* * *

По ощущениям, прошло около двух часов с момента остановки, когда грузовик сбавил ход, и, петляя, еле тащился по ставшей куда более ровной дороге.

Лиза с отчаянным упорством пыталась вытащить тонкие руки из наручников, однако те, кто приковали её, явно знали своё дело. Пытаться расшатать трубу было бессмысленно, надёжно приваренный шов выглядел едва ли не самой крепкой деталью старого автомобиля.

Девочка понимала, что не сможет сбежать, пока её не освободят.

И, судя по всему, этот момент скоро должен настать.

Грузовик снизил скорость до минимальной, и, проехав несколько метров, остановился.

До ушей пленниц донёсся звук закрывающихся автоматических ворот.

Афроамериканка на секунду перестала хрипло поскуливать, со страхом ожидая вместе с остальными своей участи.

Спустя несколько секунд раздались шаги, и дверь в отсек вновь открылась, впуская слабый свет, источаемый парой старых флюоресцентных ламп откуда-то сверху.

В проёме показался мужчина средних лет явно латиноамериканской внешности в пожелтевшей от пота и грязи майке, не скрывающей свисающий над поясом джинсов пивной живот, с коротким ружьём в волосатых руках, и знакомый бритоголовый, уже запрыгивающий в отсек.

— Значит так, мясо. Сейчас я вас освобожу, и вы тихо и медленно выйдете наружу. Если хоть одна тварь попытается, мля, хоть дёрнуться, мы вас всех тут положим. Усекли? — неприятным голосом с сильным акцентом сказал он.

Женщины быстро закивали, со страхом глядя на оружие в руках оставшегося снаружи сопровождающего.

Бритоголовый, тем временем, приступил к отстёгиванию наручников и снятию пленниц с трубы, после чего снова застегнул наручники за спиной у каждой и, подталкивая, заставил женщин выбраться наружу.

Они находились в просторном помещении, выглядевшим как гараж или автомастерская. Помимо грузовика, на котором их привезли, у других въездов стояла еще пара старых автомобилей.

Несколько флюоресцентных ламп тускло светили с высокого потолка, едва разгоняя темноту в небольшом пространстве между грузовиками, на которое их выводили под прицелом ружья бритоголовый с напарником.

Помимо них, в помещении были еще трое, не считая копавшегося во внутренностях грузовика водителя.

Двое стояли чуть поодаль, в тени, демонстрируя в кромке освещения лежащие в руках ружья. Третий замер почти в центре пятна тусклого света, ожидая, пока пленницы займут своё место у борта автомобиля.

На вид ему можно было дать около сорока — сорока пяти лет, хотя крепкое телосложение и высокий рост могли добавить ему пару — тройку лет. Одет брюнет был в чёрные водолазку и джинсы, но не в такую же кожаную куртку, как у бритоголового и людей позади, а в длинное чёрное пальто.

Его небритое острое лицо недовольно искривилось при виде пленниц.

— Локо, и это, что, все? — тягучим глубоким голосом произнёс он, повернувшись к бритоголовому.

— Все. Больше собрать не смогли, копы притоны по-жёсткому трясут. — с ноткой сожаления отозвался тот.

— Ты же понимаешь, что нам этого не хватит? — отвёл взгляд от собеседника верзила и стал внимательно осматривать прибывших женщин.

— Понимаю, босс, но... — начал оправдываться бритоголовый.

— Заткнись. — резко оборвал его брюнет, остановившись взглядом на Лизе.

Он резко подошёл ближе и грубо схватил её за подбородок, поднимая лицо к свету.

Сердце блондинки на мгновение остановилось.

Он узнал её?

Он передаст её агентам?

Лиза не знала, что страшнее.

После пары секунд изучения затравленного взгляда девочки, мужчина злобно ощерился, переводя взгляд на бритоголового:

— Ты, идиот, малолетку нахрена приволок?

