сторону внедорожника.

Пожилой мужчина тщательно закрыл дверь, повернув несколько раз ключ в замочной скважине, задвинув засов и набрав на цифровой клавиатуре замысловатую комбинацию, при этом о чем-то вещая.

Лиза, постепенно отходя от вспышки боли, едва слышала, о чем тот говорит.

— …Полное безобразие, скажу я вам! Это так в духе Лос-Сетас, вот так запросто, под утро и практически без предупреждения, привозить вас, да ещё и в подобном виде! Мистер Альберт был бы в полнейшей ярости, узнай он об этом! Ещё не хватало, чтобы они подвели вас к заднему входу, как в прошлый раз... — продолжал полный праведного гнева монолог старик, махнув рукой вправо, в сторону ярко освещённой комнаты, полностью погрузившись в процесс запирания двери.

Едва пришедшая в себя Лиза судорожно вдохнула, услышав слова афроамериканца и заметив его жест.

«Задняя дверь... Направо...».

Простая мысль быстро сформировалась во все ещё ноющей голове девочки.

«Бежать! Это шанс!».

Резко выпрямившись, блондинка со всех сил толкнула увлечённого замком старика, опрокинув того на землю, после чего рванулась в сторону спасительной двери.

За ней девочку встретила огромная, ярко освещённая столовая с огороженной кухней в противоположном конце, откуда на неё призывно смотрела стеклянная дверь.

Набрав скорость, девочка была готова выбить дверь своим телом, не тратя драгоценное время на ручку...

Но с громким стуком врезалась в даже не дрогнувшее стекло, приземлившись пятой точкой на каменный пол.

Спустя долю секунды по всему огромному дому разнеслись звуки сирены, и холодный женский голос, явно смоделированный с помощью компьютера, донёсся из расположенных под высоким потолком динамиков.

— Внимание! Нарушение протокола безопасности в секторе три! Запуск процедуры изоляции! Внимание! Нарушение протокола безопасности...

Лиза уже не слышала бесконечно повторяющего одно и то же голоса.

Все её внимание было поглощено наблюдением за тем, как, будто бы в замедленной съёмке закрывается дверь позади неё с выезжающими из стены металлическими трубами, блокирующими проход, и как из узких щелей по всей комнате серой дымкой струится какой-то газ.

Взгляд девочки с каждым вздохом все темнел и темнел, и, наконец, сознание покинуло её, оставив тело, упав, безвольно лежать на полу...

* * *

Очнулась Лиза уже в сидячем положении.

Быстро оглядевшись, она поняла, что находится в той же столовой, через которую пыталась сбежать.

Сквозь толстые шторы не пробивалось ни единого лучика света, и она не могла определить, сколько времени провела без сознания. Единственным источником света в огромной комнате были ярко сияющие лампы на потолке.

Подёргав руки, связанные за спинкой викторианского стиля стула, девочка поняла, что попытка побега с треском провалилась.

Она снова скована, и вряд ли что-нибудь спасёт её от неминуемой участи.

Слезы потекли по щекам, и блондинка громко всхлипнула.

Будто бы услышав этот звук, дверь распахнулась, и в столовую зашла весьма занимательная компания.

В центре, прямо напротив связанной Лизы, оказался долговязый молодой человек лет двадцати, единственным уместным словом при описании внешности которого было «нескладный».

Торчащие острыми углами в разные стороны колени и локти, искривленный корпус, в результате чего одно плечо было выше другого, болезненная бледность, придававшая лицу зеленоватый оттенок, граничащая с анорексией худоба, всклокоченные в разные стороны чёрные волосы...

Образ завершала нелепая хромающе-подпрыгивающая походка, для поддержания которой вошедший опирался на щегольскую трость с навершием в виде серебряной фигуры стервятника.