— Малолетку, босс? — с недоумением отозвался озадаченный собеседник.

— Да, малолетку. — обманчиво спокойно произнёс верзила, отворачиваясь от блондинки. — Куда мы её денем? Альберт терпеть педофилов не может. Если он узнает — мы все отвечать будем.

Воцарилась тишина.

Оба мужчины что-то обдумывали, глядя на девочку.

Она ощутила себя игрушкой, вокруг которой столпились покупатели, думая, брать или нет.

И неизвестно, что для неё хуже.

Блондинка непроизвольно сжалась, подбородок задрожал и слезы с новой силой потекли по стянутым скотчем щекам.

— Может её, того... — неуверенно начал бритоголовый, делая неопределённый жест рукой в воздухе рядом с горлом.

— Без неё нам точно не хватит. Троих в аэропорт, одну в отель, одну на Запад-Олив-Стрит, одну Йорку... — лицо задумавшегося брюнета довольно осклабилось. — Точно. Отправим её Йорку. Если он согласится, то Альберт, если что, уже с ним разбираться будет, а не с нами.

— А он её возьмёт? — с сомнением спросил собеседник.

— Сейчас узнаем. — достал мобильный телефон из внутреннего кармана пальто верзила.

Быстро набрав номер, он на шаг отошёл от собравшихся в помещении, однако раздавшийся после пары гудков резкий, пляшущий голос разнёсся из надрывающегося динамика на несколько метров вокруг.

— Михай? Дай-ка угадаю: снова плохой Альберт забрал все мясо и для меня ничего не осталось?

— Не совсем, Адам... — неуверенно начал брюнет. — Мясо для тебя прибыло, но оно слишком молодое.

— Сколько?

— Подростковое.

Недолгая пауза.

— Подходит. Вези ко мне, передашь Батлеру. Как приеду — посмотрю, что ты приволок. — наконец ответил голос.

— Хорошо. — с заметным облегчением произнёс верзила, кладя трубку.

Напряжённо переминающийся с ноги на ногу бритоголовый весьма ощутимо расслабился, услышав окончание разговора.

Верзила вернулся обратно, на ходу убирая телефон обратно.

— Значит так, берёшь свою тачку и везёшь её в «Ракушку».

— Хорошо, босс. Что-нибудь ещё? — старался выслужиться провинившийся собеседник.

— Да, ещё кое-что... — резкий удар заставил бритоголового согнуться пополам, жадно вдыхая ртом воздух, пока брюнет отходил обратно, вглядываясь в лица остальных женщин. — В следующий раз зенки свои шире разувай, когда мясо выбираешь.

* * *

Скованная Лиза лежала на заднем сиденье потрепанного внедорожника, в который белобрысый бесцеремонно затолкал блондинку.

Она думала попробовать сбежать, но все ещё раскалывающаяся после удара голова, наручники на руках и блеснувший под курткой пленителя пистолет подсказывали, что это крайне неудачная идея, и, в лучшем случае, девочку изобьют.

В худшем же...

Она старалась не думать об этом.

Перед глазами до сих пор возникала униженно скулящая афроамериканка, пытавшаяся хотя бы немного прикрыться остатками рваной одежды. При одной мысли о том, что с ней сделали, там, на дороге, желчь подкатывала к горлу.

Лиза ещё никогда не ощущала себя настолько беспомощным ребёнком.

Она была готова на все, лишь бы с ней не произошло подобного... Или ещё чего похуже.

Все чаще в голову приходила мысль при первой возможности сдаться агентам.

Для этого не требовалось много усилий, достаточно было лишь получить возможность говорить, чтобы рассказать о наверняка объявленной за неё награде.

Там, в грузовике, Лиза была готова к этому, но кляп из скотча не дал ей совершить ошибки, чему девочка сейчас была крайне рада.

Если она вернётся в руки ФБР, то её родителям будет угрожать ещё большая опасность, чем сейчас.